Три уже знакомых флакона подлетают ко мне по воздуху. Выпиваю их один за другим — время вокруг незначительно замедляется. С каждым глотком замедление отслеживается всё сильнее. Очень знакомая история.

Тут же вкидываю в тело магию и всё вокруг сразу же нормализуется. Правда, нормализуется только для меня. Окружающие продолжают двигаться медленно, как в киселе. Все, кроме Пилюлькина — тот тоже принимает эликсиры и ускоряется.

К нам медленно подлетает кокон и ложится на рабочий стол.

— На счёт три, — командует Пилюлькин. — … Три! — И жестом срывает стазис.

В тело рыжей барышни один за другим впиваются с десяток незнакомых мне глифов. Пилюлькин создает их практически молниеносно. Для наблюдателей, скорее всего, все десять глифов выглядят как один.

Очаг нитей разрастается прямо на глазах, а девчонка — начинает буквально высыхать. Тварь, как только чувствует волю, пытается взять под контроль всё тело и скорее размножиться. Рыжая — неодарённая, поэтому всё происходит за счёт её физиологии. Даже сейчас, находясь в ускорении, наблюдаю, что развитие происходит слишком быстро, лавинообразно. При работе с бойцами не припомню таких скоростей размножения. Насколько быстро идёт процесс для внешнего наблюдателя — даже предположить не могу.

Вырвавшиеся нити монстра не становится неожиданностью, и подготовленный заранее росчерк перебивает заражение. Нитевый монстр мгновенно загорается и выжигает все свои составляющие. Вот только заражение уже распространилось, и оно слишком обширное — там уже далеко не один клубок. Если выжигать все и сразу то складывается ощущение, что у девушки выкипит кровь.

— Константин Ива… — не успеваю позвать целителя.

— Да, вижу, вижу, — обрывает меня Пилюлькин, напряжённо сплетая руками очередной неизвестный мне конструкт. Пока ничего не подсвечивается — этим заниматься банально некогда. Сбиваю вылетающие споры, но в тело не лезу, чтобы не сжечь девчонку. Воздух вокруг неё загустевает — и словно начинает кипеть. Но кипит он отдельно от тела.

Кровь, подчиняясь воле целителя, тонкими струйками вырывается из рук, ног, близких артерий и вен в воздух и зависает над телом. Вижу, как в новом контуре кровь не застывает, а с огромной скоростью прокачивается над телом.

Кажется, что Пилюлькин создаёт мост и дублирует крупные кровеносные сосуды над девчонкой.

— Бей! — Целитель быстро подсвечивает цели, и я вбиваю в них росчерки. Кажется, Пилюлькин специально подсвечивает разные части тела девчонки и участки ее крови, чтобы вскипающая красно-бурая субстанция не сожгла тело. Целитель в любой момент может отсечь нужные участки с монстром или его спорами, чтобы не уничтожить девчонку.

В тело отправляется ещё один глиф, как могу догадаться — лёгкое охлаждение. Михаил к этому времени успевает кинуть в девушку только восстановление и регенерацию. Это тоже, если учесть отсутствие ускорения, показывает, что семейный целитель выкладывается на полную.

Здесь узнаю почти все глифы — всё по стандартам. В то же время Пилюлькин продолжает фильтровать кровь прямо в воздухе. Всю сразу не получается, приходится работать по сегментам, а главное — быстро.

Замечаю взгляд местного целителя — читается нескрываемое уважение. Да уж, без Пилюлькина мы бы с ним точно не справились. О том, что можно вот так запросто отделить зараженную кровь от тела, я не подозревал. Про фильтрацию вообще молчу. Черные сгустки в алой жидкости смешиваются в нитями и вычленяются отдельно, тоже зависая в воздухе. Сразу же сжигаю их росчерками.

Выглядит весь этот процесс, конечно, завораживающе.

Девчонка протяжно сипит. Есть ощущение, что она находится почти что в сознании. И прямо сейчас переживает вполне себе не придуманную боль. Когда целительские конструкты Михаила касаются тела Рыжей, её лицо ненадолго расслабляется.

Кровь постепенно успокаивается. Всполохи красной жидкости сходят на нет. Очищение Рыжей занимает несколько больше времени, чем занимала работа с любым из бойцов зачистки. Во всем этом меня больше всего удивляет, что кровь не успевает свернуться. Она пузырится, очищается и возвращается обратно в тело девушки. Всё, что требовало уничтожения, соответственно, погибает.

— Вот и хорошо, — негромко комментирует Пилюлькин. Значит, всё идёт по плану.

Через некоторое время целитель разрушает технику. Благо, кровь кипела не внутри девушки. Если бы так — то девчонка полностью выгорела бы.

— Необычно, — говорю, как только заканчивается этап очищения.

— Да, я тоже впервые попробовал, — признаётся Пилюлькин. — Но в данном случае риск неизбежен. По-другому её было не спасти.

Целительские глифы расходятся по всему телу Рыжей, но больше не находят заражения. Пилюлькин закрывает все раны и без промедления заживляет всё, что можно.

— Угу, чудно, — проговаривает он про себя и кидает ещё пару глифов.

— А сейчас вы что сделали? — интересуюсь.

— Косметический ремонт, если можно так назвать, — хмыкает целитель. — А то она уж слишком напоминает живой скелет. Немного помог её организму восстановиться после пережитого. Теперь какое-то время будет просто худой девчонкой, не более. Ничего, быстро отъестся, — улыбается Пилюлькин.

— Так. А дальше что? — спрашиваю. Слишком нестандартная сегодня работа — новые глифы и процессы. Как обмолвился целитель, даже для него. Поэтому лучше уточнить.

— Всё, можно закрывать, — командует Пилюлькин.

К работе приступает Михаил. Он использует несложные целительские конструкты, но сейчас их полностью хватает — оставшиеся небольшие раны быстро затягиваются. К работе Пилюлькина местный целитель вопросов не имеет — можно посмотреть на тело девчонки, и всё сразу станет понятно. Мышцы лица расслабляются, кожа розовеет.

Теперь понятно, почему за Пилюлькиным так гоняются со всех уголков города. Странно, что на завтра у него всего три встречи. Скорее всего, предложений поступило куда больше — просто невозможно помочь всем и сразу.

В девчонку летит диагност от целителя — чтобы окончательно убедиться, что все в порядке. После диагностики Пилюлькин коротко кивает.

Следующая пара коконов проходит фоном — совершенно стандартное заражение. Сначала нас стол ложится мужчина средних лет с длинными волосами, потом тощая женщина в возрасте. Никаких проблем с уничтожением спор и уже укрепившихся нитей. Единственная сложность заключается в том, что перед нами неодарённые. Соответственно, работать приходится как можно быстрее: нитевая тварь почти мгновенно расползается по кровотоку, чтобы занять всё тело. Заражение проступает со всех сторон. К сожалению, любому неодарённому практически нечего ей противопоставить. Если хоть немного затянуть, поражение может оказаться глобальным.

Еще один кокон неторопливо приземляется на стол перед нами. Молодой рослый парень. Мельком замечаю, как Марию Львовну передергивает. Она все это время стоит за спиной Пилюлькина и наблюдает за процессом. До недавнего времени практически спокойно и без эмоций.

Так понимаю, что молодой человек перед нами — как раз её сын. Пилюлькин демонстративно не обращает внимания на переживания женщины. Уверен, что он тоже контролирует все происходящее вокруг.

Пилюлькин срывает кокон с парня так же, как и со всех остальных. Правда, в данном случае ситуация посложнее. Парню не то что не повезло — он, скорее всего, был на острие своего отряда: либо прикрывал, либо защищал. В отличие от большинства остальных бойцов — по крайней мере тех, с кем мы успели столкнуться за все время — у него уже целых три первоначальных, пустивших нити в тело, очага заражения. Помимо очагов, на теле очень много спор, и они укореняются почти мгновенно.

Если бы не ускорение, боюсь, что мы бы его сразу потеряли. Сейчас Пилюлькин не собирается полагаться на случай — вокруг парня образуется такой же дублирующий контур крови. Всё так же, как при работе с Рыжей.

— Давай! — командует целитель.

Отправляю друг за другом практически пулемётную очередь росчерков. Пилюлькин как обычно подсвечивает мои цели. И не просто выборочно, а намеренно выбирает их так, чтобы не запустить цепную реакцию внутри организма. Как только выбиваю одного нитевого монстра, целитель успевает вытянуть из тела заражённую кровь и лимфу, чтобы не угробить парня.