Его комната выглядела так же, как всегда: пластиковые полки с одеждой и книгами вдоль стены, гитара в углу и палас на полу. Но на кровати лежал листок — белый квадрат на черном одеяле. Неровный петлистый почерк казался знакомым. Он присмотрелся — это был почерк Изабель.

« Саймон, я пыталась до тебя дозвониться, но ты, кажется, выключил телефон. Понятия не имею, где ты. Сказала ли тебе Клэри о том, что случилось? Мне нужно встретиться с Магнусом, и я хочу, чтобы ты тоже пришел. Меня трудно напугать, но сейчас я боюсь за Джейса. Я никогда не просила тебя о помощи, но сейчас прошу. Пожалуйста, приходи. Изабель».

Саймон выронил письмо из рук. Не успел листок упасть на пол, как он уже спускался по лестнице.

Когда Саймон вошел в квартиру Магнуса, там было тихо. На диване рядом с камином сидел Магнус и отрешенно смотрел на огонь, будто всматривался в прошлое. Саймон вспомнил, как однажды Магнус сказал ему о бессмертии: «Когда-нибудь останемся только мы с тобой». Алек спал, положив голову на колени своего друга.

Саймон кашлянул, и Магнус поднял глаза.

— Тебя Изабель позвала, знаю, — сказал он тихо, чтобы не разбудить Алека. — Она в комнате для гостей. Первая дверь налево.

Саймон кивнул и вышел. Удивительно, но он нервничал так, будто собирался на первое свидание. Изабель никогда раньше не просила его помочь, да и вообще не подавала никаких признаков того, что нуждается в нем.

Он толкнул дверь гостевой комнаты. Если бы не умение видеть в темноте, присущее вампирам, он бы ничего не разглядел. Но теперь такой проблемы для него не существовало. Справа стоял шкаф, на стуле лежала одежда, а на кровати спала Изабель.

Саймон во все глаза уставился на нее. Он ни разу не видел Изабель спящей. Она выглядела моложе своих лет, лицо ее расслабилось, ресницы казались неправдоподобно длинными, рот был слегка приоткрыт, ноги поджаты. Одета она была в футболку с надписью «Клуб лох-несского чудовища: находим ответы, игнорируем факты». Саймон присмотрелся… и узнал своюфутболку. Ну вот… Ему так хотелось услышать ее голос, а она… спала. Он скинул обувь и лег рядом с ней.

Изабель занимала в кровати явно больше места, чем Клэри. Высокая, почти одного с ним роста, во сне она все же казалась хрупкой.

Он провел ладонью по ее руке.

— Иззи… — позвал он. — Изабель…

Он наклонился ближе — от нее пахло розовыми духами и спиртным.

Что ж, все понятно. Саймону хотелось прижать ее к себе и нежно поцеловать, но слава совратителя подвыпивших девиц его совсем не прельщала.

Он неподвижно лежал на спине и смотрел на растрескавшуюся штукатурку потолка. Определенно, Магнусу надо что-то делать с этим.

Словно почувствовав, что он здесь, Изабель вдруг повернулась и прижалась мягкой щекой к его плечу.

— Саймон? — сонно спросила она.

— Да.

Он осторожно коснулся ее плеча.

— Ты пришел… — Изабель прижалась головой к его плечу. — Прости, я думала, что ты не придешь.

Он водил пальцами по ее руке.

— А я пришел.

— Ох, я и сама не заметила, как заснула.

Саймон улыбнулся в темноте:

— Ничего. Если бы ты захотела, чтобы я пришел исключительно для того, чтобы обнять тебя спящую, я бы так и сделал.

Он почувствовал, как Изабель напряглась, а потом снова расслабилась…

— Саймон?

— Да?

— Расскажи что-нибудь.

— Что?

— Какую-нибудь историю, в которой добро побеждает зло. И чтобы все злодеи умерли навсегда.

— Вроде сказки? — спросил он и попробовал вспомнить что-нибудь подходящее. Сказки он знал только по диснеевским мультикам, и первое, что пришло на ум, — русалочка Ариэль в купальнике из ракушек. В восемь лет он был в нее влюблен, но не рассказывать же об этом.

—  Нет, — вздохнула она. — Сказки мы проходили в школе. Некоторые заклинания из сказок и в самом деле действуют, но… не важно. Расскажи что-нибудь другое.

— Ладно, я вспомнил одну хорошую штуку. — Саймон погладил Изабель по волосам, чувствуя, как она щекочет длинными ресницами его шею. — Давным-давно, в одной далекой галактике…

Клэри не знала, сколько просидела на ступенях дома Люка, прежде чем начало светать. Солнце, поднявшееся из-за дома, окрасило небо в темно-розовый цвет, а реку превратило в голубую ленту со стальным отливом. Она дрожала от холода и, чтобы согреться, начертила две Согревающие руны, но они не помогли. Та к может, все дело в нервах?

Придет ли Джейс? Клэри надеялась, что в немпо-прежнему осталось что-то от Джейса — от настоящего Джейса, — а значит, придет. Когда он прошептал, что вернется за ней, она поняла, что долго ждать не придется — Джейс всегда был нетерпелив.

Но она не могла ждать вечно. Настанет новый день, и мама снова начнет следить за ней. И ей придется забыть о Джейсе на целые сутки, если не больше.

Клэри закрыла глаза, оперлась локтями на ступеньку за спиной и на мгновение представила, будто все по-прежнему: днем они с Джейсом пойдут на тренировку, а вечером поужинают, и он будет смешить ее, как и всегда.

Теплые усики солнечных лучей щекотали ее лицо. Она нехотя открыла глаза и… увидела его.

Джейс поднимался по ступеням беззвучно, как кошка. На нем был темно-синий свитер, а волосы в лучах солнца были похожи на сноп солнечных лучей. Клэри выпрямила спину, сердце в груди заколотилось. Она вспомнила ту ночь в Идрисе, когда в небе взрывались фейерверки, и подумала об ангелах, низверга ющихся в пламя.

Он подошел и протянул руку. Клэри оперлась на нее и встала. Золотистые глаза Джейса смотрели на нее в упор.

— Я думал, ты не придешь.

— С каких это пор ты во мне стал сомневаться?

— Совсем недавно ты на меня злилась.

Он погладил ее по щеке, и она ощутила прикосновение шершавого шрама на его ладони.

— Что бы ты сделал, если бы меня здесь не оказалось?

Джейс прижал ее к себе. Он дрожал, ветер трепал его волосы.

— Как Люк?

Услышав имя Люка, Клэри вздрогнула. Решив, что ей холодно, Джейс еще сильнее прижал ее к себе.

— С ним все будет хорошо, — осторожно сказала она. — Это все ты, ты, ты виноват.

— Я не хотел причинить ему вреда. — Джейс поглаживал ее по спине. — Ты мне веришь?

— Джейс… — сказала Клэри. — Зачем ты пришел?

— Чтобы снова попросить тебя пойти со мной.

Она закрыла глаза:

— И ты даже не скажешь, куда?

— Верь, — тихо произнес он. — Просто верь мне, и все. Но знай, если ты пойдешь со мной, дороги назад не будет.

Она вспомнила, как впервые увидела его в «Адском логове». Ее жизнь тогда изменилась безвозвратно.

— Дороги назад никогда и не было, — сказала она. — Во всяком случае, с тобой. — Она открыла глаза. — Пойдем.

Улыбка Джейса была лучезарной, и Клэри расслабилась.

— Ты уверена?

— Да.

Он наклонился и поцеловал ее. Протянув руки, чтобы обнять Джейса, Клэри ощутила горечь на его губах, и на нее, словно занавес в конце спектакля, опустилась тьма.

Часть вторая

Нечто темное

Люблю тебя,

Как любят нечто темное.

Пабло Неруда, сонет XVII

8. Огонь закаляет золото

Майя никогда не бывала на Лонг-Айленде, и ей казалось, что это тихое местечко вроде Нью-Джерси, где живут люди, работающие в Нью-Йорке.

Она забросила рюкзак в багажник грузовика Джордана. Когда они встречались, Джордан водил потрепанную красную «тойоту», вечно захламленную мятыми стаканчиками из-под кофе и пустыми пакетами из-под гамбургеров. Пепельница была вечно переполнена окурками. А вот в салоне грузовичка было сравнительно чисто, если не считать стопки бумаг на пассажирском месте. Она отодвинула стопку и села, не сказав ни слова.

Они выехали из Манхэттена на магистраль, ведущую к Лонг-Айленду, и Майя задремала. Когда грузовик подпрыгнул на ухабе, она проснулась и принялась тереть глаза.

— Прости, — сказал Джордан. — Я думал, ты всю дорогу будешь спать.