Короче, не расслабляем булки и включаем мозг. Что Санек немедленно и проделал, запустив «слияние с миром», синергически с «органами чувств» скафа.
Мир вовне оказался полон деятельности. Но деятельности природной, бурной и неразумной.
Ожидаемо. Джунгли же.
Санек вчувствовался в бурное кипение, выискивая то, что выпадает из общей гармонии…
И нашел. Интуитивно. Причем не сразу осмыслил, что именно привлекло внимание.
Потому что на первый взгляд все было вполне в рамках естественного биоценоза.
Стая из семи хищных зверушек окружила восьмую. И собиралась ее скушать. Причем прогноз осуществить задуманное у семерки был неплохой: восьмая зверушка была примерно такого же размера и зубастости. На первый взгляд.
Но были и отличия.
Во-первых, температура жертвы – 40,5 по Цельсию, то есть на три с половиной градуса выше, чем у охотников. Температура дыхания, естественно, а не внешних покровов.
А во-вторых, скелет потенциальной жертвы содержал на два порядка больше металла, чем у остальных хищников. А если точнее, в двести девятнадцать раз. Чтобы установить, какие именно металлы внутри тушки-дичи, тушку требовалось вскрыть, однако кое-какие части организма находились снаружи. Клыки и когти.
«Высокое содержание иридия», – сообщил анализатор.
Не такая уж эта дичь – дичь, получается.
Металл платиновой группы, причем оказавшийся там, где он существенно усиливает носителя. Сто против нуля, что кто-то позаботился о том, чтобы укрепить природное оружие зверушки. А еще она излучает. Причем не радиацию. Уровень электростатики как у высоковольтного провода. Очень, очень интересно. И более чем достаточно, чтобы не дать такому занятному существу стать поздним ужином.
Следующий вопрос: нужна ли зверушке помощь? А для этого стоит взглянуть поближе, какова эта искусственно созданная, предположительно домашняя животинка в бою.
А неплохо у нее получается. Почти на тридцать процентов быстрее противников. Будь их не семеро, а парочка, уже порвала бы. На первый взгляд дралась животинка неплохо. А вот на второй…
«Не эффективно», – противореча очевидному, оценил действия зверушки второй поток сознания. И аргументировал причину: отсутствие навыков применения.
Получается, у модифицированной зверушки взрослого размера недостаточно боевого опыта? Как же тогда, интересно, она дожила до сегодняшней ночи? Хотя нет, тут как раз все просто. Домашняя же.
В любом случае стоит подойти поближе. Бойцу в «шкуре» ни от металлизированной зверушки, ни от хищной стаи реальной угрозы нет.
Не выключая режим маскировки (вряд ли кто-то сейчас стрельнет в него лазером или ЭМ-импульсом), Санек двинулся сквозь лес. Для сервов скафа кусты и подрост не преграда, а большие деревья можно и обойти. Однако ломиться не будем. Будем красться.
Извне, надо полагать, смотрелось эпично. Титаническая фигура, облаченная во мрак, скользит через первобытный лес…
А потом внезапно переходит на бег, потому что дела у зверушки стали совсем нехороши. Ее сбили с ног.
К собственному счастью, она сумела вскочить, раскидав противников.
Ненадолго. Через семь секунд ее опять сбили. И теперь уже без шансов, но…
Семь секунд – это очень много. Достаточно, чтобы Санек достиг дистанции эффективной атаки и, не экономя ресурс, хлестнул лучом парализатора по площади, застанив все живое в секторе воздействия.
Действовал рефлекторно, понятия не имея, как сработает заточенное под человека оружие на местной фауне.
Сработало идеально. Миг – и больше никто никого не жрет. Все тихонько лежат там, где только что царапались и кусались.
Санек еще раз просканировал окрестности, не обнаружил ничего подозрительного, экономии ради отключил маскировку и подошел к упустившей свой шанс стае.
А зубастенькие тут волчата. И упорные. Два экземпляра, несмотря на стан, ухитрились так и не разжать челюстей.
А еще они симпатичные, здешние мутанты. На Умирающей Земле звероватых мутов хватает, но по большей части они уродливые твари. А эти даже в непрезентабельном парализованном виде – симпатяжки. Длинноногие, поджарые, как борзые. Головы, правда, больше на медвежьи похожи, чем на собачьи или волчьи. И шерсть красивая: кудрявая, серо-черного окраса… Стоп! Это в ноктовизоре серая, а на самом деле…
На шлеме зажглись малые фары, встроенные в щели на «висках». Да ладно! Это не серый, это зеленый окрас. Даже не зеленый – мраморный. А глаза – синие. И активно косят в сторону скафа. Страшно им. Стандартный удар парализатора станил нервную систему, примерно как перелом позвоночника в шейном отделе. Мозг продолжал функционировать, но команды не проходили ниже моста, соединяющего головной мозг со спинным. Дополнительная функция – односторонняя проводимость. Как это было достигнуто, Санек не представлял и сам этот вариант никогда не использовал. Мучить беспомощную жертву – отвратительно. Но это Саньку. Те, кто нарабатывал положительный рейтинг, как правило, использовали именно этот режим.
Санек наклонился, отсоединил вцепившихся (без сервов «шкуры» не справился бы) хищников, скинул на траву тех, кто в стане повалился на добычу сверху…
Ого! А зверушка-то наша – конкретный мутант. Почти вся голова, включая верхнюю челюсть, защищена этаким естественным шанфроном[1] с прорезями для глаз, ноздрей и ушей. Одно ухо превратилось в кровавые лохмотья, а второе более-менее целое, выглядывает из щели и слегка подергивается.
Интересный момент: порвали зверушку прилично, но многочисленные раны практически не кровят.
Какой из этого вывод?
А такой, что выводы оставим на будущее, а сейчас забираем зверушку и уносим в менее открытое место.
Потому что Санька, использовавшего парализатор, вполне могли обнаружить те, кто тоже способен отслеживать нарушения фона и, не исключено, умеют это делать лучше, чем двойка «Санек плюс “шкура”».
Нужное направление отхода Санек прикинул заранее: невысокая каменистая гряда примерно в семи километрах отсюда. Там наверняка отыщется щелка в сотню-другую квадратных метров, в которой можно «потеряться» бойцу в скафе.
Приняв решение, Санек подхватил «домашнее» чудище…
И едва не потерял равновесие. Ого! Двести семьдесят пять кило.
Вес как у матерого уссурийского тигра! Притом что размеры у зверушки значительно скромнее.
Хорошо, что для сервов скафа и полтонны не предел. Санек снова включил маскировку. Семь километров. Полчаса бега…
Полчаса. Ха! За полчаса он приблизился к цели от силы на пару километров.
Лес вокруг вроде бы знакомый, не ядреные джунгли. Даже привычные деревья попадались, вроде березок, дубов и осинок. Правда, Саньку раньше никогда не встречались осинки в четыре обхвата, но не принципиально. Хуже, что местами лес превращался из просто чащи в чащу непролазную, с обширными буреломами, где между павшими стволами молодые деревья росли так густо, что проще было обойти это безобразие по широкой дуге, потому что задействовать прыжковые движки Санек не хотел: лишнее внимание и опять-таки расход энергии.
А еще овраги.
А еще речка, через которую пришлось перебираться, держа парализованное чудище над головой, и отбиваться от каких-то настырных рыбешек, решивших поиграть в пираний. Удачно, что атаковали они в первую очередь нижние конечности «шкуры». Так-то вполне толковая тактика. Обездвижить переправляющуюся еду, а потом вдумчиво и без спешки потрапезничать. К счастью, даже поцарапать, не говоря о том, чтобы прокусить скаф, зубок у рыбешек не хватало.
Выбравшись из воды, Санек отодрал один повисший на ноге экземпляр и сунул в приемник биомассы.
Анализатор сообщил, что данная рыбка в своей основе когда-то была обычным карасем. И примерно сорок процентов этого «карася» станет основой для питательной смеси. Что же касается воды в речке, то лучше бы ее не использовать даже после фильтрации, поскольку радиоактивность ее выше средней по локации.
