– Представления могут подождать, Майра, – решительно заявил Раттер. – Мне думается, нам следует пройти в другую комнату и дать мистеру Бойду возможность одеться.

– Хорошо, – согласилась она безразличным тоном, опустила ноги на пол и встала. – Пока мы будем ждать вас, Дэнни, я приготовлю новые напитки.

Мне, конечно, хотелось сказать кое-что, но мои голосовые связки были все еще парализованы, как, собственно говоря, и весь я сам. Я услышал легкий шорох, когда Майра подняла свой купальник, и их шаги, когда они выходили из комнаты. Потом дверь за ними закрылась, и наступила бы полная тишина, если бы не стук моих дрожащих коленок. Внезапно я вернулся к жизни и кинулся за своими вещами.

Глава 5

Я завязывал галстук, когда услышал пару резких звуков откуда-то из другой части дома. Примерно через минуту, уже полностью одетый, я вышел из комнаты для гостей, не зная, что меня ожидает снаружи – уж не пара ли заряженных пистолетов?

В гостиной меня ждал Раттер. Высокий, крепко сбитый мужчина, который выглядел так, словно мог выдержать пятнадцать раундов с кем угодно. Его густые черные волосы местами побелели, а в серых глазах светился холод гранитной могильной плиты. Когда я вошел в гостиную, он массировал одну руку хорошо ухоженными пальцами другой.

– Садитесь, Бойд, – произнес Раттер почти весело. – Хочу с вами поговорить.

Я присел на краешек стула и поискал сигарету, пока он все еще был занят массажем.

– Немного повредил руку, – небрежно сообщил Раттер. – Такое случается, когда человек теряет выдержку и слишком сильно бьет свою жену, не так ли? Из этого следует извлечь урок, вы не находите? Боюсь, Майра не сможет быть с нами какое-то время. Могу я вам предложить что-нибудь?

– Спасибо, ничего, – ответил я слабым голосом.

Он слегка пожал плечами:

– Я полагаю, вы уже достаточно попользовались здесь всем наличным?

– Вы застали меня с вашей женой, – напряженно сказал я, – так что можете немного поиздеваться. Но не переусердствуйте, Раттер, а то я тоже могу повредить себе руку.

– Не тратьте своих симпатий на Майру, – жестко проговорил он. – Она бродяжка с большим стажем. Для нее вы лишь очередная цифра в долгой арифметической прогрессии. Завтра она не вспомнит вашего имени, а на следующей неделе и вас самого!

Я поднялся на ноги и проворчал:

– Теперь, когда вы уже поговорили со мной обо всем, можете меня по-всякому обозвать – я не против, ибо уже ухожу.

Он провел тыльной стороной ладони по рту в знак раздражения.

– Присядьте, пожалуйста. Я еще и не начинал говорить.

– Я уже услышал все, что хотел, о вашей жене, приятель, – терпеливо, как только мог, произнес я.

– Речь вовсе не о Майре, – проскрипел он. – Речь обо мне и о вас.

Видимо, когда я снова опустился на стул, на моем лице проступило удивление, потому что Раттер пристально смотрел на меня некоторое время, затем отчаянным жестом провел пальцами по волосам.

– Послушайте! Сегодня я даже не собирался на завод. У меня была долгая беседа с одним полицейским лейтенантом, и я решил, что с меня хватит. Но после завтрака передумал и все же приехал туда. Мэчин рассказал мне о вашем посещении. После этого я позвонил Ильмо и спросил у него о вас. Он сообщил мне, что ему вас рекомендовал сам лейтенант Шелл.

– Так о чем нам говорить? – пробурчал я.

Раттер снова вытер губы тыльной стороной ладони, пристально глядя на меня.

– Прошлой ночью была убита Луиза Ламон. Это вы ведь нашли ее тело?

– Да, я.

– Шелл, похоже, убежден, что есть прямая связь между похищением диадемы и ее смертью. А что думаете вы?

– Кого, черт возьми, интересует мое мнение?

– Пожалуйста. – Он сделал усталый жест рукой. – Я с вами, Бойд, не играю. Все это очень важно для меня.

– Ее застрелили. Кто-то убил Луизу Ламон, затем надел ей на голову диадему и оставил под включенным душем. Конечно, я тоже считаю, что тут есть связь.

– Вот как? – Он сжал губы в ниточку. – Шелл не сказал мне о диадеме.

– Она не настоящая, еще одна подделка.

Он прикрыл на секунду глаза.

– Это, естественно, приводит к выводу, что убийство и похищение – звенья одной цепи. Поэтому у меня возникает проблема, Бойд, ибо между мной и Луизой…

– Мне это известно, – коротко перебил я Раттера.

Его серые глаза холодно исследовали мое лицо.

– И как много вы об этом знаете?

– До недавнего времени она была вашей доверенной секретаршей. Однажды позвонила вашей жене и, сообщив ей, что является вашей любовницей, потребовала за молчание деньги. Ваша жена послала ее к чертовой матери и тут же все рассказала вам. Между вами и мисс Ламон произошла ссора, и вы выгнали ее, не оставив ей никакой надежды на возвращение. Затем вам в голову пришла блестящая идея провести ради рекламы конкурс красоты, и Луиза случайно приняла в нем участие. Потом еще более случайно оказалась одной из трех финалисток и, как я слышал, открыто хвалилась, что займет первое место. Словно хотела сказать, что весь конкурс устроен для нее.

– А вы не теряли времени! – В голосе Раттера прозвучало завистливое уважение. – Знаете, до чего додумался этот проклятый лейтенант?

– Нет, – уверенно произнес я.

– Так догадайтесь, – подстегнул он.

– Наверное, считает, что Луиза шантажом вынудила вас организовать конкурс, в котором она могла бы принять участие и победить. Затем, быть может, заставила вас пойти на рекламную сделку с Ильмо, чтобы украсть диадему. Все это дошло до предела, вы не выдержали и убили ее. Не так ли думает Шелл?

– Достаточно близко к тому, – горько проворчал Раттер. – А у вас какая версия?

– Именно сейчас у меня нет никакой версии.

Он отвернулся от меня и пару раз прошелся по комнате, засунув руки глубоко в карманы. Лицо его было сосредоточенным. Наконец остановился и, взглянув на меня, резко спросил:

– Раз вы ищете диадему для Ильмо, значит, вам придется найти и убийцу Луизы, так?

– Не знаю, – пожал я плечами, – может быть, и так.

– Сколько вам платит Ильмо?

– Текущие расходы и пять тысяч, если он получит обратно свою диадему.

– У меня есть предложение, Бойд. – Его серые глаза уставились на мой череп. – Найдите убийцу Луизы, и я заплачу вам еще пять тысяч.

– Даже если им окажетесь вы? – невинно поинтересовался я.

– Конечно, – хрипло произнес он. – Я, черт возьми, твердо знаю, что не убивал ее! Думаю, это разумное предложение. Оно не нарушает интересов Ильмо, даже наоборот. Что вы на это скажете?

– О’кей, принимаю, – быстро согласился я. Надо быть сумасшедшим, чтобы отказаться. – Так что теперь вы мой клиент, так?

– Как это мне ни противно, – он закрыл на какой-то момент глаза, – но это так.

– Тогда ответьте на несколько вопросов.

– Хорошо. Что вы хотите знать?

– То, что Луиза Ламон сказала вашей жене, – правда?

– Естественно.

– Очень странно, что она пыталась шантажировать вашу жену, а не вас. Или все же проделывала это и с вами?

– Нет, – проскрипел он. – Но я согласен с вами, Бойд, – в поступке Луизы не было смысла. Когда Майра позвонила мне в тот день и рассказала об этом, я вышел из себя. У нас с Луизой произошла жуткая стычка. Она попыталась все отрицать, но в конце концов я выкинул ее на улицу.

– Конкурс красоты был идеей Луизы?

– Можно сказать, что так, – несколько смущенно признал Раттер.

– Что, черт возьми, это означает?

– Сейчас я уже не могу с уверенностью сказать, кто из нас двоих его придумал, – неуверенно проговорил он. – Но зато точно помню, что после объявления конкурса она позвонила мне и пообещала размазать мое имя по всей округе, если я не позволю ей его выиграть.

– Рекламный трюк с диадемой Ильмо тоже ее идея?

– Определенно нет. – Он твердо покачал головой. – Эта блестящая мысль пришла в голову Хью Мэчину. Должно быть, его заставило понервничать то, что я придумал этот конкурс, и он захотел доказать, что способен выполнять ту работу, за которую ему платят деньги.