Знаю, в давние времена таксисты, ещё когда ездили на Волгах, приторговывали водкой и сигаретами, Пётр Кузьмич с кем-то об этом вспоминали. В наши времена, когда эта власть снова начала заниматься хернёй, ограничив время продажи спиртного, такая практика вернулась.

— Перетерплю, — отмахиваюсь.

Проще ответить так, лишь бы отвязался. Рассказывать о своих проблемах с кожей лица каждому встречному-поперечному нет никакого желания. У меня всё состоявшаяся беседа с Костей из головы не выходит, мне в самом деле стало обидно. Называется, делай людям добро.

Вот кому реально пошёл бы отъезд из страны, так это Костяну. Нет, вовсе не из-за того, что у него зарубежный диплом, думаю, политолог и там нафиг кому сдался, к тому же, ненавидеть Россию его толком так и не научили. Просто у соседа же нет ИП по сдаче в аренду столичной или какой иной недвижимости, а значит стал бы много работать и соответственно хорошо зарабатывать. Это Россия для нас — комфортная среда обитания, как, скажем, Германия для немцев, Польша для поляков, И талия для итальянцев, ну и тому подобное.

В том смысле, что здесь Костя может вообще не работать и не умереть от голода или холода, если намеренно не поставит себе такую задачу. Или вот как сейчас, устроиться на должность «не бей лежачего», с которой справится и беременная баба на последнем сроке, получать мизер и жить вполне припеваючи. Да как и все из нас.

Где жить, найдётся, деньгами близкие помогут в случае чего, да даже эта власть что-нибудь подкинет, хоть пособие по безработице. А там, за бугром, как Юрка Кравчук рассказывал, мы и раньше-то никому не нужны были, хоть сдохни под забором, всем похрену, а сейчас и вовсе агрессивная среда для нас всех, русских в широком смысле этого слова. Поэтому даже те, кого Аня так несправедливо назвала дармоедами, уехав, берутся за любую работу — чужих собачек выгуливают, собирая за ними в совочки какашки, мусор убирают, посуду моют, грузы на хребтине таскают, жопки старичкам и старушкам в больничках моют и прочее. Иногда сразу на нескольких работах вкалывают. Вот туда бы Константину. А потом, вернувшись, может и сам бы не захотел бездельничать, привыкнув к труду. Юрка говорит, много знакомых, которые здесь тяжелее ложки ничего не поднимали, ну, иногда ещё с режимом боролись, там вкалывают как папы карлы.

Нет, так-то там есть, и полно, высококвалифицированной работы, но чтобы заместить на них местных — за бугром ведь тоже не дебилы живут — нужно реально быть охеренным специалистом, да ещё и язык той страны хорошо знать, а такие — штучный товар. Вариант же со штрейкбрехерством, ну, то есть, делать работу местных за меньшие деньги, нифига не прокатывает. Там профсоюзы как злобные псы могут сорваться с цепи и затаскать по судам, что работника, что его работодателя.

Ладно, чёрт с ним с Костей. Смотрю, скоро уж подъедем. Что-то пробок сегодня почти нет. Стояли лишь на светофорах, а остальное время двигались, пусть иногда и с небольшой скоростью.

— Поездка завершена, не забывайте свои вещи в салоне, — сообщил приятный голос.

Попрощавшись с таксистом, поставил ему пять звёзд, попил по традиции капучино на скамейке и отправился в наш родной офис Инвест-гаммы. Там, увидев толчею у лифтов, решил воспользоваться теми, которые предназначены для высокого начальства. Раз уж карта-пропуск позволяет, почему бы не пользоваться? К тому же, утром не страшно. Шанс оказаться перед взором какого-нибудь большого шишки практически отсутствует. Вот чуть позже сюда мне лучше не соваться.

— Ого, — вытаращил глаза Олег, когда я переобувшись и скинув пиджак, подойдя к нашему чайному столу, возле которого он колдовал, делая нам утренние напитки — на этот раз я тоже изъявил желание попить кофе — после китайских бисквитов выставил из сумки и обе бутылки минералки. — Ничего себе, Алексей, а чего-нибудь ещё подороже не было? А то кто-нибудь зайдёт, увидит, стыда не оберёмся.

— Увы, нормальной не нашлось, — отвечаю в тон нашим периодическим дурачествам. — Во всяком случае, вернувшаяся ко мне во дворец горничная, ну, та, которую я посылал за водой, утверждает, что другой не было.

— Тут есть и твоя вина, — сказал друг, пододвинув мне мою кружку, уже наполненную и дымящуюся. — я более предусмотрителен. держу в наших замковых подземельях не только вино, но и запасы других напитков, периодически их заранее пополняя. Бери с меня пример. Не будь как Платов.

Вот не знаю, для кого понедельник день тяжёлый. Нам с Олегом прям комфортно на работе, хотя и вкалываем оба по честному, с полной отдачей сил. Правда стараемся. И Анну Николаевну не хотим подводить, да и какая-никакая профессиональная гордыня у нас имеется. Есть желание быть во всём лучшими.

У Арефьева-младшего на прошлой неделе скопилась куча материалов по кредитным задолженностям фирм и организаций, подавших нам заявку на инвестиции, а он умудрился за выходные дома всё разгрести. Ну, я, хоть и отдыхал в эти дни, нужные материалы подготовил заранее по всем позициям. Имеем право втягиваться в работу постепенно. Вот и кофе попили не торопясь, и открыв Сан Пеллегрино выпили по половине стаканчика. Теперь ниу кого не будет сомнений, что мы не выёживаемся, а реально употребляем это.

— Минералка как минералка, — сделал вывод приятель. — Даже похуже нарзана.

— Согласен. Понты одни.

Такой вывод я сделал ещё позавчера на Клязьме. Только озвучивать там не стал. Не хотел обидеть свою подружку. Хотя не знаю, может Янь бы и не обиделась.

— Ты с чем сейчас к начальнице? — уточнил Олег, когда я, прихватив бисквит для Олечки, собрался уходить.

— Да Профиль-мастер нужно за эту неделю добить, — отвечаю. — и вплотную взяться за Мухинск, там уже скоро сроки начнут поджимать.

— Вот ты себе дыру нашёл. — коротко рассмеялся приятель. — Главное ведь, своими собственными руками эту яму выкопал. Теперь езди в глушь как на работу.

— Ничего не дыра, — возражаю ему. — Смотрел в интернете. Милый провинциальный городишко. Природа, воздух…

— Ага. Пока Капролактам не запустят.

— И? Ты что, не видел там в заявке требования по экологии? Не в прошлом веке живём, Олег. Сейчас ничего там не нахимичат. Ладно, пойду. Мне ж сегодня ещё в Обнинск ехать, завтра Профиль-мастер должен получить деньги, а у нас ещё не подписан протокол по осмотру. На двенадцать мне заказано такси на Дубровку. Так что, сегодня ты опять остаёшься один. Поторопись, кстати, с агрохолдингом. Начни прямо сейчас с него.

— На Дубровку? — удивился коллега, прям как я когда-то.

— Не смотрел старинный фильм «Бриллиантовая рука»? — ясно, что не смотрел, иначе бы не переспрашивал. — Обязательно посмотри. — советую искренне.

Лично мне это кино офигенно понравилось, сам удивился, хотя смотрел его не с самого начала. Когда переключил, там Геша уже песню про Остров невезения пел. Блин, вроде старьё старое, а юмор прикольный и понятный. Смеялся от души. Да и поучительный фильмец. Оказывается, и в самом деле, чтобы попробовать кока-колу или привезти детскую футболочку с дурацкой игрушкой, нужно было в круиз сплавать. А квартира инженера? У меня та соседка в Мухинске с первого этажа, алкоголичка, в разы больше мебели имеет. Зато как-то вот всё по доброму. Даже управдом — тётка прикольная и классная, хоть и старалась выглядеть мегерой. Эти, которые турки, двое, ну, цигель-цигель-Михаил-Светлов-ай-лю-лю, клёвые мужики, я уж не говорю про остальных актёров и актрис. Мне почему-то больше всего понравился, у кого ус отклеился, Лёлик. Нет, не знаю, кого выделить, все хороши. Пусть Олег посмотрит, не пожалеет. Я себе скачаю. Как-нибудь посмотрю ещё раз. Не на одних же животных и насекомых глядеть? А то вскоре смогу уж в ботаники пойти, насмотревшись. Какие нафиг ботаники? Ботаники про растения. Я в биологи.

В приёмной директора департамента Ветренко сидит в гордом одиночестве. Разогнала что ли всех?

— Привет, Олечка. — улыбаюсь. — Хорошо выглядишь, — делаю комплимент, совсем ею не заслуженный, она вся какая-то расстроенная.