— Не переживай, — я не знала, как подбодрить ее. Со мной такое впервые. — Давай я постелю тебе в гостиной, а ты пока иди в душ, — поднимаясь из-за стола, я стала складывать посуду в мойку.

— Спасибо тебе, Люб, — Лина меня порывисто обняла и разревелась.

— Да ладно тебе. Все будет хорошо, — гладя ее по волосам, говорила я.

Дождавшись, когда Лина выйдет из душа, тоже ополоснулась и практически мгновенно уснула. Поднялась раньше будильника от умопомрачительных запахов и от резкой тошноты.

— Прости, я хотела завтрак приготовить, — виновато проговорила Лина, когда я вошла в кухню.

— Ты опять переживаешь и зря. У меня токсикоз, — присаживаясь на стул, я благодарно приняла чашку мятного чая.

— О-о-о, — только и произнесла Василина. — Поздравляю!

— Спасибо, — утыкаясь носом в чашку, я грела руки об нее.

— Пойдем вместе в клинику? — спросила однокурсница, присаживаясь напротив меня и подвинув тарелку с гренками на середину стола.

— Да, конечно, — взяла с тарелки маленький кусок и положив в рот, прислушалась к своим ощущениям. — А ничего так, не тошнит больше.

— Это же хорошо, — рассмеялась она. — Завтракаем и идем?

— Угу, — с набитым ртом, ответила я улыбаясь.

— Люб, я хотела спросить, если можно, — я только кивнула, поедая вкуснятину. — А твой муж не будет против, что я здесь живу?

— С мужем я развожусь, а квартира моя. Так что живи сколько надо. Я замки поменяла, связку тебе новую дам. Артем в квартиру не попадет, — ответила я.

— Спасибо тебе, Люб, — искренне поблагодарила она.

Мы дошли до клиники и разделились. Я пошла в палату к родителям, а Лина на обследование.

— Мамуль, папуль, привет, — я практически влетела в палату. — Как вы себя чувствуете?

Я подошла к маме, поцеловала ее в щеку, потом повернулась к отцу и только когда выпрямилась, увидела Его.

— Привет, Люба, — Андрей поднялся из кресла и подошел ко мне вплотную. — Как у тебя дела?

— Все хорошо, спасибо, — замялась я, когда мужчина подошел вплотную и поцеловал меня в щеку.

— Я рад за тебя, — прошептал он и втянул воздух около моего виска.

— Дочь, я пригласил Андрея Александровича, чтобы он помог разобраться в ситуации с твоим мужем, — услышала я голос отца и вздрогнула. Совсем забыла, что нахожусь в палате у родителей. — Мы ждали тебя, чтобы все рассказать и обсудить.

— Присядь, — Андрей указал в сторону кресел, в одном из них сидел Михаил. Я подошла и аккуратно села на краешек и стала ждать. Андрей взял стул и сел рядом со мной. Мама увидев его жест, заулыбалась.

— Начну издалека, если вы не возражаете, — немного севшим голосом, проговорил отец. — Мне врач запретил волноваться, но ситуация странная и ее надо решать. Своему начальнику безопасности я доверять не могу. Он дальний, но родственник Тимирязева. Твоего мужа, Люб. Я узнал об этом только вчера и о том, что он много скрывал и покрывал все делишки Артема.

Мама всхлипнула, и все разом посмотрели на нее.

— Извините, — прошептала она. — Продолжай, Семен.

— Так вот, Андрей предлагает помочь в этом деле и с твоим разводом тоже, — закончил папа

— Артем с Павлом перевели огромные суммы в офшоры, и с этим мы попробуем разобраться. Главное — пока не спугнуть Петрова и Тимирязева, — проговорил Андрей. — Михаил займется этим. Как жаль, что я был за границей больше месяца и не знал о вашей ситуации.

— Спасибо тебе, Андрей, — искренне поблагодарил отец.

— Да ладно, сочтемся, — кивнул он. — Разберемся в этой проблеме и решим вопрос с разводом Любови Семеновны, — он взял меня за руку, а я отдернула ее и вскочила резко на ноги.

В глазах стало темнеть и я чуть не упала, хорошо, что Андрей подхватил меня на руки и усадил в кресло.

— Любочка, тебе нельзя нервничать, — воскликнула мама.

— Почему? — вскинул на нее взгляд Андрей.

— Моя дочь беременна, — выразительно посмотрел на меня отец, явно намекая, чтобы я рассказала мужчине, что он может быть отцом ребенка.

— Да, я беременна от мужа, Андрей Александрович, — поймала его прищуренный взгляд. — Мама, я же просила! — воскликнула я.

— От мужа? — уточнил Чернов.

— Так, — говорит папа, но не так грозно, как он умеет. — Вы потом разберетесь кто и от кого беременный. Давайте успокоимся.

— Не в чем здесь разбираться, — бурчу себе под нос.

Становится стыдно за свое ребячество. Ведь я взрослая, самодостаточная женщина.

— Мам, пап, поправляйтесь, — я опасаюсь смотреть на Андрея и неуклюже клюю в щеку родителей. — Я хочу поговорить с врачом.

Сказав последние слова, я практически сбегаю из палаты. Сычева приходится ждать около ординаторской достаточно долго. У него обход, о чем сообщила проходящая мимо медсестра.

— Вы меня ждете? — уточняет врач, подходя к кабинету. — Проходите.

Он впускает меня и садится в свое кресло, предлагая жестом присесть, напротив.

— Да. Я хотела уточнить какие прогнозы по моим родителям. Кроуз, — назвав фамилию, я выдыхаю.

— Ничего серьезного уже нет. Я перестраховался. Ваш отец — сильный человек. Иногда бывает, что стресс провоцирует приступ, но мы его быстро купировали. С мамой же немного хуже обстоят дела. Она перенервничала сильнее и придется подержать ваших родителей неделю в клинике, — закончив свою речь, он ставит на столешницу локти и сцепляет пальцы в замок.

— Спасибо, — шепчу я. — Уже думала, что все совсем плохо.

— Нет, но беречься после пятидесяти, все же стоит, — говорит он, внимательно рассматривая меня.

— Еще раз спасибо вам. Всего доброго, — встаю со стула и направляюсь к выходу.

— До свидания, Любовь… Семеновна, — глухо отвечает он, а я пятой точкой чувствую взгляд Сычева.

Неужели и раньше на меня так смотрели мужчины? А я настолько ходила зашоренная, что ничего не замечала вокруг.

— Люба, садись в машину, — Андрей стоит облокотившись о капот и явно поджидает меня.

— Зачем? — подойдя к мужчине, я смотрела на него и не могла оторвать взгляд.

— Поговорить и до дома довезти хочу, — сжав челюсть, Андрей сдерживает себя.

— Хорошо, — соглашаюсь я. Не устраивать же концерт на улице. Да и за прошлые мои выходки стыдно.

— Ты беременна? — первое, что спрашивает Чернов сев рядом со мной на заднее сидение.

Михаил ведет машину и кажется, думает о своем, не обращая на нас внимание. Его лицо тоже напряжено, руки стискивают руль до побелевших костяшек и противного скрипа.

— Да, — смысл отрицать очевидное. — Шесть недель.

— Может быть, мой или точно твоего мужа придурка? — прищуриваясь, Андрей берет меня за руку, и я тону в его глазах. Мне хочется притянуть его к себе и поцеловать.

— Не знаю, — пожимаю я плечами и отворачиваюсь.

— Люб… — он разворачивает меня к себе и перетягивает на колени. — Посмотри на меня.

— Надо делать тест ДНК, — судорожно цепляясь за лацканы пиджака Черного, говорю я.

— Сделаем, — серьезно говорит он, а я в ужасе от него отстраняюсь.

— Я не дам делать прокол и навредить малышу, — шиплю я и стучу ладонью по груди мужчины.

— Люба, скажи мне вот что. Ты всегда думаешь только плохое или у тебя в моем присутствии мозг отказывает? — теперь уже Чернов рычит мне в лицо, притягивая плотно за талию и не дав вырваться.

— Андрей! — психую я, а он закрывает мне рот крышесносным поцелуем. Да так, что не только наши губы сталкиваются, еще и зубами бьемся.

— Что ты со мной делаешь, чертовка? — полустон полурык срывается с губ Андрея, как только мы отстраняемся друг от друга.

— Бешу? — все еще не придя в себя, спрашиваю я и трусь щекой о его рубашку.

— И это тоже, — шепчет мне на ухо Андрей и подается бедрами вперед.

— М-м-м, — протяжно стону я, как только его рука зарывается мне в волосы на затылке. — Сделай так еще раз.

— Так? — он вновь толкается бедрами и смеется, когда я возмущенно поднимаю на него взгляд. Ей-богу мальчишка.