Еще именно этих двоих я взял, чтобы по пути вызнать подробности их разведки. Боря был с Микаэлем на юге, а сестры-близняшки на востоке, и мне было жуть как интересно узнать, что они обнаружили и при каких обстоятельствах у нас такое обширное пополнение. Человек сто я насчитал, наверное, но так, навскидку.

Снаружи было темно и холодно. Дождь не прошел до конца, только лил теперь как-то лениво, без огонька, с которым начался. Обычно ливни проливают быстро, пять минут и все, а тут фаза перешла в какую-то вялотекущую. Смею предположить, что виной так быстро изменившейся погоде стала жара, стоявшая в последние пару дней. Всерьез пора бы озаботиться облегченным доспехом, я действительно чуть не сварился сегодня, и если б не тенистые пролески, точно бы свалился с тепловым ударом.

Мы взяли быстрый темп, двигаясь на запад, туда, где со слов Кати и Ильи обрывался след нашей двойки пропавших. Запросив доклад от обоих ребят по очереди, я слушал в полуха. Думал, как подать сигнал своим людям о том, что я за ними иду. И, когда меня посетила идея, тотчас ее исполнил. Открыв интерфейс управления фракцией, я обоим, и Владимиру, и потом Егору, забросил по сто единиц валюты для магазина и столько же очков обучения. Кто знает, что им сейчас может пригодиться, да и сразу понятно, что об их затруднительном положении руководству известно. Думаю, это хорошее решение.

Покончив с этим, вернулся к самокопаниям по поводу безынициативности и откровенной халатности подчиненных. Злость сменилась постепенно на горький самоанализ, ведь ошибки исполнителей почти всегда обнажают проблемы в руководстве.

Почему же так? Почему ждали меня, теряя драгоценные часы? Ответ, каким бы дерьмовым он ни был, лежал на поверхности. Я ведь своими руками выстроил эту систему. За долгий и кровавый месяц я приучил приближенных к тому, что все ключевые, стратегические и самые опасные решения замыкаются на мне. Я регулярно брал на себя тяжелые удары, лез в самое пекло, подставляясь вместо них. А когда кто-то проявлял инициативу — как та же Катя, например, когда свалила в самоволку и прикончила фальшивого Барона-Константина, я жестко их осаживал.

Вот и пожинаю теперь плоды гипеорпеки. Без моей отмашки, которую я не дал на случай чрезвычайной ситуации, понадеявшись на разумение, они и шага в сторону сделать не смогли, страшась реакции и ответственности за ошибку. Муромец наверняка просто побоялся организовать поисковую группу, уведя боеспособных людей из лагеря, оставив его без защиты. А там новичков тьма-тьмущая, куда им обороняться, случись что. А Катя разок обожглась.

Хотел стать миротворцем и спасителем, думал о высших материях и долге человечества, а вырастил инфантильность в собственных офицерах. Отличное достижение, Марк, запиши себе в блокнотик, возьми с полки пирожок. Но, думаю, в перспективе ситуация исправимая.

Покончив с самоедством, я наконец-то вслушался, сфокусировал внимание на том, что вещали мне Борис и Ира, отчитываясь о проделанной за день работе. Я и до этого их слушал, но сейчас отдал весь фокус тому, чтобы вызнать результаты разведки. Слушая их, я быстро анализировал разрозненные факты, собирая в голове открывающуюся картину изменившегося мира.

Борис доложил о ситуации на юге и на кольце из трехсот метров вокруг нашей временной базы. По его словам выходило, что близлежащие предместья безопасны, гнезд нетопырей, греллинских лагерей не обнаружено. Ландшафт поблизости был неровным, рваным, кое-где приходилось карабкаться или прыгать, зато попадались следы пребывания людей. Старые. Трупы тоже были, но уже занявшиеся смрадом и гнильцой. Именно Боря и Микаэль привели наибольшее число новеньких — буквально через полчаса, как они встали по направлению часовой стрелки на круг, наткнулись на быстро множащуюся толпу у огромного валуна, ставшего путеводным камнем.

Основу столпотворения составила группа малознакомых меж собой людей. Это были футболисты-юниоры, команда и тренерский состав, а так же значительная часть немногочисленных зрителей. Шел матч, любительский, за ним наблюдали в основном родители и кое-кто из депутатов, явившихся поторговать лицом на мероприятии. Сами ребята были старшеклассниками, так что в полном смысле назвать их детьми не получится, но тем не менее, никому из игроков на момент прихода инопланетян не было и восемнадцати. Появились они по нашему времени здесь около шести вечера, время на земле оставалось неизменным. Двенадцать десять.

Были и другие, встретившиеся двойке Бори по пути. Разрозненные группки и даже одиночки. Спасать и вытаскивать приходилось многих, люди в массе были напуганы и дезориентированы, но Борис, обладая характерно большим сердцем, таким, как и он сам, сумел успокоить беспокоящихся и провести к лагерю, который сейчас обрастал шалашами по периметру главного здания.

На востоке же ситуация, обрисованная в красках Ирой, выглядела иначе, и, признаться, пованивала. Людей они с сестрой нашли, да только вот мертвых. Ужасно, но попавшие сюда только-только люди, по какой-то причине, совершили массовый «исход», решив не бороться. Сестры, обескураженные увиденным, свою разведку закончили, очистив желудки, и Ира обозначила мне место, а я сделал зарубку, что нужно будет сходить туда с Варей и сжечь там все. Заражения нам еще не хватало. За сим доклад лучница завершила, посчитав, что с нее хватит.

Мы продирались сквозь мокрый подлесок, увязая в грязи по щиколотки. Благодарю наших наблюдателей за то, что обувь в магазин добавляют качественную, иначе уж не знаю, как мы бы тут вообще выжили. Дождь тоже не добавлял простоты, методично смывая запахи и очертания, превращая лес в однородную грязную массу. Наконец, мы добрались до характерного места, описанного Катей весьма подробно, где и обнаружился кусок мантии Егора.

Я вскинул руку, призывая остановиться своих спутников.

— Осмотримся здесь, это то место, где поиски застопорились. — Произнес я, и принялся осматривать округу. Ребята поспешили подключиться.

На стволе поваленного дерева, ставшего главным ориентиром, прямо поверх влажного мха я заметил смазанную темную полосу. Подошел ближе, присел и коснулся пятна пальцами. На контрасте зеленого, красный, переходящий в бурый, выделялся характерно, так что не знаю, как мои остолопы этого не заметили. Рядом же в грязи угадывались неглубокие, с размытыми краями хаотичные борозды от скользящих сапог. Дождь лупит уже давно, так что понятно, наши тут тоже побывали. Да только вот чьи они, эти вмятины — Кати и Ильи или пропавших?

Ира, оказавшаяся рядом, едва покончила с кустарником неподалеку, уставилась вслед за моим взглядом на растоптанную землю. Вдруг она резко втянула воздух, ее глаза слегка расширились и потеряли фокус.

— О, Марк. — Проговорила она удивленно, пялясь вперед себя неморгающим взглядом. — Система объявилась. Предлагают мне взять профессию следопыта. Пишет тут еще, что острая необходимость найти близких и концентрация на деталях мне эту стезю открыли.

Я криво усмехнулся, хотя внутри кольнуло неприятное воспоминание. При очень похожих обстоятельствах, когда мы только-только попали в этот ад и искали Варю, один мой ныне покойный знакомый тоже получил такое предложение. Еще одно подтверждение в копилку собираемых фактов, что именно острая нужда в действительности формирует эволюцию в этом мире, а система лишь подкидывает нужный костыль в нужный момент.

Задумался еще, с какого перепугу я не получаю никаких подобных предложений, и даже смалодушничал, ощутив легкую зависть. А потом подумал. У меня с незапамятных времен в журнале до сих пор висит активным предложение взять профессию, отвечающую за ловушки, и тогда я отложил вопрос в дальний ящик, не сказав ни да, ни нет. Может, поэтому?

Внимание инициированному!

Вам предложена профессия: Траппер.

Профессия: Траппер — Мастер охоты и выживания. Вы узнали, как обратить безопасные вещи в смертельные ловушки, и научились превращать окружающую среду в оружие. Услуги такого мастера будут пользоваться спросом в каждом уголке Лоста.