Саманта Янг

Город моей любви

Samantha Young

DOWN LONDON ROAD

Copyright c Samantha Young, 2013

© А. Олефир, перевод, 2014

© ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2014

Издательство АЗБУКА

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

©Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)

Роберту

Глава 1

Эдинбург, Шотландия

Я смотрела на живописное полотно и спрашивала себя, что за ерунду я разглядываю. Как по мне, это была просто мешанина разноцветных линий и квадратов, кое-где со светотенью. Картина почему-то казалась знакомой. Наконец я припомнила, что где-то у меня лежал рисунок, сделанный и подаренный мне Коулом, когда ему было года три, – и весьма напоминающий данное творение. Однако я сомневалась, что кто-нибудь купил бы рисунок Коула за триста семьдесят пять фунтов. Но также я усомнилась бы в нормальности любого, кто заплатит триста семьдесят пять фунтов за кусок холста, выглядящий так, будто его поставили у железной дороги аккурат в тот момент, когда с рельсов сошел поезд, груженный красками.

Тем не менее, оглядываясь иногда по сторонам, я видела, что большинству людей в галерее работы нравятся. Наверное, я просто недостаточно умна, чтобы их понять. Пытаясь показаться более образованной и сведущей ради моего спутника, я придала своему лицу глубокомысленное выражение и перешла к следующему холсту.

– Гм, ну-у-у, что-то я этого не понимаю, – возвестил рядом со мной низкий хрипловатый голос.

Я бы узнала этот голос где угодно. Его американский акцент там и сям разбавляли мелодичные гласные или резкие согласные, характерные для местного говора, – последствия того, что его обладательница прожила в Шотландии почти шесть лет.

Огромное облегчение охватило меня, когда я опустила голову и встретилась взглядом со своей лучшей подругой Джосс. Чуть ли не впервые за этот вечер я улыбнулась искренне. С Джоселин Батлер, прямолинейной, напористой американкой, я заправляла баром в довольно шикарном заведении под названием «Клуб 39». В этом подвальном местечке на одной из самых известных улиц города, Джордж-стрит, мы работали вместе уже пять лет.

Затянутая в дизайнерское черное платье, в туфлях от Кристиана Лубутена моя низкорослая подруга выглядела совершенно сногсшибательно – как и ее парень Брэден Кармайкл. Стоя позади Джосс, ревниво приобнимая ее пониже талии, Брэден прямо-таки лучился уверенностью. При виде его у любой слюнки потекли бы. Он был именно таким парнем, какого я искала многие годы, и если бы я не любила подругу так сильно, а Брэден не обожал Джосс до умопомрачения, я бы в пыль растоптала ее, чтобы его заполучить. Ростом Брэден достигал почти шести с половиной футов, что мне по высоте подходило идеально – мои эффектные пять футов десять дюймов на правильных каблуках давали больше шести футов. Кроме того, парень Джосс был сексапильным, богатым и остроумным. И любил ее без памяти. Они провели вместе уже почти восемнадцать месяцев, и я прямо-таки чувствовала, как назревает предложение руки и сердца.

– Ты потрясающе выглядишь, – сказала я Джосс, обводя взглядом ее формы. У подруги, в отличие от меня, большая грудь, а от широких бедер и задницы невозможно отвести взгляд. – Огромное спасибо, что вы оба пришли.

– Ну что ж, за тобой теперь должок, – проворчала Джосс, изгибая бровь и оглядывая картины. – Мне придется здорово приврать, если автор спросит, что я думаю.

Брэден сжал ее талию и улыбнулся сверху вниз:

– Да если сама художница так же претенциозна, как ее работы, то зачем врать, ведь можно быть брутально честной?

– И то правда, – ухмыльнулась в ответ Джосс.

– Нет-нет, – вмешалась я, зная, что если я промолчу, то она сделает именно это. – Бекка – бывшая девушка Малкольма, и они всё еще дружат. Ты тут прикинешься Робертом Хьюзом, а меня вышвырнут ко всем чертям.

– Роберт Хьюз? – нахмурилась Джосс.

– Был такой знаменитый художественный критик, – вздохнула я.

– Мне это нравится, – хищно ухмыльнулась Джосс. – Знаешь, говорят, честность сродни благочестию.

– По-моему, это про чистоту, милая.

– Конечно про чистоту, но ведь честность – практически то же самое?

От строптивого огонька в глазах Джосс у меня почти перехватило горло. Моя подруга была силой, с которой стоит считаться, и если у нее имелось какое-то мнение или желание что-то сказать, то вы мало что могли сделать, чтобы ее остановить. Когда я только с ней познакомилась, она вела себя невероятно скрытно и замкнуто и предпочитала не вникать в частную жизнь своих знакомых. После встречи с Брэденом она сильно переменилась. Наша дружба укрепилась, и теперь Джосс была единственной, кто знал всю правду о моей жизни. Я благодарила Бога за нашу дружбу, но в подобные моменты иногда жалела, что она не осталась прежней Джосс – той, которая держала свои мысли и чувства под семью замками.

Я встречалась с Малкольмом Хендри уже почти три месяца. Он идеально мне подходил: добрый, спокойный, высокий – и богатый. Малкольм был самым старым из моих «сладких папиков», как их шутливо именовала Джосс, хотя в тридцать девять вряд ли стоило называть его старым. Однако между нами было пятнадцать лет разницы. Меня это не заботило. Убежденная, что он вполне может оказаться тем самым, я не хотела, чтобы Джосс ставила под удар прогресс в наших отношениях, обижая его подружку.

– Джоселин, – Брэден снова ухватил ее за талию, глядя на меня и видя мою растущую панику, – подозреваю, сегодня тебе лучше поупражняться в искусстве неискренности.

Наконец заметив выражение моего лица, Джосс успокаивающе положила мне руку на плечо:

– Да я шучу, Джо. Обещаю быть паинькой.

– Просто… – кивнула я, – все так хорошо идет, ты же знаешь.

– Малкольм вроде бы кажется приличным парнем, – поддакнул Брэден.

Джосс как-то по-особому хмыкнула, но мы оба ее проигнорировали. Подруга уже высказала мнение о моем поклоннике. Она была уверена, что я использую Малкольма, а он использует меня. Что правда, то правда. Он был щедр, а я нуждалась в щедрости. Однако же еще бо?льшая правда заключалась в том, что он мне действительно нравился. С самой моей «первой любви» в шестнадцать лет – Джона – я покупалась на очаровательных благотворителей и идею гарантированного благополучия для меня и Коула. Но Джону наскучила роль второй скрипки в моей семье, и через полгода он меня бросил.

Этим мне был преподан ценный урок.

А также выдвинуты новые требования к парню: он должен иметь хорошую работу, приличный доход, быть сговорчивым и трудолюбивым. Как бы много и усердно я ни трудилась, при отсутствии квалификации и какого-либо настоящего таланта мне никогда не заработать достаточно денег, чтобы обеспечить стабильное будущее своей семье. Однако же я достаточно привлекательна собой, чтобы обеспечить себе мужчину с хорошей квалификацией и талантом.

Через несколько лет, когда я собрала себя по кусочкам после развалившегося романа с Джоном, в мою жизнь вошел Каллум – тридцатилетний состоятельный юрисконсульт, шикарный, образованный, умный и опытный. Полная решимости наконец добиться успеха, я стала такой, какой представляла себе его идеальную девушку. У меня уже вошло в привычку становиться кем-то другим – раз уж это вроде бы работало. Каллум думал, что я и была идеальной – некоторое время. Мы провели вместе два года, пока моя скрытность в отношении семьи и неспособность впустить его в дом не вбили клин между нами слишком глубоко, – и он ушел от меня.