— Вот так и надо работать, — было нам последней похвалой от уходящего Главного инспектора.

Дальнейший день ничем примечательным совершенно не запомнился. Били по жиле, отколупывали руду, грузили ее в тележки. Иногда кот отвозил тележки наверх. Впрочем, приход Главного инспектора немного разогнал мрачное настроение, и мы опять начали общаться во время работы.

— Слушай, Лесовик, давно хотел спросить, — начал кот, — Ты же общался с крысами, почему не попросил их вывести тебя с этого рудника наружу каким?нибудь другим путем. Ведь они в эту шахту как?то попадают. Наверняка, есть другой выход.

— Да, думал я об этом, только вот прекрасное ожерелье на шее, да лишение имеющейся магии и прочих плюшек несколько поохладили мой пыл. И вот несколько обеспокоился я, что, убежав, не смогу все это восстановить.

— Это понятно, но неужели ты так много потерял, что боишься не восстановить?

— В принципе, действительно не очень много, но боюсь, что некоторые заклинания просто не имеют аналогов. А они представляют для меня все же некоторый интерес. Да и кроме того, даже почту отправить не получится.

— Ну да, ну да… А если…

Я поспешил прервать кота с его вопросами.

— Послушай, Дрюндель, а тебя не напрягает наличие за спиной вот того вредного старикашки?

— Ты прав, извини.

— Молодой человек, — подал голос Правый, — А вам есть что скрывать от, как вы изволили выразиться, вредного старикашки?

— Что вы! Разумеется, нет, меня только напрягает ваше постоянное внимание. Мне порой кажется, что вы уже дырку в моей спине просверлили своим взглядом.

— Хм, это мои обязанности. Если бы все выполняли свои обязанности как следует, то в мире хаоса не осталось.

— Не думаю, что наличие хаоса в мире определяется только этим параметром.

— Ну что вы, разумеется, нет, но это сильно бы ослабило его позиции и усилило наши. А у нас вот имеются еще всякие нечистые на руку злодеи. Причем, таких вот товарищей почему?то особенно много среди людей. Люди вообще странные существа. Тут под боком столько врагов, а они умудряются еще воевать между собой.

— А разве эльфы между собой не воюют? — поинтересовался кот.

— С чего ты это взял? Эльф эльфа никогда не обидит.

— А как же ваша вражда с темными?

— Да как ты смеешь упоминать этих мерзких отступников! Их темные намерения выдает даже их мерзкий цвет кожи!

— Но ведь когда?то вы были единым народом.

— Они предали свой род, свою веру, свои обычаи! Как можно это терпеть? Вообще они недостойны даже упоминания.

Мда, похоже нетерпимость к темным у эльфов чуть ли не на генном уровне. Кстати, похоже, Правый всё же заскучал на своем посту, раз включился в полемику о темных эльфах.

Работали мы до предела. У кобольда он случился раньше. Потому, когда он завалился спать, я продолжал стучать по жиле. Причем, судя по его блаженному выражению лица, стук ему совершенно не мешал спать. Ах да, он же с утра даже не проснулся, когда я начал стучать по жиле, так с чего я решил, что это помешает ему заснуть?

День двадцать первый

Уже третья неделя моего заключения заканчивается. Что?то не торопится тот адвокат корпорации с оправданием моего честного имени. Честно говоря, я предполагал, что он как?то пошустрее справится с этой задачей. Два дня назад мне позволили часовую прогулку по лесу, так что работаю я в полную силу и сегодня, наконец?то, жила должна закончиться. Прочности у нее осталось всего 1370. А все вместе мы теперь добываем около двух тысяч в день. Сказываются мои четыре бонуса на профессию рудокопа. Первые два часа я вкалывал один, потом Правый привычным ударом посоха по ребрам разбудил кобольда. Тот, как всегда, молча поднялся и присоединился к работе.

— Сегодня, — даже молчаливый кобольд предвкушал изменения.

— Да, сегодня жила кончится.

Через час объявился кот с улыбкой до ушей:

— Ребята! Сегодня! Сегодня мы наконец?то смоемся из этой халабуды.

Ну, вот и все, кончилась жила. Осталось отбить последний кусок. Кот и кобольд оставили это право мне. Вот и последний удар. От жилы вместо руды или камня отвалился какой?то непонятный сгусток. Я взял его в руки, чтобы рассмотреть на долю секунды опередив раздавшийся сзади крик Правого:

— Не трожь!

Я от неожиданности выронил этот сгусток. И только после этого спросил:

— Почему?

Из правого как будто сдули воздух.

— Это эссенция черной жилы. Шанс ее выпадения практически нереальный. Персональный предмет, привязывается при взятии.

— То есть уже поздно, и я могу ее взять?

— Да, теперь можешь. Но не рассчитывай, что тебе это сойдет с рук.

— Да ладно, понял я. А для чего она нужна?

Ответил мне кот.

— Она может любую жилу превратить в жилу черной меди. Причем у этой жилы не будет ограничения по приросту уровня профессии, если конечно ты не запустишь ее здесь, на каторге. Здесь ограничения накладываются самой системой. У нее же шанс выпадения не просто мизерный, а вообще невероятный. Ты просто офигенный везунчик. Кстати, как вариант, — ты можешь использовать эту эссенцию на новом месте дорасти до следующего уровня и благополучно перейти на следующий уровень каторги. Как тебе идейка?

— Очень даже неплохая идея. Вот только разве мне система даст прокачаться на такой же жиле выше по профессии, ведь здесь это не удается.

— Э — э–э, брат, тут не все так просто на уровнях каторги профессии специально залочены так, чтобы не росли больше уровня каторги и только спецжила может провести на следующий уровень. Так?то ее ограничение — уровень мастера. То есть она тебя может прокачать до десятого уровня мастера. В общем, просто опупительная вещь, и это если не принимать в расчет стоимость самой руды и камушков. А они, тоже не шибко дешевые. Кстати, если соберешься донести ее на волю, то это даст такие бабки, что мама не горюй…

Наши восторги прервал тихий голос кобольда:

— Это всё хорошо, но вот боюсь, что Главнюк не будет в восторге от того, что ты прикарманил себе эссенцию.

— Мда, это может быть проблемой. Главный инспектор — это тебе не дурочка с переулочка.

— Это да, ребят вы идите, я вас догоню, мне тут еще кое?что забрать надо.

— Тогда мы тебя здесь подождем.

Правый было рванулся за мной, но оставить добытую руду без присмотра тоже не мог. Так что пришлось ему подать голос:

— Все идем наверх, некогда собирать всякую ерунду!

Пришлось мысленно попрощаться со своими заныканными вещами. С другой стороны там ведь нет ничего сверхъестественного, кроме разве что трезубца. Он для шахты непозволительная роскошь, но у меня бы его явно отобрали, если бы настоял на своем и привел Правого к тайнику.

Правый как?то вяло плелся за нами следом. Было впечатление, что он не сильно горит желанием подниматься наверх. А ведь только что настаивал на том, чтобы срочно идти наверх. Странно, что это с ним?

Наверху нас поджидала торжественная встреча. Все охранники выстроились в ряд а перед ними стоял Главный инспектор и Левый. Разве что оркестра не хватало. Ну да ладно, мы не гордые, и без оркестра обойдемся. А позади них были выстроены все каторжники.

— Дорогие друзья, сегодня у нас праздник! Трое ваших коллег отправляются на новый уровень, они смогли добиться этого своим собственным, не побоюсь этого слова, каторжным трудом. Естественно не обошлось здесь дело и без толики удачи, но одной удачи мало. Нужно трудиться, трудиться и трудиться! Только так можно добиться высокой цели. Я рад! Рад, что сегодня эти трое друзей переходят в лучшие условия. Но я думаю, они этому рады еще больше. А у вас появляется дополнительный стимул, чтобы работать больше, работать лучше, работать качественнее. Так поприветствуем же наших героев бурной овацией! — и первым подал пример, к нему тут же присоединились охранники, а затем и остальные заключенные.

Честно говоря, не ожидал ничего подобного. Правый медленно, явно нехотя, подошел к Главному инспектору и посмотрел тому в глаза. На лице того промелькнуло явное неудовольствие, а Правый занял свое обычное место.