Как бы то ни было, подлинное значение джатак – в ценностях, которые они передают. В них подчеркиваются особенные для буддистов добродетели: доброта, терпение, честность, храбрость, учтивость, простота и непривязанность. Так же часто в них говорится о качествах, полезных для существования в мире: бережливости, здравом смысле, решительности и проницательности. Все это передается не через проповеди, а через рассказы – возможно, одни из самых восхитительных, какие вы когда-либо прочтете. Вас наверняка перенесет на солнечные луга Гималаев, волшебные острова и в сказочные замки. Вас ждут встречи с мудрыми слонами, бродягами-мошенниками, упрямыми царевичами и прекрасными девами. Вы будете смеяться, одобрительно кивать, ахать и ерзать от волнения. Добро пожаловать в удивительный мир джатак.

Много эонов назад в присутствии Будды Дипанкары молодой аскет по имени Сумедха выразил стремление тоже стать Буддой. В то время у Сумедхи была возможность достичь арахатства, но он отвернулся от Ниббаны, чтобы достичь этой более серьезной и трудной цели. Будда Дипанкара подтвердил, что действительно в далеком будущем желание Сумедхи исполнится. Многие бесчисленные жизни с того мига, прежде чем стать Готамой Буддой, он был Бодхисаттой, грядущим Буддой.

После Просветления под деревом Бодхи Готама Будда смог вспомнить все свои предыдущие жизни. Те сорок пять лет, пока Будда учил Дхамме, он часто ссылался на опыт тех прошлых жизней и рассказывал истории из них, чтобы проиллюстрировать различные положения Дхаммы и побудить своих последователей усердно медитировать. В этих историях, называемых джатаками, показано, как Бодхисатта обретает Десять Совершенств – щедрость, нравственность, самоотречение, мудрость, усердие, терпение, правдивость, решимость, любящую доброту и равностность. Эти качества должен обрести каждый Бодхисатта в своем духовном развитии. Хотя эти Десять Совершенств всеобщи, поскольку их до определенной степени должен развивать каждый, кто стремится к освобождению, для Высшего Будды уровень совершенства настолько высок, что требуется несравненно больше времени, чем для других живых существ. Каждое совершенство должно воспитываться с полным состраданием и самыми искусными средствами. Кроме того, практика не должна быть запятнана ни малейшим намеком на навязчивое желание, тщеславие или неверное воззрение.

В некоторых джатаках главный герой – Бодхисатта, и очевидно, какое совершенство он в себе взращивает. В других рассказах он – свидетель событий, и хотя из такой истории можно извлечь определенный урок, для Бодхисатты та конкретная жизнь была просто еще одним переживанием в самсаре, утомительном цикле существования. Многие рассказы – где-то между этими двумя крайностями, и зачастую излагаются доводы к тому, чтобы культивировать несколько совершенств в течение одной жизни.

Будда никак не указывал порядок расположения этих историй. Одна произошла «пять эонов назад», а другая – «в начале мира», но в большинстве случаев нет никаких указаний на то, когда они произошли. Во многих историях говорится: «…когда в Варанаси правил Брахмадатта», но это, конечно, была другая мировая эпоха, и существовало много царей по имени Брахмадатта.

В этой последовательности, как и другие существа, Бодхисатта то поднимался, то падал в самсаре в соответствии с каммой – из миров дэв к животному рождению, к человеческому рождению, в адские миры и обратно. В Рассказе 208 Бодхисатта родился царевичем по имени Темия, но его воспоминания о недавних страданиях в аду были настолько свежи и сильны, что определили сам его отклик на перерождение царевичем. Иногда Бодхисатта перерождался в мире животных – в телах разных существ, от слона (самого крупного) до перепела (самого мелкого), включая многих других: собаку, стервятника, крысу, оленя, буйвола и льва. Даже родившись животным, он развивал совершенства. В мире людей его перерождения варьировались от царя до вора, от неприкасаемого до брамина. В мире дэв он часто перерождался в скромном виде, например, духа дерева, но иногда и кем-то могущественным, вроде Сакки или Маха-Брахмы. А его существование в других мирах включало перерождения в виде сказочных существ – таких как киннара и нага.

Единственная джатака, про которую можно с уверенностью сказать, что она находится на своем месте, – последняя в сборнике. Когда Бодхисатта скончался как Вессантара, переродился он на Небесах Тусита. А оттуда – как Сиддхаттха Готама и стал Буддой.

Традиционное расположение джатак в Палийском каноне – вопрос формы. Истории разделены на двадцать две книги соответственно количеству стихов (гатха), в них содержащихся[5]. Почти все рассказы в Книге первой (Эка Нипата) содержат по одному стиху. С каждой последующей книгой количество стихов увеличивается. В последней книге (Маха Нипата, Великая книга) – десять рассказов, которые многими считаются важнейшими джатаками, и в каждом по многу стихов. В этой антологии рассказы выстроены в том же порядке, что и в оригинальном Палийском каноне. В томе III, в таблице соответствий приводятся номера джатак по каждому рассказу и книге (Нипата), где они размещены.

Каждая джатака начинается с события в настоящем, которое объясняет, что́ побудило Будду рассказать конкретную историю из прошлого. Основная часть каждой джатаки – история из прошлого, но иногда, если событие в настоящем излагается очень подробно, оно интереснее самой истории. В конце каждого рассказа Будда определяет некоторых персонажей, объясняя, кто из его современников сыграл роль в этой истории прошлого.

При блужданиях в самсаре Бодхисатту часто сопровождали другие – те, кто уже давно ощутил стремление стать его родственниками и последователями, когда он наконец станет Буддой. Они были подобны планетам вокруг его солнца. Глоссарий имен в томе III поможет читателю узнать больше об этих современниках Будды и найти различные рассказы, в которых они участвуют.

Будда установил заповеди (сасана) и сорок пять лет учил Дхамме, посвящал монахов и монахинь и привел бесчисленное количество существ к Ниббане. Джатаки выявляют некоторые поучительные контрасты между этим миром Будды и многими другими мирами, где рождался Бодхисатта, когда еще не было Верховного Будды. В те «порожние» эпохи без Верховного Будды древний путь к Ниббане был сокрыт и забыт; без учителя, провозглашающего Четыре Благородные Истины, двери к бессмертному оставались закрытыми для обычных существ. Они могли лишь улучшать будущие обстоятельства жизни, воспитывая в себе нравственность, доброту и щедрость, – а те, кто к этому склонялись, отрекались от мира, чтобы практиковать аскезу и медитацию сосредоточения. В те времена без Верховного Будды совершенное постижение действительности было возможно только для тех редких, одиноких личностей, кто многие жизни прилагали усилия для развития Десяти Совершенств и оказались на грани просветления. Им достаточно было лишь примера непостоянства, страдания или не-Я (чего-нибудь незначительного, вроде падения листа или звона двух браслетов), чтобы достичь прозрения. Проникая в Истину, они превращались в Паччекабудд, или Безмолвных Будд, – полностью просветленных, но неспособных основать учение с орденом монахов и монахинь. Джатаки проясняют смысл приведенных выше строк из Дхаммапады: при всех бесчисленных возможностях, существующих в самсаре, родиться человеком – явление довольно редкое, еще реже – иметь возможность услышать учение Будды, а еще реже – родиться в такое время, когда в мире учит Будда.

Более двух тысяч лет сюжеты из джатак занимают важное место в буддийских резьбе, живописи, драме и литературе. Самые ранние сохранившиеся образцы буддийского искусства – перила и ворота ступы Бхархут, вырезанные в Индии во II веке до н.э. – включают множество изображений из джатак. В те же времена шри-ланкийский царь Дуттхагамани расписал интерьер покоев с реликвиями Руванвелисея в Анурадхапуре фресками по сюжетам из Вессантары. Сюжеты джатак занимают видное место в индийской резьбе – в таких городах, как Амаравати, Нагаджунаконда, Санчи и Эллора, а также в росписях Аджанты. В древнем буддийском мире – от Бамиана до Боробудура и от Цейлона до Китая – изображения к джатакам оказывались рядом с эпизодами из жизни Будды, чтобы наставлять и вдохновлять последователей, а также прививать добродетели, доведенные до совершенства Бодхисаттой. Многие эти рассказы, обыкновенно используемые при обучении, были хорошо знакомы буддистам всех традиций и, должно быть, оказали сильное влияние на людей, убеждая их в том, что добродетельные проявления щедрости, доброты и храбрости приносят благо, а сила духа, благородство намерений и самопожертвование никогда не бывают напрасными.