— О, мой мальчик, — говорит Кен, вытирая слезу. — Мне это было нужно. Ты, наглядный пример того, как плохо нужно контролировать свои импульсы.

— Люди меняются, — говорю я.

— Не настолько.

— Справедливо. Послушай, мне нужно найти Оракула. Ты знаешь всех в этом городе. Мне просто нужен зацепка. Я, конечно, могу крушить головы, пока кто-нибудь мне что-нибудь не расскажет, но я не знаю, чьи головы крушить, так что я просто буду крушить все подряд. Вряд ли это сделает меня популярным.

— Ты изменилась, — говорит Кендра. — Я впечатлена твоей новообретенной сдержанностью.

— Как я и сказала, люди меняются. К тому же на это уходит слишком много времени.

— Что ж, мне очень жаль тебя разочаровывать, — говорит Кен. — Но мы не знаем. — Он делает глоток из своего бокала.

— Шансов было мало, — говорю я. Я знаю, что они лгут. Они знают, что я знаю, что они лгут. Они настороженно относятся к подобным вопросам. Я просто не понимаю почему. Может быть, мне стоит подойти к этому с другой стороны.

— Я также ищу пару магов, — говорю я. — Они были здесь примерно в то же время, что и я, и, возможно, до сих пор здесь.

— У меня не очень хорошая память, Эрик, — говорят они хором, и их голоса создают в комнате странные звуковые эффекты. Кендра потягивает свой коктейль "Олд фэшн", а Кен продолжает говорить. Это похоже на выступление куклы-чревовещателя.

— Я уверен, что в городе есть и другие, кто помнит лучше нас, — говорит Кен. — Почему бы не обратиться к кому-нибудь из них?

— Потому что я никому здесь не нравлюсь.

— Ты мне нравишься, — говорит Кендра.

— Нет, просто я не нравлюсь тебе меньше, чем всем остальным.

— Я бы поспорила с этим, но не думаю, что смогу. Ладно, кого ты ищешь?

— Себастьяна МакКорда, — говорю я. Она уже поднесла бокал к губам, но застывает на полпути. — Ты его знаешь. Его нашли застреленным в недостроенном доме в пригороде. Жуткая сцена. Полиэтиленовая пленка в крови, обезглавленное тело привязано к столу. Итак, Себастьян мертв. Не могу сказать, что я этого не ожидал.

— А как же Николь Хоторн? — промелькнуло удивление, но тут же исчезло.

— Никогда о ней не слышал, — говорит Кен. Чушь.

— Ну, как я уже сказал, шансы были невелики, — говорю я.

Себастьян был владельцем второсортного казино. Его девушка Николь была поумнее. Именно они обратились ко мне с просьбой создать Оракула. Они пытались подставить друг друга, каждый хотел, чтобы я использовал голову другого для создания Оракула. Я понимал, чем это может закончиться: ножом в спину.

Поэтому я нанес удар первым. Я накачал их обоих парализующим ядом, усадил в углу и скотчем прикрепил к их рукам пистолеты, положив пальцы на спусковые крючки, а Оракула оставил с ними. Тот, кто первым выйдет из ступора, будет в более выгодном положении для переговоров. Похоже, в этом раунде Себастьян проиграл.

Остаток вечера я провел с пилой и парнем, чьи крики оборвались, как только я перерезал ему трахею. Это было грязно, шумно, и в итоге у меня появилась говорящая голова с забинтованным обрубком шеи, которая могла предсказывать будущее, а кошмаров у меня хватило бы на пару лет.

Близнецы обмениваются тревожными взглядами.

— Возможно, Рэйчел что-то знает, — говорит Кендра.

— Она всегда держит ухо востро, — говорит Кен.

— Макманус? Насколько я помню, я ей не очень-то нравился.

— Эрик, прошло почти тридцать лет, — говорит Кен.

— Она в меня стреляла, — говорю я.

— Насколько я помню, несколько раз, — говорит Кендра. — И если бы ты ей действительно не нравился, она бы не промахнулась. Некоторые люди не держат зла на других всю жизнь.

— По моему опыту, это не так, но будь по твоему.

— Если судить о людях по тому, какими они были в юности, — говорит Кен, — ты всегда будешь разочарован.

— Я предлагаю рассмотреть все варианты, — говорит Кендра. — Я знаю, что у тебя напряжённые отношения с твоей старой командой...

— Они никогда не были моей "командой", — говорю я. — Они были клиентами, которым требовались особые навыки. Когда всё закончилось, наши пути разошлись.

— Эрик, мы финансировали эти проекты, — говорит Кендра. — Мы знаем, почему ты ушел и что сделал Дэвид. Ты поступил правильно. И если бы остальные об этом знали, они бы с тобой согласились. Но ты исчез. Человеку трудно восстановить свою репутацию, когда его нет рядом. Пока ты был здесь, вы были сплоченной группой малолетних негодяев.

— Ладно, они были моей "командой", что бы это ни значило. Так почему же Рэйчел?

— Она связана с теми кругами магического сообщества Лас-Вегаса, с которыми мы не связаны, — говорит Кен.

— Мы вращаемся в определенных кругах, — говорит Кендра. — А окружение Рэйчел немного... грубоватое.

— Ты хочешь сказать, что она водится с такими, как я.

— Нет, — говорит Кендра. — Может быть? Ладно, да. Хотя ты одет лучше, чем большинство из них.

— И это все меняет, — говорит Кен.

— Чем она сейчас занимается?

— Руководит, как она это называет?

— Школой подготовки к чрезвычайным ситуациям, — говорит Кендра.

Верно. Школа подготовки к чрезвычайным ситуациям. В пустыне. Обучение выживанию, обращению с оружием, умению пить собственную мочу и все такое.

— Ожидаете апокалипсиса?

— А разве не все его ждут?

— Знаете, как мне туда попасть?

— Эрик, на дворе двадцать первый век. Бог не просто так создал Google. Уверен, ты и сам разберешься.

Я допиваю свой напиток и встаю. Я узнал все, что хотел. Еще немного, и мы начнем говорить о других вещах, которые произошли много лет назад, а мне сейчас не до этого.

— Спасибо, — говорю я. — Это помогло.

— Эрик, — произносят они оба с той странной слаженностью, к которой я так и не привык. — Ты сказал, что мы тебя не любим. Просто ты нам не нравишься. Это неправда. Ты нам нравишься. Потому что мы знаем, что ты пытался поступить правильно.

Я открываю дверь и прогоняю воспоминания.

— Спасибо за выпивку, — говорю я и ухожу.

Глава 2

Смерть, это много всего. И Это точно не просто.

Когда речь заходит о смерти, легко попасть в ловушку бинарного мышления. Это или то. Включено или выключено. Мертвый или живой. Я все еще борюсь с этим, и я сам был мертв пять лет назад.

Большинство магии, это ответ на вопрос. Нужен огонь? Хочешь летать? Выбить все дерьмо из того парня, который смотрел на тебя исподлобья на бейсбольном матче? Магия с этим легко справится. Пиромантия, аэромантия. Я не знаю, существует ли магия "вышибить-из-человека-все-дерьмо", но она действительно должна быть. У вас есть проблема, и магия поможет вам ее решить.

Но некромантия? Она задает гораздо больше вопросов, чем дает ответов. Насколько мертвый это мертвый? Насколько живой это живой? В какой момент труп превращается в мясо? Что такое призрак? Душа? Куда она уходит? Некромантия стирает границы и открывает тем больше вопросов, чем больше дает ответов.

Последние несколько месяцев в Вегасе у меня был сосед по комнате. Парня звали Джимми Фрибург. Не слишком сообразительный. Он немного владел магией, но не знал об этом. Пока я не рассказал ему об этом. Это все было подсознательно. Парень был как черная дыра. Гадания, отслеживающие заклинания и тому подобное просто ускользали от него. Если вы пытаетесь не привлекать к себе внимания, он был отличным парнем, с которым можно было пообщаться. Проведите с ним достаточно времени, и вас бы тоже никто не увидел.

Примерно в это же время этим двум магам в руки попала книга заклинаний, в которой рассказывается, как создать эту штуку, называемую Оракулом. Забавно, но в основном это заклинания некромантии. Они этого не понимают.

Это читается как рецепт, в котором пропущено каждое третье слово. Если вы не разбираетесь в кулинарии настолько, чтобы восполнить пробелы, вы никогда в этом не разберетесь. Им нужен был некромант.