Они сели в машину. Хиз повернул ключ зажигания и посмотрел на Джоди.

— Ты действительно сомневаешься, стоит ли тебе оставаться в Австралии?

— В любом случае Луис права. Я потом корила бы себя за то, что не использовала все шансы.

— Это самое лучшее, что я слышал за сегодняшний день.

Джоди повернулась к Хизу и поразилась, увидев, с какой нежностью он на нее смотрит.

— Давай сделаем это. Давай рискнем?

Девушка хотела спросить, что он имеет в виду, но она и без того все отлично поняла.

Его вопрос не должен был вызвать у нее столько эмоций, учитывая обстоятельства, при которых они встретились. Однако Джоди была готова взорваться от счастья.

Хиз взял ее руки в свои. Она могла чувствовать его учащенный пульс. Он был взволнован так же, как и она. Хиз улыбнулся ей, и Джоди ощутила, что дрожит.

— Джоди Симпсон, ты выйдешь за меня?

Девушка крепко сжала его ладони и глубоко вздохнула. Она подумала о Барнаби и Скотте. Ей стало противно при одной мысли о том, что она рассматривала возможность выйти замуж за одного из них. Они бы ее выдали, если бы им пришлось разговаривать с иммиграционной службой. Ей нужен надежный человек. Хиз был идеальным кандидатом.

— Да, — она ответила несколько громче, чем хотела. — Я согласна.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Джоди стояла в холле мэрии Мельбурна, повторяя про себя: «Хиз Коннор Джеймсон, Хиз Коннор Джеймсон…»

На ней не было фаты, вместо свадебного наряда она надела бледно-желтое платье без бретелей, его шифоновая юбка разлеталась у ее колен при ходьбе. Волосы она завила и собрала в низкий узел. В ушах Джоди блестели желтые серьги — самые первые, которые она сделала, когда приехала в Австралию.

Девушка не ожидала, что Хиз пригласит на торжество всю свою семью: братьев, сестер, их жен и мужей и даже детей…

Если мы не смогли договориться о том, как пройдет наша свадьба, что же будет дальше?

Они с Хизом планировали простую скромную церемонию, и Джоди решила, что они вместе с Лизой и Мэнди выпьют по паре бокалов с друзьями из «Пещеры». Но присутствие на церемонии семьи Хиза делало свадьбу настоящей.

В детстве Джоди не мечтала, какой будет ее свадьба. Когда ей исполнилось тринадцать, ее отец собрал свои вещи и ушел ночью, не простившись, а мать в истерике кричала Джоди, что он, возможно, и не отец ей. В ту ночь Патрицию впервые забрали в психиатрическую клинику. В ту ночь Джоди окончательно распрощалась с детством…

Словно в забытьи, девушка прошла через холл и очутилась в зале регистрации браков, где ее уже ждал жених. Собравшиеся перешептывались, рядом с Джоди икал малыш Джеймсон, племянник Хиза. Мэр, проводивший церемонию, начал свою речь. Девушка прилагала немало усилий, чтобы не упасть в обморок.

— Дыши глубже, — прошептала ей на ухо Лиза.

Мэр выжидающе кашлянул, и Джоди обнаружила, что все смотрят на нее.

— Согласна, согласна, — подсказала ей Лиза.

— Согласна, — сказала Джоди не своим голосом. Ей казалось, что все это происходит не с ней…

Два дня назад

— Я не думаю, что нам стоит исполнять все обязанности супругов, — сказала Джоди, крепче прижав к уху телефонную трубку. Они с Хизом обсуждали, каким будет их брак.

— Ты имеешь в виду секс?

— Понимаешь, я не хочу, чтобы наша дружба переросла в… Это только все усложнит.

— Особенно учитывая, что у тебя уже есть бумаги на развод.

— Правильно, — обрадовалась Джоди. Наконец-то он понял.

— Но опять-таки, — произнес Хиз, и девушка поняла, что рано обрадовалась, — год назад ни один из нас не стал бы отвечать на объявление на сайте знакомств. Обстоятельства меняются. Жизнь частенько преподносит нам сюрпризы. Никогда не говори «никогда», так ведь?

— Но хотя бы позволь мне платить тебе, — сказала Джоди, пытаясь уйти от неприятной ей темы.

— За секс? Но я думал, ты говорила…

— Нет! Не за секс. Что-то вроде ренты.

У Джоди были кое-какие сбережения. Она получала доход от реализации своих сережек бесчисленным подружкам Мэнди. Она также могла продать свой обратный билет за тысячу долларов. Джоди еще не имела права работать официально. Но она не собиралась сидеть у Хиза на шее. Она хотела делить с ним расходы на хозяйство. Ведь у бедного фермера не может быть лишних денег.

Они столько раз обсуждали эту тему, что Джоди запуталась и не могла вспомнить, к какому решению они пришли.

Но сейчас она стояла в мэрии рядом с настоящим красавцем. Его волосы были стильно уложены, глаза светились, а темный костюм в сочетании с белой рубашкой и желтым галстуком делал его просто неотразимым. Более того, этот мужчина хотел спать с ней. И, правду говоря, она тоже была не против.

Сила воли, напомнила себе Джоди.

Самоконтроль. Все зависит от меня.

Хиз взял ее за руку, и она чуть не подпрыгнула от неожиданности. Он развернул девушку лицом к себе и, улыбнувшись одной из своих самых соблазнительных улыбок, надел на ее безымянный палец блестящее золотое кольцо. Когда Хиз решил сам выбрать кольца, Джоди согласилась при условии, что он не станет дарить ей фамильную драгоценность. Она думала, Хиз купит самое дешевое колечко, а тут…

Белое золото с выгравированными на нем австралийскими акациями и ланкастерскими розами.

Английские розы…

Джоди снова подумала о том, как сообщит новость о своей свадьбе матери. Но не ее вина, что Патриция уехала, не включив автоответчик, который Джоди ей подарила. И она не виновата в том, что мать время от времени посылает ей открытки из разных экзотических стран, не указывая обратного адреса.

Хотя, с другой стороны, так ли уж Патриции нужно знать о свадьбе дочери? Она, наверное, и не заметила бы, что Джоди осталась в Австралии на более долгий срок, чем позволяла ее виза. Она бы сказала: «Я рада, если моя дочь счастлива там, где находится».

Джоди прикусила губу, чтобы не засмеяться. Патриция теперь на все реагирует спокойно. Развод, свадьба, ураган, цунами…

Хиз произнес клятву, он пообещал любить Джоди и всегда дорожить ею.

Джоди смотрела на все происходящее словно со стороны. Она взяла с бархатной подушечки кольцо, предназначенное для Хиза. Он протянул руку, и девушка заметила, что его безымянный палец когда-то был сломан и сросся неровно.

Я вот-вот стану его женой, но даже представления не имею о том, как это случилось.

Девушка с усилием надела кольцо на палец Хиза, ему даже пришлось помочь ей, что доставило немало удовольствия гостям.

— Можете поцеловать невесту.

Джоди отчетливо услышала эти слова. Поцеловать?.. Но… Джоди не могла возразить, ведь на них смотрела вся его семья.

Хиз нежно провел рукой по ее волосам и быстрым движением привлек девушку к своей груди. Его глаза сияли.

— Хочу предупредить: я собираюсь тебя поцеловать, миссис Джеймсон.

— Тогда давай быстрее покончим с этим, мистер Джеймсон, — прошептала Джоди в ответ.

Хиз поцеловал ее — совсем не так, как ожидала Джоди. Она-то думала, что это будет лишь быстрое прикосновение. Но мужчина жадно припал к ее губам, заставляя девушку терять волю и разум. Это был чувственный взрыв, холод и жар одновременно.

Когда Хиз отпустил Джоди, она издала тихий стон. Раздались аплодисменты присутствующих, а также свист — на такое была способна только Мэнди.

Почти все здесь верят, что наша свадьба — самая настоящая.

Джоди сделала глубокий вздох. Если бы она была в состоянии говорить, то закричала бы: «Это все неправда! Мы просто заключили сделку. Два года! Только два года!»

Джоди посмотрела на Хиза, ожидая увидеть его в таком же замешательстве. Но его глаза говорили совсем о другом. Он хотел большего.

Они шли по проходу, рука Хиза лежала на ее талии. Но все, о чем могла думать невеста, — такое никогда не повторится.

Они вышли на улицу, освещенную декабрьским солнцем. И вдруг над ними появились мыльные пузыри. Их были тысячи. Похоже, каждый из приглашенных имел при себе небольшую баночку. Пройдя через радугу пузырей, молодожены спустились к дороге, на которой стояла запряженная карета. Джоди не могла понять, нравится ей все происходящее или нет.