"Она чувствует иначе. И Арло знает об этом".

"Я никогда не давал ей надежды, Маура. Я бы никогда так не поступил с ним". Он повернулся к ней, его черты заострились в свете лампы. "Ты та, кого я хочу". Он протянул пальцы, чтобы коснуться ее руки. Это было не более чем легкое прикосновение его перчатки к ее рукаву, тихое приглашение, говорившее, что следующий шаг был за ней.

Она отстранилась, демонстративно выйдя из зоны его досягаемости. "Мы должны вернуться к Арло".

"Ведь тогда между нами что-то было, не так ли?"

"Никогда ничего не было".

"Почему ты приняла мое приглашение? Почему ты поехала с нами?"

"Ты застал меня в такой момент времени. Момент, когда мне нужно было сделать что-то сумасбродное, что-то импульсивное". Она сморгнула слезы, затуманившие золотой дымкой свет лампы. "Это было ошибкой".

"Так все это было не из-за меня"

"Это было из-за кое-кого другого".

"Из-за мужчины, о котором ты говорила за ужином. Мужчины, которого ты не можешь иметь".

"Да".

"Это ситуация не изменилась, Маура".

"Но я изменилась", — сказала она и пошла прочь.

Когда она вошла внутрь, то обнаружила, что все еще спали, и огонь угасал на раскаленных углях. Она добавила дров и стояла перед камином, пока пламя не ожило, шипя и пощелкивая. Она услышала, как Дуг вошел следом и закрыл дверь, внезапный поток свежего воздуха заставил пламя задрожать.

Арло открыл глаза и прошептал: "Воды. Пожалуйста, воды".

"Конечно, приятель", — ответил Дуг. Он опустился на колени и держал голову Арло, пока он прижимал чашку к губам. Арло сделал несколько жадных глотков, расплескав половину воды по подбородку. Удовлетворенный, он откинулся на подушку.

"Тебе нужно что-нибудь еще? Есть хочешь" — спросил Дуг.

"Холодно. Мне так холодно".

Дуг взял одеяло с дивана и осторожно завернул его. "Мы разожжем огонь посильнее. Ты почувствуешь себя лучше".

"Мне снились сны", — пробормотал Арло. "Такие странные сны. Все эти люди были здесь и смотрели на меня. Стояли вокруг и наблюдали. Ждали чего-то".

"Это таблетки вызвали у тебя плохие сны".

"На самом деле, они не были плохими. Просто странные. Может быть, они ангелы. Ангелы в смешных одеяниях, как у человека на этой картине". Он повернулся, его запавшие глаза глядели на Мауру, но, казалось, не видели ее. Он сосредоточенно смотрел через ее плечо, как будто прямо за ней кто-то стоял. "Или, возможно, они призраки", — прошептал он.

Куда он смотрит? Она обернулась и уставилась на пустое пространство. Увидела портрет человека с угольно-темными глазами, смотрящий на нее. Тот же самый портрет, что висел в каждом доме Царства Божьего. На его лице отражалось свечение огня, словно в нем горело священное пламя.

"И должен он собрать праведных", — произнес Арло, цитируя надпись на рамке картины. "Что, если это правда?"

"Что правда?" — спросил Дуг.

"Может быть, это то куда они все ушли. Он собрал их и увел".

"Ты имеешь в виду, из долины?"

"Нет. На небеса".

Огонь хлопнул в очаге, прозвучав как выстрел. Маура подумала о вышитой крестиком салфетке на стене, которая висела в одной из спален. ГОТОВЬСЯ К ВЕЧНОСТИ.

"Вам не кажется, что это странно?" — спросил Арло. "Ни один автомобильный радиоприемник не работает здесь. Все, что мы услышали — это помехи. Вообще нет станций. И на мобильниках нет сети. Ничего".

"Мы находимся у черта на куличках", — ответил Дуг. "И мы в долине. Здесь нет приема".

"Ты уверен, что все дело в этом?"

"А что еще это может быть?"

"Что, если в мире произошло что-то плохое? А застряв здесь, мы просто не услышали об этом?"

"Типа чего? Ядерная война?"

"Дуг, никто не пришел искать нас. Не кажется, что это странно?"

"Они еще не заметили, что мы пропали".

"Или, возможно, это потому, что там никого не осталось. Они все ушли". Запавшие глаза Арло медленно разглядывали комнату, где мелькали тени. "Думаю, я знаю, кем были эти люди, Дуг. Люди, которые жили здесь. Я думаю, что видел их призраков. Они ждали Конца Света. Для Вознесения. Может быть, это произошло, а мы просто еще не знаем".

Дуг засмеялся. "Поверь мне, Арло. Вознесение — не то, что случилось с этими людьми".

"Папочка?" Тихо спросила Грейс из угла. Она села, подтянув одеяло поближе к себе. "О чем он говорит?"

"Таблетки сбивают его с толку, вот и все".

"Что за Вознесение?"

Дуг и Маура переглянулись, и он вздохнул. "Это всего лишь суеверие, милая. Безумная вера в то, что мир, который мы знаем, обречен закончиться Армагеддоном. И когда он наступит, избранный Богом народ отправится прямо на небеса".

"Что произойдет со всеми остальными?"

"Все остальные останутся на земле".

"И будут убиты", — прошептал Арло. "Все оставшиеся грешники будут уничтожены".

"Что?" Грейс испуганными глазами смотрела на отца.

"Дорогая, это вздор. Забудь об этом".

"Но некоторые люди действительно в это верят? Они считают, что наступит Конец Света?"

"Некоторые люди также верят в похищения инопланетянами. Пошевели мозгами, Грейс! Ты действительно думаешь, что люди волшебным образом перенесутся на небеса?"

Окно гремело, словно что-то царапало по стеклу, пытаясь попасть внутрь. Сквозняки стонали в трубе, раздувая огонь и запуская клубы дыма в комнату.

Грейс обхватила колени, прижатые к груди. Глядя на мелькающие тени, она прошептала: "Тогда где же все эти люди?"

13

Девочка протестовала всеми своими двадцатью тремя фунтами веса — НЕ ХОЧУ! Не хочу в кровать! Не хочу спать! Не хочу, не хочу, не хочу!

Джейн и Габриэль сидели с мутными глазами на диване, смотря на то, как их дочь Реджина вертится кругами, как карликовый дервиш.

"Как долго она может не спать?" — спросила Джейн.

"Дольше, чем можем мы".

"Можно подумать, что ее тошнит и рвет".

"Можно подумать", — сказал Габриэль.

"Кто-то должен взять все под контроль".

"Да".

"Кто-то должен быть родителем".

"Я абсолютно согласен". Он посмотрел на Джейн.

"Что?"

"Теперь твоя очередь играть в плохого полицейского".

"Почему я?"

"Потому что у тебя это прекрасно получается. Кроме того, я укладывал ее в постель последние три раза. Она просто не слушается меня".

"Потому что она поняла, что мистер ФБР сделан из зефира".

Он посмотрел на часы. "Джейн, уже полночь".

Их дочь завертелась еще быстрее. Когда я была в ее возрасте, то была такой же утомительной? Джейн задумалась. Должно быть, это то, что имеют в виду под термином идеальная справедливость. Однажды ты получишь дочь, такую же, как ты сама, жаловалась ее мать.

И вот она.

Кряхтя, Джейн подняла себя с дивана, плохой коп, наконец начавший действовать.

"Пора в кроватку, Реджина", — приказала она.

"Нет".

"Да, это так".

"Нет!" Чертенок отпрыгнул в сторону, тряся черными кудряшками. Джейн догнала ее на кухне и схватила. Это было словно пытаться удержать скользкую рыбину, каждый мускул и сухожилие боролись с ней.

"Не пойду! Не пойду!"

"Нет, пойдешь", — сказала Джейн, неся свою дочь в сторону детской, пока маленькие руки и ноги колотили по ней. Она поставила Реджину в кровать, выключила свет и закрыла дверь. Это только сделало ее вопли более пронзительными. Крики не огорчения, а явной ярости.