21

Я бросилась к Зику.

– Может быть, попытаемся все вместе?

– Может быть, – ответил Зик. Но я чувствовала, что он уже потерял надежду.

Я проглотила подступивший к горлу ком. От того, что Зик был так напуган, мне стало еще страшнее.

– Конечно, толкнем все вместе, – поддержал меня Брайан и встал рядом. – Можно ведь и сломать дверь, если будет нужно.

«Молодец, Брайан! – похвалила я про себя. – Наконец-то он показал, что может совладать со страхом».

Брайан приготовился толкать дверь.

Я еще раз глубоко вздохнула и задержала дыхание. Я пыталась успокоиться. Но мне казалось, что руки и ноги у меня будто сделаны из жевательной резинки.

Я поняла, что это уже не шутки. Это на самом деле страшно. Если нас закрыли в этой крошечной комнате и нам не удастся выйти отсюда, мы можем остаться здесь до конца своих дней. Мы очень и очень далеко от остального мира.

Все будут искать нас наверху. Но никогда не найдут. Даже если мы закричим и будем изо сех сил звать на помощь, никто нас не услышит. Мы останемся в этой ловушке навсегда. Я еще раз глубоко вздохнула.

– На счет три все толкайте, – сказала я. Зик начал считать:

– Раз… два…

– Подожди минутку! – перебила я. Я уставилась на дверь. – Когда мы сюда входили, дверь открывалась вперед, верно?

– Вроде да.

– Следовательно, мы не сможем открыть ее, если будем толкать. Чтобы открыть дверь, нам нужно дергать ее на себя.

– О черт, ты права! – воскликнул Зик.

Я взялась за ручку, повернула ее и с силой потянула на себя.

Дверь плавно открылась.

За дверью стоял человек. Мой фонарь осветил его лицо. Я сразу же его узнала.

Эмиль. Маленький человек с седыми волосами, который назвался ночным сторожем. Загородив собой дверной проем, он злобно смотрел на нас. Угрожающий взгляд уродливого лица со шрамом.

22

– Дайте нам пройти! – завопила я.

Он не двинулся с места. Злобным взглядом он посмотрел сначала на Зика, потом на Брайана, потом на меня.

– Вы должны выпустить нас отсюда! – повторила я настойчиво, а затем кротко добавила: – Пожалуйста!

Его взгляд стал совсем свирепым. В свете фонаря казалось, что шрам на его лице углубился.

Эмиль словно прирос к полу.

– Что вы здесь делаете? – спросил он скрипучим голосом. – Зачем вы пришли в мой дом?

– Так вы – призрак? – выпалила я.

Он прищурил глаза и с удивлением посмотрел на меня.

– Призрак? – Его лицо приняло озадаченный вид. – Наверно, меня можно назвать и так.

Брайан как-то странно вскрикнул.

– Это мой родимый дом, – сказал человечек сердито. – Что вы тут делаете? Почему вы не послушались, когда я предупреждал вас?

– Вы нас предупреждали? – спросила я. Моя рука так сильно дрожала, что свет от фонаря плясал по всей стене.

– Я делал всё, чтобы вы не проникли в мой дом.

– Вы имеете в виду испорченную декорацию? Полеты с антресолей? Страшную маску с запиской в моем шкафчике? – с удивлением воскликнула я.

Призрак кивнул.

– Я пытался предупредить вас. Я не хотел никого обидеть. Но я должен был защитить свой дом.

– И поэтому вы старались сорвать нашу постановку? – спросил Зик и вплотную приблизился ко мне. – Вы попытались сорвать постановку пьесы, чтобы мы не воспользовались люком и не нашли вас тут?

Призрак кивнул.

– А что произошло семьдесят два года назад? – спросила я. – Что с вами случилось, когда пьесу хотели ставить в первый раз? Почему вы исчезли в тот вечер?

Выражение лица призрака изменилось. Я увидела замешательство в его серебристо-серых глазах.

– Я… я вас не понимаю. – Эмиль посмотрел мне в глаза. Его нечесаные волосы упали на лоб.

– Семьдесят два года назад, – повторила я. Горькая улыбка искривила его губы.

– Я не так стар. Мне только пятьдесят семь.

– Значит… вы – не призрак? – спросил Зик неуверенно.

Эмиль замотал головой. Он устало вздохнул.

– Не понимаю я этих разговоров о призраке, юноша. Я просто бедный бездомный, который пытается защитить свою территорию.

Мы втроем уставились на него, пытаясь определить, правда ли это. Я решила, что похоже на правду.

– Вы живете под школой? – спросила я вкрадчиво. – А как вы узнали, что здесь есть комната?

– Мой отец тридцать лет работал в школе. Когда я был ребенком, он приводил меня сюда. А потом, когда я потерял квартиру в городе, я вспомнил об этом помещении. С тех пор живу здесь. Вот уже шесть месяцев.

Его взгляд опять посуровел. Он убрал волосы со лба. На нас глядело перекошенное лицо.

– Вы хотите, чтобы у меня это отняли? Это все, что у меня осталось.

Он быстро переступил порог, вошел в комнату и двинулся на нас, угрожающе сверкая глазами.

Я отступила назад.

– Ч-что вы собираетесь с нами сделать?

23

– Вы всё испортили. Всё. – Эмиль надвигался на нас.

– Постойте! – закричала я и подняла руки, как будто закрываясь щитом.

И вдруг я услышала звук. Из туннеля. Знакомый лязг.

Я повернулась к Зику и Брайану. Они тоже слышали.

Площадка! Она двигалась. Спускалась вниз. Ее было слышно на другом конце туннеля. Это был наш единственный шанс убежать.

– Вы всё испортили, – повторил Эмиль. Неожиданно в его сердитом голосе зазвучали печальные нотки. – Почему вы не послушались моего предупреждения?

Не сговариваясь, Зик, Брайан и я бросились к двери.

– Ой! – Пробегая мимо Эмиля, я натолкнулась на него.

К моему удивлению, он не пытался схватить меня, не попытался меня остановить.

Я на всех парах помчалась к двери. Ноги по-прежнему были как жевательная резинка, но я заставила их двигаться. Прыжок, еще один. Назад я не оглядывалась. Но слышала, что Зик и Брайан бегут за мной. Затем я услышала, как по туннелю разносится голос Эмиля:

– Вы всё испортили. Всё!

Преследовал нас Эмиль?

Мне было все равно. Я просто хотела добежать до спускаемой площадки и выбраться отсюда.

Не разбирая дороги, я бросилась в темноту по изгибу туннеля. Мои кроссовки тонули в жидкой грязи. Я задела плечом шершавую стену, но не снижала скорости.

Луч света прыгал над землей возле моих ног. Как только я увидела площадку, я подняла фонарь. Я тяжело дышала. У меня кололо в боку.

– Что вы здесь делаете? – услышала я мужской голос.

Отец Зика!

Зик, Брайан и я взобрались на площадку и облепили его со всех сторон.

– Что там происходит? – строго спросил мистер Мэтьюс. – Чей это голос?

– Вверх! – только и смогла выдохнуть я. – Быстрее вверх!

Зик протянул руку и дернул рубильник. На этот раз он сработал.

Площадка качнулась и начала подниматься.

Я окинула взглядом туннель. Не гонится ли за нами Эмиль?

Нет. Все тихо.

Он за нами даже не побежал.

«Чудеса, – подумала я. – Настоящие чудеса».

– Я слышал скрипучий голос. Кто это был? – допытывался мистер Мэтьюс.

– Бездомный. Живет под сценой. – Я рассказала, что произошло и как он вот уже несколько недель пытается запугать нас.

– Как ты узнал, что мы внизу? – спросил Зик отца.

– Ты ведь должен сидеть дома, – сурово ответил он. – Тебе все еще не разрешается гулять. Но дома тебя не было, и я догадался, что ты снова околачиваешься где-то возле сцены. Боковая дверь школы была открыта. Когда я вошел в зрительный зал, я увидел, что люк движется. И решил посмотреть, что здесь происходит.

– Я так рада! – закричала я. Я прямо была готова обнять мистера Мэтыоса.

Площадка остановилась, мы выбрались на сцену. Отец Зика побежал звонить в полицию. Он сообщил, что под школой живет бездомный человек.

Полицейские приехали быстро. Мы видели, как они спускаются в люк. Мы ждали, когда они выведут Эмиля наружу. Но через несколько минут полицейские вернулись одни.