Слезы застилали глаза, я из последних сил сдерживалась, чтобы не разреветься. Думала закричать и попросить Тимофея о помощи, ведь он не чужой, мне так казалось, искренне хотелось в это верить. Но помощь пришла, откуда не ждали. Андрей Васин, мой одногруппник, накинул на меня свою олимпийку и вытолкнул из порочного круга смеха и гадостей.

– Заткнись уже, придурки! – рявкнул он, приобняв меня за плечи. – Совсем, что ли?

Никто его особо не послушал, пошлые шутки продолжались, только теперь они летели и в сторону Андрея. Но, по крайней мере, мы уходили прочь, и на мне была хоть какая-то одежда.

Сердце разрывалось от обиды и несправедливости, ноги подкашивались. Я споткнулась, а Васин подхватил меня, сказав что-то на ухо. Слов не разобрала. В ушах стоял шум и все еще звучали голоса одногруппников, яд, который медленно отравлял легкие.

Когда они успели так измениться? Когда успели превратиться из хороший людей и диких зверей?

Напротив Тима мы замедлились. Я повернула голову и обомлела. Глаза его будто потемнели, только взгляд был адресован не мне, но кому –не поняла. Я стыдливо отвернулась и поспешила подальше отсюда.

***

– Не переживай ты так, Настя, – ободряюще сказал Андрей, закрывая за мной дверь медкабинета. Мы решили переждать в лазарете, пока народ успокоится. Да и банально хотелось тишины, чтобы прийти в чувства.

Усевшись на кушетку, я расплакалась. Слезы полились градом по щекам, стыдливый всхлип слетел с губ. Обида ударила наотмашь, словно я была преступницей какой-то, которой полагалось всеобщее наказание. За что они так со мной? Мы же дружили, нет, друзьями прямо не были, но общались хорошо. Никогда эти ребята даже шутки грубой в мою сторону не кинули, а тут… Словно всех подменили или подговорили. Может, конечно, это Соня постаралась, я этого факта не отметаю. У нее так-то и авторитет есть, и попросить она могла, парни ее любят, многие на любые вещи согласны, лишь бы она разок улыбнулась.

– Настя, ну ты чего? – Андрей присел рядом и приобнял меня. По спине стал гладить, как маленькую девочку. – Да забей ты, они просто дебилы.

Я лишь всхлипнула в ответ. Как забить, когда ты внезапно оказалась куском мяса, который кинули своре голодных собак?

– Все наладится, эй, – он взял мое лицо в свои ладони и посмотрел с теплом.

Мне было приятно его участие, но насладиться им как следует не получилось. Я вздрогнула, услышав шорох. Отстранилась от Андрея, посмотрела ему за спину. И то ли мне показалось, то ли там в самом деле мелькнула тень.

– Настя, – Андрей зашуршал перед моим носом батончиком. – Держи. Для настроения.

– Ой, спасибо, – я смутилась, даже сама не поняла, чего именно. Взяла шоколадку, покрутила ее в пальцах, озадаченно размышляя, как быть дальше.

– Куратор сказала, что автобус сломался, и нас заберут домой только завтра утром, – огорошил новостью Андрей.

Провести ночь в комнате с девочками, которые раздели меня и выставили на всеобщее обозрение парням, – то еще удовольствие. Да и чем черт не шутит, вдруг, как только погаснет свет, они вытворят что-то еще? Может, поехать на автобусе или на попутке? Что угодно. Только не с ними, не тут.

– Я так понимаю, у тебя проблемы с Соней? – догадался Васин.

– Откуда ты… хотя неважно, – понуро склонив голову, я отложила шоколадку и прислонилась к стене. В висках пульсировало, а несколько царапин на руке после драки ныли. Ужасный день. Господи, ну за что мне все это?!

– Я помогу тебе, пойду скажу куратору, что ты плохо себя чувствуешь. Думаю, она разрешит остаться на ночь в лазарете. Заодно твои вещи принесу.

– Правда? – едва не расплакалась я от радости. Когда хоть один человек на твоей стороне, уже не так страшно. Сама я не представляла, как вернусь в комнату, если только с битой подмышкой. Чтобы ко мне никто не посмел притронуться. Ладно, это я утрировала, конечно, биты-то у меня нет. Да и боец из меня так себе.

– Не переживай, – Андрей поднялся и, прежде чем уйти, наклонился и коснулся своими прохладными губами моей щеки. Коротко. Едва ощутимо. И тут же отстранился. Скулы у него слегка порозовели, словно он смутился. А потом, видимо, чтобы разрядить повисшую между нами неловкую паузу, подмигнул и умчался прочь.

И вместо того, чтобы думать про его поступок, про этот робкий чмок в щеку, я унеслась мыслями к Тимофею. Бредово? Согласна. Нерационально? Еще как. Да только ничего не могла с собой поделать. Этот парень даже на расстоянии магнитом к себе притягивал.

Интересно, он в курсе, что произошло? Реально ли они с Соней вместе? И… почему он стоял как истукан? Почему не вмешался? Ведь говорил такие сладкие речи, что рядом со мной, чтобы я не переживала, он здесь. На деле же, его присутствие только омрачило мою и без того никчемную жизнь.

Наверное, мне с ним нужно поговорить. Пусть разбирается со своими подружками, пусть скажет им, что между нами ничего нет, и меня в свои игры больше не втягивает. Мы так-то друг друга и не знаем толком. Хотя в глубине души мне казалось, что я ему симпатична. Но я так понимаю, это был ложный знак, симптом, который не подтвердился.

Андрей вернулся минут через двадцать: принес мою одежду и сообщил, что мне разрешили переночевать в лазарете, даже ключ дали от дверей. А вечером он, как самый настоящий друг, принес мне ужин и сидел со мной почти до девяти, рассказывая, что происходило в лагере. Про наш конфликт между девочками народ помалкивал, как и про мой позор у мужской душевой. Все было относительно тихо, будто этот ужас мне привиделся.

– А Тим? – сжав руки в кулаки, уточнила я.

– Я его не видел ни во время ужина, ни до. Не знаю, где Макаров, – пожал Андрей плечами.

Ушел он почти в девять, и было видно, что уходил он с неохотой. Но я устала и хотела отдохнуть, тем более завтра предстоял тяжелый день: встретиться с одногруппниками, Соней, как-то выдержать все это и не сломаться. Думала, Маринке позвонить, совета спросить, однако этот порыв быстро улетучился. Что я ей скажу? Твой парень спит с другой? Или твой парень странно себя вел со мной? Нет, надо в первую очередь с Тимом разобраться, потом уже подруге жаловаться.

Переодевшись в черный топ с тонкими бретелями и короткие шорты, которые я носила как пижаму, я закрыла дверь на замок и несколько раз дернула ручку, чтобы наверняка. Выключила свет, накрылась одеялом и задремала.

Проснулась из-за странного осостояния, будто не могу шевельнуться. Дернула рукой, и вдруг ощутила боль в запястье. Да такую резкую, словно в кожу впилось что-то, похожее на веревку. Распахнув глаза, я панически вскрикнула, осознав, что мои руки привязаны к изголовью кровати. А рядом сидел человек. Во всем черном, с капюшоном на голове, тень от которого скрывала его лицо. Я замерла, ощутив, как сердце забилось в конвульсиях.

Мамочки…

– Проснулась? – спросил хрипловатый мужской голос. Из-за волнения я не понимала, слышала ли когда-то его или нет.

– Кто ты… – я задыхалась.

– Твою мать, – усмехнулся он. – Какая ты забывчивая, крошка. Я же обещал, что мы скоро познакомимся. И этот день настал.

Он схватил ножницы с тумбы, поднес их к моей груди. Чт… что он собрался делать? Нет, нет, только не… Я, наверное, сплю, и это просто плод моего воображения. А что, если не сплю?

Господи, этот парень точно безумец!

– Не смей! Не трогай! – завопила я, пытаясь хоть как-то оказать сопротивление. Ерзала, брыкалась, но бесполезно.

Щелк…

Он отрезал от моего топа кусок. Так, что один бугорок груди теперь был обнажен.

Щелк…

И вот уже второй оказался обнаженным. Я в ужасе забилась, увидев, как наглые пальцы потянулись дальше….

Глава 12

Странно. Безумно странно. То, что происходило со мной дальше, не поддавалось никакому объяснению. Словно реальность слегка сдвинулась, и я оказалась в каком-то чужом, тёмном сне.

– Знаешь, что я больше всего ненавижу? – с ледяным спокойствием проговорил сталкер. Ведь это точно был он, я не сомневалась.