Как только охранники кончают есть и идут на свой пост, я обвожу всех внимательным взглядом. Достаю из небольшого кармашка листок с записью и читаю:
- За успешное строительство развитого капитализма в Южной Корее в сфере шоу-бизнеса…
Маша весело глядит на вытянувшиеся лица «шишек» и «сестричек», которые не понимают, что происходит.
- … Под мудрым и чутким руководством Пак Чин Ёна, святые ананасы да пусть продлят ему жизнь вечно, лэйблу «Солбанг-Ул» выдано вознаграждение в размере пяти миллиардов вон.
По решению трудового коллектива и моему личному приказу эти деньги делятся следующим образом:
- Хальмони, Мичико-сан и Ютико-сан получают по сто пятьдесят миллионов вон за неустанную заботу о нашем питании.
- Трейни обеих групп за успехи в боевой и политической учёбе, и участии в разгроме врага, именуемого КБС, получают по сто миллионов вон на руки каждая.
- Мудрые и чуткие руководители лэйбла «Солбанг-Ул» в лице директора Пак Джин Хо и её заместителя Ким Мин Джи за свою заботу о нашем коллективе заслужили зарплату в сто пятьдесят миллионов вон каждая.
- Работники нашего лэйбла за успешный труд на благо нашего кармана получают премии по десять миллионов каждый.
- На дальнейшее наше процветание решено выделить миллиард пятьдесят миллионов вон.
- С целью срыва происков мирового империализма в виде конкурентов и для создания спокойствия в коллективе, в резервный фонд зачислено миллиард вон.
Подписано: администрация лэйбла «Солбанг-Ул». Да пребудут с нами вовеки веков святые ананасы! – Я поднимаю глаза над бумажкой.
«Шишки» уже чуть ли не рыдают – они поняли, что это шутка пополам с правдой. Сон Ён вообще под столом – её тело содрогается от хохота. Хальмони и компания улыбаются. Маша вытирает слёзы и тоже лыбится. Бо Рам с открытым ртом и рукой с вытянутым в мою сторону указательным пальцем пока полностью не переварила всё прочитанное мной. В её глазах удивление. Ин Чжон беззвучно трясётся – хохочет, Джи Хён что-то считает, Кюри опустила голову и шепчет «Сто тысяч долларов, сто тысяч долларов…». Сон Чон достала блокнот, и деловито составляет какой-то список. Наверное, уже представляет, как пройдётся по магазинам.
Приходят один за другим работники, у которых, сразу на входе, срабатывают голофоны, оповещающие их, что каждый за работу в октябре получил десять тысяч долларов.
После этого всё возвращается на круги своя. Трейни идут в танцор-зал, а потом на запись песен второго альбома, техники и обслуга занимаются своим делом. Маша быстро ушла в свою мастерскую, опять пытается что-то сделать.
Во время перерыва между упражнениями, которыми нас нагрузил учитель танцев, ко мне подходит вся пятёрка US.
- Джина, а за что реально ты нам дала деньги? Ведь мы ещё трейни. А ни в одном лэйбле трейни денег не получают.– Кюри выступает от имени всего коллектива.
- Поэтому у них и вечное недовольство и половина сбегает. – Говорю я девочкам. — А деньги вам выписаны за подготовку и исполнение студийной и концертной программы по «Корейскому хипу», и участие в подтанцовке и бэквокале на концерте.
Привыкайте к хорошей жизни. Хотя, как я знаю, вы не из бедных семей. Но ведь и у нас есть чеболь Сон Ён.
Завтра будет объявлен день отдыха и вы полетите со всеми вместе. Купите, что хотите. Можете даже отпраздновать успех. Только не пьянствовать!
- Спасибо, госпожа директриса! – И вся пятёрка кланяется мне. Ох уж эти корейские заморочки!
Звенит мой голофон.
- Аньён! Это Пак Джин Хо?
- Да. А кто это?
- Вам звонят из министерства культуры, искусства, туризма и спорта.
Сегодня, в три часа дня, вам надлежит прибыть к министу Ким Сонг Кону для переговоров о вашей деятельности и планах.
- Хорошо! Я приеду с заместителем. Это ведь возможно?
- Да, Пак Джин Хо, возможно. Аньён!
- Аньён!
И что этим чиновникам понадобилось от меня? Надо спросить у Чин Ёна. Звоню ему, рассказываю о приглашении.
- Надо обязательно пойти, Джин! Этот человек не просто чиновник. Он один из горячих приверженцев идеи Халлю. Он очень уважаемый учёный.
Раз тебя к нему вызвали, значит хотят о чём-то договориться. От министерства зависит и раздача грантов. Чиновники могут как помочь, так и серьёзно помешать.
И не надо с ходу отвергать то, что они тебе могут предложить. Лучше трижды подумай, прежде чем скажешь что-нибудь министру.
- Я учту ваши пожелания, господин директор!
Пошла к Маше. Она там пилила какую-то трубу.
- Что, новый водопровод собираешься проводить? – Пошутила я.
- Какой водопровод? – Не поняла юмора Рыжик.
- Водяной!
- Ты что, с дуба рухнула? – Спросила она , всматриваясь в меня. – Что за ерунду мелешь?
- Пока не рухнула. Но уже на подходе! В общем так, Маша. Нас срочно вызывают на ковёр в Министерство культуры, спорта и туризма. Нам будет мозги промывать сам министр!
Подумай только, сам министр культуры Южной Кореи будет эдороваться с тобой, Мария Стирлец, за лапку!
А это уважаемый человек! Великий корейский учёный. Кстати, он профессор – я в сети посмотрела, пока сюда шла.
- И что он от нас хочет?
- А чёрт его знает! Нам надо в три часа дня явиться к нему на приём.
- А без меня никак нельзя? Не люблю я по чиновникам таскаться!
- А я так вся мечтаю, ночи не сплю, думаю, как какого-нибуть местного министра, облапошить! И мне на фиг не нужен этот Ким Сонг Кон! Но Чин Ён советует обязательно пойти.
- Ладно, тогда пойдём.
- Ну вот и договорились.
Мы подъехали к министерству без десяти три.
Министерство культуры ЮК.
Мы обратились к дежурному и через три минуты появился какой-то служащий. Он провёл нас к секретарю министра.
Тот зашёл в кабинет к шефу и через несколько минут вышел, позвав нас пройти вовнутрь.
Нас встретил дядька в очках, который предложил сесть на диванчик, стоящий у стены.
Министр культуры ЮК Ким Сонг Кон
- Значит, вы и есть Пак Джин Хо и Ким Мин Джи. – Начал министр. – Я мог вас и не приглашать, а прислать вам прямое указание из министерства, но решил посмотреть на вас сам.
Как у меня тут написано, вы «бананы». В конкурсе СМ не прошли, но вам помог Пак Чин Ён. Я правильно говорю?
- Да, господин министр.
- И вы, как я знаю, стремитесь расширить влияние корейской культуры на остальной мир.
- Пытаемся, господин министр.
- У вас молодой лэйбл, поэтому мы посмотрим за вашим развитием и, может быть, через год отметим ваши усилия грантом.
- Спасибо, господин министр, что заботитесь о нас! – Мы дружно вскочили и поклонились.
- Мне доложили, что вы смогли привлечь внимание к нашей стране, создав «Каннам стайл» и «Ламбаду», которые уже три месяца крутят в разных странах, в том числе и у наших стратегических союзников.
- Мы попытались передвинуть волну Халлю на вегугинские страны…
- И это у вас получилось! Но запомните, Пак Джин Хо, министра никогда нельза перебивать!
- Я исправлю свои ошибки, господин министр! – Теперь вскочила и кланялась только я.
- Хорошо! – министр улыбнулся. – Но есть одна проблема, Пак Джин Хо, которая может помешать вашему успешному началу в шоу-бизнесе. Вы случайно не догадываетесь, о чём я говорю?
- Пока нет, господин министр, но внимательно вас слушаю!
- В вашем интервью русской телекомпании вы объявили, что намерены снять фильм о беспризорниках. Так ведь?
- Да. – Отрицать было глупо – передачу видело половина Кореи.
- Так вот, чтобы у вас не возникли проблемы, влиятельные люди попросили меня предупредить вас, что если сценарий подобного фильма ляжет на стол чиновникам министерства культуры, то они его не пропустят.
Так вот зачем он нас вызвал! Но попробуем спросить:
- Извините, господин министр! Может, я неправильно поняла? То есть, вы хотите сказать, на съёмку такого фильма, если мы захотим его снять, нам ни государственные органы, ни банки денег не дадут, даже в кредит?
