А ведь я ещё в той школе смог совместить все Дары разом. Чуть не погиб в результате, но смог же. Интересная перспектива.

Размышления на эту тему ни к чему не привели. Одарённые с Даром Пустоты имелись. Их было не так уж мало. Называли таких Батарейками. Недомаги. Те, кто может накапливать энергию, но использовать её — в очень урезанном формате. Считалось, что это не полноценный Дар, а просто сосуд для энергии. Но тот эльдар создал защиту вокруг своего Дара.

Да и название — Пустота. Почему Мудрец именно так сказал? Что за пустота? Почему не сосуд или ещё что?

Вопросы, вопросы. Которые некому было задать. Я и у Солейны спрашивал. Она не знала, как можно использовать Пустоту и можно ли в принципе.

Так что пришлось действовать по намеченному пути. Я немного перестроил свои дела так, чтобы подготовиться к охоте на тварей. В Грань ходил каждый день. Хомяк помогал находить монстров. Я забирал их Дары. Поделился и с Савелием. Один раз попался Дар Битвы, похожий на его. Сделал брату дополнительное переливание, а то совсем медленно развивается.

А так — подрастил Дар Битвы и Охоты, довёл их до пика. С Клятвой и Творцом было сложнее. Таких монстров в округе не удалось найти. За тварями Пустоты пришлось отправиться снова в далёкий мир. Сделал я это спустя шесть дней после огненного кутежа. Это я про Солейну. Наш кутёж с парнями прошёл предельно скучно, после того как мы свалили. Ну да не суть.

Хомяк меня привёл в откровенно стрёмный мир. Я вышел среди скал, чёрных туч, грома, молний и ветров. Первым же порывом ветра меня чуть на камни не бросило, насколько сильно дунуло. Я осмотрелся, убедился, что здесь пусть и мрачно, но жить можно, да направился на охоту. В этот раз спутников-людей не брал. Заняться предстояло тем, что лучше не светить.

Повезло прямо сразу.

Я ощутил, как в зону истины сверху ворвалась какая-то крупная тварь. Совершенно бесшумно, но быстро. Я шагнул в Тень, оттуда разглядел, как на место, где стоял, рухнуло нечто. Это нечто оказалось большой птицей. Без перьев,с длинной мордой и острыми зубами. Дар — Пустота. Ранг — владетель. Я вышел из Тени, обрушил на неё Власть. Которую она тут же потянула внутрь себя. Я словно вперёд провалился. Но это Властью. А сам уже заносил меч Короля Воронов. Который и обрушил на тут же попытавшуюся цапнуть меня морду. Или не тут же… Тварь Власть потянула, но произошло это не в одну секунду. Существо замедлилось, и я спокойно ударил, без риска. Разрубил башку. Брызнула кровища, монстра повело, но я прикрылся Властью и не запачкался. Переместился к грудине, выдернул Дар. Изучил его да осторожно слил со своим.

По опыту знал, что, когда уже сам владетель, новая порция такого же Дара не очень большую прибавку обеспечивает.

В тот день я пять подобных тварей убил. Набрал Даров под завязку. Не все поглотил, часть на орбите оставил. Передохнул да домой двинул.

Уже когда вернулся, с лихорадкой свалился. Даже испугался немного, но ночь проспал, а на утро свеженьким был. Продолжил свои опыты, и меня почти всю следующую неделю то в жар, то в холод бросало. Не критично, но и приятного мало.

Особенно на фоне того безумия, что творилось вокруг. Свадьбу вовсю готовили. Заканчивались последние приготовления. День за днём мы приближались к этой дате.

За оставшийся срок особо ничего не произошло. Так, обычные рабочие будни. Мой Дар пустоты заметно укрепился. Энергии тоже прибавилось. Но процесс я полностью закончить не успел. Слишком много времени другие дела занимали.

В конечном счёте я допрыгался. В смысле, настал день бракосочетания.

Пора было заделаться в совсем уж взрослые мужики.

Думать о том, что что-то пойдёт не так, я себе даже в мыслях запретил. Ну его, ну. Не хватало снова беду накликать.

Говоря, что последние две недели перед свадьбой прошли штатно, я почти не лукавил. Просто у меня профессиональная деформация. Нештатно — это когда на голову высаживается десяток властелинов. Обычные же интриги — это как раз просто рабочие моменты.

Так что формально ничего такого не произошло, но это не значит, что никто не пытался что-нибудь такое сотворить, натворить и вытворить. И это не значит, что нигде не лежали мины замедленного действия, которые могли рвануть в любой момент.

Отметился один из учеников Солейны. Я так и продолжал заглядывать в академию. То на лекции, то на консультации к наставнику, то в библиотеку знания подтянуть, то на полигоны. И сам отдельно занимался, и тет-а-тет с наставником Богомиром, и с другими группами. В один из дней, когда заглянул на занятие к Солейне, она упомянула ученика. Звали его — Сергей Каширов. Тёзка мой. Первый год обучения в академии. Уже средненький адепт. А ещё претендент на звание таланта и лучшего ученика в своей лучшей группе. Мне было плевать на этого паренька, но ситуация сама так сложилась, что я обратил на него внимание.

В первый раз его увидел крайне измотанным, в составе такой же измотанной группы. В следующий раз — куда бодрее, со взглядом щеночка, который с восторгом поглядывал на Сорку. И это тоже не стало поводом напрячься. Солейна — девушка красивая, богатая, влиятельная, теперь ещё и преподавательница. С чего бы мне удивляться, что кто-то заглядывается на неё? В тот раз, когда ученики свалили, спросил у Солейны, как они держатся. Она и упомянула этого паренька. Талантлив, старателен, а ещё стипендиат. Стало чуть интереснее, я расспросил детали и напрягся, когда услышал, что он сирота.

Уже бывало такое, что удавалось избежать серьёзных последствий, когда в самых разных ситуациях я проводил аналогии и попадал точно в цель. При слове «сирота» сразу вспомнил Сапфира, который курировал несколько сиротский приютов и присматривал там себе протеже. Вспомнил одного из его ставленников — Романа, с которым мы попали на обучение в Бюро, и который потом меня подставил, взорвал здание Бюро, похитил Анну и в принципе большую кашу заварил. Разумеется, эти воспоминания никак не доказывали вину моего тёзки, но на заметку я его взял. Солейне ничего говорить не стал, заглянул к её деду и попросил пробить паренька. Милгард даже пошутил на тему того, что я заревновал. Ну-ну. Старик парня всё же пробил. Так я узнал, что мать Каширова погибла при родах. Отец — неизвестен. Но вроде бы появлялся в приюте, оставлял щедрые пожертвования. Скрывая личность. На этом моменте стало ещё интереснее, и я даже немного проследил за Сергеем. Шпион из него вышел просто убогий, а мне повезло почти сразу. Талант или нет, но парень дополнительно занимался вечером, отрабатывая магические слова. Я потом отдельно проверил — отрабатывал он те слова, которые в академии официально не получал. Как и в других местах. Это можно было бы как-то объяснить, у парня в биографии имелись выходы за Грань вместе с ватажниками, но… Паренёк оказался эмоциональным и костерил вслух отца, который пропал неизвестно куда и не выполнил обещание.

Всё это по-прежнему не было поводом объявить его ребёнком эльдара, но попросить Милгарда устроить проверку, взяв анализы, было проще простого. Короче, всё подтвердилось. У этого Сергея реально генотип не совсем человеческий.

Так что Солейна обучает полукровку. Спящий он агент или не до конца завербованный — вопрос оставался открытым. Аркан Димитрич после этого открытия подшучивать по поводу моей ревности перестал.

Тянет эта история на нештатное событие? Да не особо. Возможно, эта история приведёт к чему-то большему. Когда заговорил о передаче информации императору, старик заупрямился, явно не желая пускать Смородинского на свою территорию, но я уболтал его. Так что информация ушла дальше, после чего была инициирована проверка всех учеников на подобные нюансы в генах. Только результаты будут нескоро. Дело это сложное и долгое.

Другая история, точнее, сразу две, была связана с врагами Милгардов.

Зиморядовы всё никак не могли угомониться. По просьбе старика я заглядывал на их тайные сходки. Послушал, что они там секретно обсуждают. Стащил и всякие документы касательно этой темы. Если быть точным, то список недругов стоило значительно расширить. По крайней мере, Зиморядовы упоминали и другие фамилии, но там своя ситуация сложилась. После того как Волковы буквально бежали из столицы, чтобы их не разнесли, многие поумерили свои амбиции. Поэтому Зиморядовы находились в позиции, когда очень хочется, но сильно колется и страшненько.