"C девятнадцатым кругом, моя девочка. К сожалению, я вынужден сейчас находиться в офисе, но тебя от всех обязанностей сегодня освобождаю. Отдыхай, принимай поздравления, наводи марафет, опустошай холодильник и бар, а я постараюсь разобраться с делами как можно скорее и присоединюсь. Все остальное — при встрече, иначе сюрпризы, разнюханные наглыми мантикорами и любознательным без меры подданным Маа-ирр-рет-аль, которые непременно это прочтут, перестанут быть сюрпризами и превратятся в горячие новости. Целую, до скорой встречи"
Кира отложила кристалл и потянулась к кофейнику, терзаемая смешанными чувствами. Было приятно, что Виктор не забыл про ее день рождения, но информативно-сухое содержание и полуофициальный тон магического послания лишь напомнили о том, что на самом деле их связало — договоре. Даже цветы в ее праздник ей подарили родовые фамильяры, а не любимый мужчина, у которого нашлись более важные дела. Напоминание оказалось сродни горькому зелью, которое девушка в очередной раз молча проглотила.
Словно пытаясь подсластить горечь, с новой силой разливающуюся где-то внутри, девушка умяла парочку шоколадных круассанов под восхитительный кофе, с любовью сваренный фамильярами. В бело-кремовых, по-весеннему легких занавесках, как в детстве, запутались солнечные зайчики. Тонкий аромат сирени, словно дыхание самой весны, наполнил комнату. Именно сиренью пахли любимые духи пра, а в старом семейном альбоме под стазисом до сих пор хранится ветка сирени, когда-то росшей под ее окном. Кире в какой-то момент показалось, что пра здесь, совсем рядом, смотрит на повзрослевшую правнучку и улыбается своей доброй, лучистой, немного грустной улыбкой, обнимает ее невесомыми руками. Зеленые глаза предательски заблестели. Фамильяры подарили ей сегодня намного больше, чем цветы — бесценный краткий миг встречи с родным человеком, ушедшим навсегда. И чьи-то неподаренные цветы, несказанные слова, невыраженные чувства потеряли значимость, стали пустыми и малозначительными, как оценки в школьном дневнике, которые тоже когда-то казались важными. Девушка одним махом допила кофе, погладила Фила и поднялась.
— Спасибо за поздравление и чудесный завтрак. Вы даже не представляете, что вы для меня сделали. А теперь подъем, нас ждут великие дела!
С текущими делами Виктор справился быстро. В своем рабочем кабинете маг чувствовал себя не менее комфортно, чем дома у камина — сказывались годы, которые он практически жил в офисе, почти не появляясь дома. А в последние два года офис стал для Высшего первым домом, а опустевший дом — вторым офисом. Руководить компанией, решать деловые вопросы и вести интересные прибыльные проекты магу оказалось намного проще, чем создать и сохранить семью, наладить крепкие, доверительные отношения с избранницей — хотя бы по той простой причине, что львиная доля успеха в бизнесе зависела исключительно от него самого: интеллекта, интуиции, умения просчитать вероятности и выстроить нужные события, подобрать команду профессионалов, склонить нужных людей к принятию выгодных решений. Ивашин ощущал себя и действительно был акулой в бескрайнем океане возможностей. В деловых вопросах он не знал слова "проблема" — для него существовали лишь цели и задачи. Бизнес был для мага чем-то вроде головоломки, увлекательной игры, в которую он мастерски играл и выигрывал. А если правила не позволяли выиграть — просто менял правила.
Успешную модель ведения бизнеса он перенес и в личные отношения, не давая чувствам, уже однажды загнавшим его в ловушку и разрушившим жизнь, ни малейшего шанса сделать это снова. Выгодный взаиморасчет — основа всего, а грамотно составленный договор — гарантия безопасности для всех сторон, и в бизнесе, и в прочих сферах. Против собственно эмоций маг ничего не имел, но лишь в качестве приятного приложения, бонуса, ровно до того момента, когда они начинают ощутимо влиять на поступки, подменяя собой трезвый холодный расчет. В этом случае чувства Виктор считал постыдной и непростительной для иерарха слабостью, которую необходимо скрывать и безжалостно от нее избавляться, как от бомбы замедленного действия, не дожидаясь, пока она рванет и будет уже поздно что-то предпринимать. И этот принцип его еще ни разу не подводил. Какого демона на этой девчонке он дал такую трещину?
Сейчас девчонка еще спала. Через полчаса она проснется и с проклятиями начнет поспешно собираться на работу, пока не получит его послание, записанное на инфокристалл. У малышки сегодня день рождения, за каким проклятием ей тащиться в офис? Сегодня здесь обойдутся и без нее, его планы намного интереснее.
Отключившись от линии реальности Киры, маг поднялся и подошел к окну, за которым внизу шумел людской муравейник. Утренний город жил своей жизнью, дыша бензином и цветущими акациями, гудя проводами, сверкая в лучах сонного солнца стрелами из стекла и бетона. Он любил этот город, этот мир, щедрый на возможности — для того, кто умел их взять. Но порой город казался магу тесной клеткой, и даже целого дерева миров было мало. На кой демон нужны миллионы миров, которые не с кем разделить, миллионы единиц Силы и потоков информации, которые некому наследовать, человеческие деньги, имеющие значение только в отдельно взятой реальности, больше похожей на детскую песочницу, в которой с упоением играют в те же игры выросшие, но так и не повзрослевшие дети? Доверие… единственная роскошь, которую маг не мог себе позволить, несмотря на все богатство и могущество. Потому что доверие — это оружие, которое может как согреть, так и сжечь дотла, как защититить, так и уничтожить. Как и у любой монеты, у доверия две стороны, одна из которых — всегда предательство.
И разве что круглый идиот способен дать кому-то оружие против себя, еще и подпустить на расстояние удара. Мертвый круглый идиот. Кому доверять, если самые близкие способны хладнокровно нанести удар в спину?
Да, он сознательно приблизил к себе девчонку из прерванного рода, вызвавшую желание, интерес, страсть на грани наваждения. Виктор не был рабом своих страстей и мимолетных желаний, с которыми обычно успешно справлялся. А не мимолетные желания сами сходили на нет, стоило их удовлетворить. Но в случае Киры отлаженная система дала сбой: даже через полгода проклятое наваждение и не думало отпускать, а напротив — лишь усилилось, укоренилось и расцвело, что он до последнего отказывался видеть, попав в собственную ловушку. Зеленоглазая малышка стала для него наркотиком, и имеющейся дозы уже не хватало. Будь девчонка магически совершеннолетней — уже бы давно наплевал на все и сделал ее своей до конца. Для иерарха, с презрением относившегося к любым зависимостям, такое открытие оказалось весьма неприятным, подобно тому самому ледяному душу, проясняющему сознание. Сейчас бы этот душ… Но ведь не поможет.
Виктор бросил последний бесстрастный взгляд на потрясающую панораму утреннего мегаполиса, опустился в рабочее кресло и привычно открыл сейф, произнося поисковое заклинание. Сейф в офисе был связан с сейфом в домашнем кабинете и еще несколькими схронами пространственной магией. Эта четырехмерная структура, включающая сеть вложенных трехмерных пространств под многоуровневой интеллектуальной защитой, подчинялась только патриарху рода. В руку мага послушно легла плоская старинная шкатулка из зачарованного мельхиора, украшенная вензелем и родовой печатью. Под взглядом наследника крышка шкатулки щелкнула, открывая два широких золотых браслета, испещренных сияющими магическими символами и переплетенных знаком бесконечности. Родовые брачные браслеты Ивашиных.
Маг задумчиво разглядывал браслеты, словно мальчишка, увидевший их в первый раз. После отца и матери их никто не касался — сестре, не являвшейся наследницей рода, за глаза хватило артефактов попроще, а Тамилу родовая магия не признала. Браслеты так и хранились в сейфе, как память и достояние рода, наследник которого не предполагал, что когда-либо вообще они ему пригодятся. И сейчас даже сам себе не мог объяснить, какого Хаоса извлек их из недр схрона. Лучше бы им там и оставаться, дожидаясь, когда следующий наследник или наследница рода решит связать себя нерушимыми узами магического брака. Возможно, им повезет больше, а ему и слияния хватило с лихвой. Или не хватило, если он таращится на золотые змейки браслетов, подобно подростку, открывшему свой первый портал? Тьма и Бездны, демонов идиот! Как есть, идиот.