— Я сейчас всё объясню, Ваше Величество, — кивнул Меньшиков. — Многие целители растеряются, если нужна будет экстренная помощь. Всё же это дом, который падает в пропасть, а не уютная и тихая операционная. Человеческий фактор, от него никуда не деться. Даже секунда заминки может стоить жизни. Но есть один человек, профессионал, который уже зарекомендовал себя как лучший в этом плане.

— К нему не применим, как вы изволили выразиться, человеческий фактор?

— Он спас моего сына, в то время как мои целители лишь разводили руками. В то же время он вытаскивал с того света многих известных аристократов, — произнёс Меньшиков. — И кто только уже не говорит о тех чудесах, которые происходят в его клинике. Так что следует перестраховаться.

— Все эти чудеса не более чем вымысел, — произнёс Лодыгин, один из советников. — Зачем верить слухам, если мы полагаемся на факты?

— Олег Иванович, эти слухи распространяют уважаемые люди, — заметил Меньшиков. — Вы только что обозвали их лжецами, или нам показалось?

— Да ну что вы? Я не хотел никоим образом оскорбить… — надул щёки от возмущения советник, и замолк.

Император задумался на пару минут. Он взглянул на советника, затем перевёл заинтересованный взгляд на Меньшикова, и одобрительно кивнул.

— Тогда решено. Раз он так хорош, скажите Леониду Вячеславовичу, — сказал император. — Он отправит ему письмо.

Я распечатал конверт, бросив растерянный взгляд на чиновника, который уже исчез в представительном автомобиле. И тот не спеша отъехал с места, удаляясь от меня в сторону выезда из поместья.

Затем пробежал взглядом то, что было написано на узорчатой бумаге размашистым почерком.

'Уважаемый Алексей Михайлович.

Вы приглашаетесь на срочное совещание в имперском дворце. Оно начнётся в 20:30. Убедительная просьба прибыть точно в срок.

С уважением, Юрий Сергеевич Федорцов, глава МЧС Империи'.

Я озадаченно взглянул за деревья, где напоследок мигнули габариты «Волги». Затем взглянул на свои наручные часы. Сорок минут у меня точно есть, но лучше прибыть пораньше. Так спокойней.

За эти сорок минут я поужинал вкуснейшим пловом в компании коллег.

Пока Захарыч рассказывал про систему кварцевания, которую следует установить в элитной клинике, я размышлял о письме.

Что от меня хотят представители императора или сам император? Кто-то явно порекомендовал меня. А что произошло, оставалось лишь гадать. В итоге я сдался на хрен знает какой по счёту версии, решив не забивать себе голову бессмысленными гипотезами. Скоро всё узнаю.

В итоге Пуля за десять минут до назначенного времени доставил меня с ветерком к массивным воротам, которые вели на дворцовую территорию. Вдалеке маячил дворец — десятиэтажная белая громадина с несколькими башнями и позолоченными шпилями, на которых развевались имперские флаги.

— Ну и что эти увальни замерли? — покосился он на пятерых охранников, которые посматривали в сторону нашей «Нивы». — Время уже поджимает, а они даже не чешутся.

— Размякли на имперских харчах, — улыбнулся я.

— Вот именно, некому волшебного пенделя отвесить, для скорости, — захохотал здоровяк. — О, вроде меня услышал один тюлень. Зашевелился.

Я вгляделся в лобовое стекло. Один из плотно сбитых охранников в золотисто-белой форме вальяжно прошёл к нам. По пути он разложил телескопическую удочку, к которой прицепил светящийся блин. Принял от меня паспорт, сверился с мятым списком, затем вернул документы. Следующие несколько секунд он водил прибором вокруг нашего автомобиля. Несколько взмахов, и вот он уже махнул своим товарищам, что ждали у ворот.

Ворота распахнулись, пропуская нас внутрь.

— Благодарю, Ваше Сиятельство! — бросил из окна Пуля тому, кто нас проверял.

— Езжай уже! — отмахнулся тот, прячась в большом двухэтажном строении сбоку, на котором я насчитал четыре бойницы.

Мы миновали сады, парки, элитные здания непонятного назначения, потратив как раз те десять минут, что оставались до встречи во дворце.

Я взлетел по ступеням к приоткрытым арочным створкам, преодолевая, наверное, полсотни метров. Затем кивнул нескольким слугам, один из которых помог добраться до совещательного зала на втором этаже.

Зашёл в просторное помещение, когда уже все усаживались за длинный овальный стол. Мой взгляд выцепил знакомые лица. Справа сидел Меньшиков, слева улыбался мне Саня Фартовый. Более двадцати неизвестных личностей. И сам император Пётр III во главе стола.

Я нервно сглотнул, справляясь с волнением, прошёл к одному из свободных стульев с высокой резной спинкой, который отодвинул слуга, приглашая меня за стол.

Я поприветствовал Его Величество и всех собравшихся, кивнул князю Меньшикову, затем подмигнул сияющему от счастья Фартовому.

— Итак, раз все в сборе, перейдём к самому главному, — оглядел нас император. — Но перед этим кое-что нужно сделать. Леонид Вячеславович, вам слово.

Со своего места поднялся грузный мужчина с залысиной и большим носом.

— Господа, ситуация критическая, и её нельзя выносить за пределы дворца, — громким голосом произнёс он. — Перед каждым из вас документ о неразглашении. Всё, что вы услышите, и всё, с чем столкнётесь за пределами Империи, должно остаться в тайне. Поэтому прошу подписать документ.

Я взглянул на лист бумаги. Простенькое соглашение, а штраф за болтливость меня просто удивил. Миллион рублей и лишение всех титулов. Вот так мотивация молчать. Вот это я понимаю.

Поставив размашистую подпись, я отодвинул от себя листок бумаги, который забрал слуга.

— Я собрал всех, кто может помочь в спасении наших дипломатов, — продолжил император, а затем дал слово главе МЧС, крепко сбитому мужчине с орлиным носом. Он был в форме с генеральскими погонами.

— В китайской провинции Шей Бэнь, недалеко от границы с Российской Империей произошла катастрофа, — принялся объяснять он суть миссии. — Пару часов назад произошло сильнейшее землетрясение. В результате в земной коре возник большой разлом, в который рухнуло двадцатиэтажное здание бизнес-центра. Четверо наших дипломатов вместе с китайскими коллегами заперты внутри. Вы должны вытащить всех, кого найдёте внутри, но в первую очередь наших и китайских дипломатов. Будете работать совместно с китайскими службами.

— Позвольте вопрос? — поднял руку Фартовый.

— Да, разумеется, — кивнул ему глава МЧС.

— Чтобы удержать здание, могут использоваться антигравитационные установки, — произнёс Фартовый. — Хотелось бы знать, наши китайские коллеги уже использовали их?

— Да, по нашим данным восемь установок держат дом, но прочность строения очень низка, да и вес его огромен, — ответил ему глава МЧС. — Установки выиграют немного времени, нужного для того, чтобы подготовиться к спасательной операции.

Фартовый одобрительно кивнул, удовлетворившись ответом.

— Но это ещё не всё. Ярослав, мой племянник, находится там же, — продолжил император, оглядывая нас напряжённым взглядом. — И это ещё одна приоритетная задача. Его следует вытащить из этого ада и оказать всю необходимую помощь.

После вводной части мы склонились над планом здания, изучая входы, аварийные выходы, прорабатывая план спасения. В целом, учитывая, что вся эта массивная железобетонная конструкция висела на разрушенной кровле и остатках фундамента, путь один — через уцелевший верхний этаж пробраться внутрь, а выходить уже по ситуации. Если времени не будет хватать, чтобы добраться до точки входа, которая будет являться и точкой выхода, значит, придётся идти к стене провала и закрепляться там.

Таким был план, и он выглядел очень даже логичным. А как будет на самом деле — посмотрим.

Когда я вышел из зала, мой взгляд залип на причудливую лепнину на потолке. Богатыри кололи копьями чудищ заморских, которые пытались их ухватить щупальцами. Работа была сделана настолько профессионально, что я даже представил эпичную битву.

В памяти Алексея я нашёл упоминания об этом. Это мифы, насчёт которых спорят до сих пор. Якобы более тысячи лет назад начали появляться первые аномалии, и все встали на защиту зарождающейся Империи. Хотя другие понимали такие мифы более символично. Вроде это происходит сейчас, и монстры — любые угрозы целостности имперского государства.