В общем выходило так, что вроде кроме Сергея и оставить-то в локусе на "дежурство", получается некого. Так что тот "куковал" теперь там сам, в гордом одиночестве.
Вспомнив о ребятах и "запертом" в локусе бывшем "ронгаре", Славин ещё больше ощутил, и свою покинутость.
Счастливый Горенков, увез Олю к себе в Питер, обещая показать северную Пальмиру и познакомить со своими родителями. Окрылённые и радостные Надя и Костя, оказавшиеся из одного мира и города, тоже укатили к себе в "свою" Москву.
И Саша остался один. Плохому расположению духа корректора, способствовало и то, что на "личном фронте" у него были также сплошные "поражения". Он конечно не любил Надю, но все же относился очень тепло и уже довольно прочно "привязался" к ней. И ему было обидно, неприятно и горько, что отдав частичку своей души новой девушке, его в очередной раз "кинули".
Да и "визит скорби", к родным погибшего главы "речников" Василия Чернова, тяжёлым камнем лег на сердце. Переместившись с Надей и Костей, в мир России "двух столиц", Славин быстро нашел семью "дяди Васи". Исполняя последнюю волю "сомаровца", он передал им деньги, банковские карты, флешку, письмо и медальон мертвого десантника. Но разговор с убитой горем женщиной и оставшейся сиротой малышкой, потребовал от него всех его душевных сил. Саша конечно не мог сказать всей правды. Он вынужден был "адаптировать" свой рассказ, сообщив, что Василий был наемником, который воевал и погиб за интересы России в Сирии. Естественно, это тяжёлое посещение, также не добавило хорошего настроения Славину.
Только приезд к родителям, стал для Саши единственным светлым моментом и отдушиной в его отпуске. Дома ему были искренне рады. Он подарил украшения матери, привез редкостный кинжал отцу. Родители лишь попеняли ему на то, что он редко проведывает их.
Навестив родных, "боярин", что-бы немного забыться, занялся сбором и покупкой необходимых припасов и вещей для своего локуса и клана. Но на третий вечер побывки, когда он снова остался сам, в своей большой квартире, гнетущее настроение и тяжёлые думы, опять одолели его. Пытаясь отвлечься от навалившейся хандры, Саша пробовал смотреть телевизор, "висеть" в компьютере, читать, включал любимую музыку... - но это к сожалению не помогало...
От созерцания панорамы ночного города, парня неожиданно отвлекла, резко прозвучавшая мелодия дверного звонка. "Кто бы это мог быть?", - удивляясь подумал Славин, направляясь в прихожую. Адрес его московской квартиры, кроме родителей и некоторых соклановцев, не знал никто. Никого из бойцов его команды, сейчас не было в Москве, родителей тоже. Да и без предварительного звонка по телефону, никто бы не приехал. Недоумевая, парень подошёл к входным дверям и глянул в "глазок". На площадке стояла его бывшая девушка, один из командиров орноситов, Татьяна Лотенко...
Она ничего не требовала, не кричала, не просила.... просто молча стояла и ждала. Немного подумав, Славин открыл дверь и впустил девушку. Она зашла в квартиру, сняла верхнюю одежду и остановившись в коридоре, серьезно и грустно посмотрев на парня, произнесла:
- Спасибо тебе, Саша.
Он молчал и был удивлен. Таня вела себя так же, как раньше - когда они еще встречались и были парой. Сейчас от нее не было слышно подначек, презрительного тона, взгляда свысока... - всего того, что в последнее время видел от нее Саша и что казалось стало уже, неотъемлемой частью ее характера и личности, привыкшего к власти, и сверхвозможностям командира орноситов.
- Проходи, - сказал парень, пропуская ее в гостиную.
Зайдя в комнату, девушка осмотрелась.
- Присаживайся, - предложил Саша, подвигая ей стул.
Сидя за столом и глядя друг другу в глаза, они долго молчали. Парень с грустью вспоминал прошлое.
- Я пришла поблагодарить тебя Саша, за подаренную жизнь, - наконец тихо сказала Таня. - Там, в болотах, когда погиб мой последний спутник, а я осталась одна и без боеприпасов, мне казалось, что спастись от смерти уже невозможно. Но окружившие нас местные дикари, вдруг отступили и выпустили меня. Один из них, уходя, бросил мне вот это. И я поняла, что болотники, именно по твоей просьбе, оставили мне жизнь и свободу, - с этими словами, девушка разжала кулачок и положила на стол маленький пластмассовый брелок в виде алого сердечка, который ей когда-то подарил ее любимый.
- Ты благородный человек, Саша, - негромко и грустно продолжила дальше Таня. - Несмотря на боль и разочарование, которые я принесла тебе, ты постарался меня спасти. Я знаю, ты ведь считаешь меня циничной и расчетливой женщиной, которая любой ценой рвется "наверх". Наверняка думаешь, что и влюбила я тебя тоже "скорректировав", и исходя из будущих видов. Но это не совсем так, ты правда мне очень сильно понравился и потенциал у тебя был. Да, я действительно разбудила твою любовь "коррекцией". Однако, после нашего расставания, я пыталась потом "коррекционно" заглушить твои чувства, и если это до конца не удалось, то лишь только потому, что ты полюбил по настоящему. Настоящая любовь - единственная вещь, которая не поддается полной коррекции.
Саша смотрел на свою "бывшую" и ему было очень плохо. Он думал, что неужели для нее амбиции, жажда власти, карьера, сверхвозможности... были настолько значимы и важны, что стоили того, что-бы девушка задушила в себе чувство любви, в угоду своим будущим "перспективам".
Таня интуитивно поняла его состояние. Горько улыбнувшись она проговорила:
- Не терзайся Славин, я достаточно наказана за все. Орнос лишил меня всех званий, постов, способностей, достижений... Оштрафовал и повесил на меня долг в три тысячи лкр. И вообще, я теперь на уровне бесправного имущества в его новом клане. Так что я получила за все сполна...
Город гулким прибоем шумел за окнами. Ночь окутала все своим черным покрывалом. В темную комнату проникал лишь мерцающий свет ярких огней мегаполиса. А двое людей, молча сидели за столом и думали о том, какая все же непростая, и загадочная штука - жизнь...
Конец книги.
Всех читателей, поддержавших написание этой повести-фанфика, своими постами, комментариями и оценками - искренне благодарю.
Книга 2. Закон жизни
"Две тысячи лет война,
война без особых причин.
Война дело молодых -
лекарство против морщин"
В воздухе явственно пахло весной. Весело журчали ручьи, бодро дополняя звонкую трель капель. Солнечные лучи, ярко освещали улицы, играли на стеклах окон, отсвечивали в витринах. Казалось, этот веселый свет, отражался улыбками на лицах прохожих. И на душе у Саши, впервые за многие месяцы, тоже было легко и радостно. Идущий по улице, летящей походкой парень, был по настоящему счастлив. Он торопился домой. Да, теперь он действительно мог назвать свою московскую квартиру, настоящим домом, куда ему хотелось возвращаться и где его с любовью ждали...
После той бессонной ночи, когда они с Таней проговорили до утра, прошло всего три дня. Но Славину, казалось, что промелькнули три недели - настолько насыщенным оказался этот промежуток времени. Причем заполненным не внешними событиями, а эмоциями, переживаниями, душевными порывами...