«И все-таки это удивительное изобретение, возможно, лучшее после очага и колеса…»
Барков смотрел на мелькающие за окном разноцветные огни витрин, рекламные голограммы, афиши, логотипы всевозможных фирм, нависающие над крышами домов, и видел все это словно впервые. И теплый воздух, казалось, пах как-то по-новому. И городской шум казался почти музыкой, а не привычным звуковым фоном. Возможно, это новое восприятие мира обеспечил «Сокол», но Саше казалось, что дело не в электронном «сопроцессоре», а в нем самом. После каскада самых невероятных событий, после погружения в самые темные пучины человеческих грехов, после частичного превращения в машину и путешествия в запредельную, недоступную никому, кроме «Соколов», внесетевую виртуальность менеджер «Мобисофт» Александр Барков уже не мог остаться прежним. Для него стал иным, наверное, сам смысл жизни, если он в ней когда-нибудь был.
«Да, наверное, был. И есть. Только мне теперь его и вовсе не постичь. Кто я теперь – человек или новейшее существо на его «элементной базе»? Какой смысл в существовании такого создания? Управление Системой? Зачем она мне? Это чужая игра. К тому же неправедная и жестокая. Нет, я не мечу в святоши, просто мне не по душе и вся эта игра, и участвующие в ней игроки. Ни «красные» с их Системой, ни коллеги Владислава с их огромным желанием разоблачить всех и вся не имеют права решать за других, как им жить и жить ли вообще. Ведь Владислав ясно сказал: Система – это оружие, и «Сокол» – его важная часть, вроде кольца в гранате. Получается, я несу ответственность за дела тех, кто со мной даже не советуется, а когда они натворят бед, я окажусь крайним. Вот и выходит, что весь смысл моего существования сводится к чисто механическому выполнению своей функции. Победят «красные» – граната взорвется, а меня за ненадобностью бросят в грязь ржаветь среди червей и сорняков. Победит СБН и иже с ней, я так и останусь предохранительным кольцом в гранате, которую спрячут на складе до подходящего момента. Ну и какая мне от этого радость? Никакой… И все же я не могу отказаться. Не смогу жить с этим грузом, если откажусь. Не смогу смотреть в глаза даже жене, хотя она-то наверняка меня поймет. Проклятое воспитание!»
– Все так, Александр, все так. Вы не в силах отказать в помощи ближним, хотя и представляете их чем-то вроде безликой человеческой массы. И, думаю, дело не в воспитании, а в Судьбе. Вам она отвела главную роль в одном из ключевых событий истории, и вы не в силах отказаться. Вам предначертано сыграть эту роль, и тут уж ничего не поделаешь.
– Вы читаете мысли? – Саша искоса взглянул на Владислава Валерьевича.
– Нет, – седой улыбнулся. – Просто все написано у вас на лице.
– Давайте сменим тему, – Барков отвернулся. – Вы отозвали «индульгенцию» для американских коллег?
– Отозвал.
– И что?
– Пока ничего. Если не считать категорического заявления мистера Бойда о непричастности его людей к похищению Томы.
– Мистер Бойд – это…
– Мой американский коллега. Он поклялся, что не проводит на территории Москвы никаких мероприятий. И, честно говоря, я ему верю. Хотя бы потому, что сейчас все его сотрудники находятся в Штатах. Позавчера там отмечался День независимости, и Североамериканский отдел СБН был серьезно загружен работой.
– Похитителями могли быть внештатные агенты.
– Александр, вы путаете нас с разведкой. Мы не создаем агентурные сети, мы просто обеспечиваем безопасность корпоративных объектов, имущества и сотрудников.
– А еще раскрываете заговоры, – Саша усмехнулся.
– Это новая для нас тема, но не буду отрицать, да, еще мы раскрываем заговоры, которые плетутся всякими деятелями против «Невода». И эта функция вполне укладывается в рамки наших обязанностей. А вот шпионаж, в пользу какой бы то ни было страны, пусть и фактической Родины, нам строго запрещен Парижской конвенцией о применении спутниковой сети.
– На Бойда могли надавить.
– Исключено. У директората и комиссаров «Невода» нет слабых мест. К тому же конвенцией определен наш статус. Мы – граждане мира, Александр. Ни одно правительство или спецслужба не могут нам приказать или пригрозить. Они даже попросить нас о чем-либо не имеют права.
– Но ведь вы где-то живете, у вас есть дома, семьи, родственники. Воздействовать можно через них.
– Теоретически – да, но на практике… Никому не выгодно ссориться с «Неводом». Так что я верю Бойду. Скорее всего, правильным оказалось мое первое предположение – кто-то сумел выкупить «окно» так, чтобы подставить американцев.
– То есть это и не американцы, и не кто-то еще, имеющий доступ к кухне «Невода», а люди со стороны?
– Скорее всего так.
– Получается, вы опровергаете свое утверждение, что любые махинации с «Неводом» без ведома СБН исключены.
– Получается, – ничуть не смутившись, согласился Владислав. – Все предусмотреть невозможно. Кто-то нашел брешь в стене и не преминул ею воспользоваться.
– Я с вами не согласен, Владислав Валерьевич. Искать следует в «Неводе», я уверен.
– Давайте сначала найдем Тамару, а там будет видно, – седой отвел взгляд. – Ваша теория требует тщательной проверки. Без неопровержимых доказательств мы не продвинемся ни на шаг. У вас они имеются?
– Будут.
– Верю. Когда найдем Тамару и выясним, кто ее похитил, в руках у нас окажется кончик нити. Останется хорошенько за него потянуть. А пока…
– В Куркино, – вдруг уверенно произнес Саша.
– Что? – не понял Владислав Валерьевич.
– Надо ехать в Куркино, – Барков прикрыл глаза ладонью. – «Сокол» определил один из ближайших центров активности Системы. Где-то за церковью на Новогорской. Я вижу что-то вроде карты и нескольких объемных схем.
– Видите?
– Да, на таком внутреннем дисплее. Только не просите объяснять подробнее, это будет очень трудно сделать. Судя по схемам, там оборудовано подземное убежище. Я вижу три уровня и технический этаж… Два замаскированных выхода на поверхность, один в подвале старого дома, другой почти у моста через Сходню… и еще что-то непонятное. Что-то вроде подземного шоссе. Да, очень похоже на тоннель метро, такие же стены, только там нет путей, вместо них асфальтовое полотно… которое выходит в другой тоннель, под МКАД.
– Под МКАД?
– Да. Вы знали, что под Кольцевой идет такой же кольцевой тоннель со множеством боковых ответвлений?
– Нет, впервые слышу, – удивление Владислава было искренним. – Вы думаете, Тамару могли увезти в это убежище?
– Ваши люди потеряли «Кадиллак» похитителей на подземной трассе, ведь так?
– Да, но это случилось в Прибережном. Они доложили, что это был технический тоннель под каналом. Он вывел их на улицу Кирова в Химках.
– Они проскочили поворот на подземную кольцевую и ушли в другое боковое ответвление, а «Кадиллак» вовремя свернул налево. Ближайшая база Системы в том направлении – под Куркином. Поскольку мы по умолчанию приняли мнение, что Тамару похитили заговорщики – американцы это, «красные» или кто-то еще, не важно, – логично предположить, что везут ее на базу Системы. Так?
– Логично, – согласился Владислав. – Они не могут не понимать, что времени в обрез, а потому не станут тянуть с извлечением «Сокола». Но сделать это они смогут только в специально оборудованном месте. Секретная база для этого вполне годится.
– С извлечением? А вариант с вербовкой Тамары вы исключаете?
– Нет, Александр, не исключаю. Но… хочу надеяться, что этого не произойдет… Василий, ты слышал?
– Да, Влад, – сидящий за рулем Климов кивнул. – Уже едем. Только предупреждаю – по нормальной Кольцевой будем плестись, как на конной повозке. Может, Саня, подсмотришь, где тут поблизости въезд в этот хитрый тоннель?
– Поблизости только в Королеве, на закрытой территории.
– Далековато. Да и неудобно космонавтов тревожить. Ладно, поедем поверху. Однако хитры на выдумки граждане заговорщики. «Невод» все видит? А мы под землей укроемся и ходов кротовых нароем. Хитры…