— В этом-то и уникальность проводимого советскими учеными эксперимента! — парировал я. — Новое слово в науке!

— А какое вознаграждение-то? — деловито поинтересовался Руслан-«Кржемелик».

— Точно не помню. Рублей десять, кажется… А может, двадцать пять…

— Двадцать пять рублей?! — алчно загорелись глаза у доброй половины отряда.

— А что вы хотели? Дело государственной важности!

— Какая разница, сколько там обещали заплатить: зайца-то он все равно не догнал! — заметил своим клевретам Михеев.

— Кто тебе такое сказал? — насмешливо прищурился на него я. — Догнал, снял ошейник, положил в карман — а сегодня с утра запечатал в конверт и отправил письмом, куда положено!

— Резанцев, хватит! — снова вмешалась вожатая — вроде бы грозно, но на миг мне показалось, что в тоне девушки промелькнул намек на восхищение. — Угомонись!

— Да я вообще молчу, — развел руками я.

— Все бы так молчали!

— К сожалению, я — не все.

«И правда, довольно уже, — притормозил меня уже и Младший. — Если весь отряд теперь бросится в лес ловить зайцев — Марина нам этого не простит!»

«Сам же просил осадить “Вахмурку”! — напомнил я. — Ладно, все, закончили…» — что-то меня и в самом деле понесло — словно и впрямь в детство вдруг впал. Не надо бы так…

Отряд уже подходил к клубу.

13. Красные звезды и черные метки

Юг Московской области, 2 июня 1985 года

Передние ряды в зале клуба на этот раз были полупустыми: самые младшие отряды — октябрятские группы — на Сбор дружины не приглашались. Мы же снова прошли в конец помещения, к креслам, где и расселись. Через пару минут в клуб подтянулся первый отряд — старшие не опаздывают, старшие задерживаются — и стоило ему занять места за нашими спинами, как раздался сигнал горна «Слушайте все!» — запись, конечно.

— Внимание! — донесся из динамика голос старшего вожатого, когда трубы смолкли. Я поискал глазами говорившего: Максим обнаружился внизу перед сценой с микрофоном в руке. — Под знамя дружины пионерского лагеря «Полет» — стоять смирно! Знамя внести!

Младшие пионеры повскакивали со скамеек, словно чертики на пружинках, мы, старшие, тоже встали на ноги, пусть и не столь поспешно. Сотни рук разом взметнулись в пионерском салюте — вот это было красиво. Разве что мой дурацкий бинт с проступившим пятнышком зеленки несколько выбивался из общей картины, но, думаю, впечатление это не сильно портило.

Ударил барабан — даже пара барабанов, двое юных музыкантов стояли неподалеку от Максима — и под бойкий перестук палочек в дальние от сцены двери клуба, чеканя шаг, вступила знаменная группа с широкими алыми перевязями через правое плечо.

Первой, лихо держа руку в салюте, шагала Ира, вожатая третьего отряда и соседка по комнате нашей Марины — на то, как она тянула в марше стройную ножку, нельзя было не залюбоваться. За ней выступал собственно знаменосец — широкоплечий гориллоподобный Олег, курирующий отряд первый. Замыкала шествие девушка, ни имени, ни подведомственного отряда которой я не знал, но то, как подпрыгивала в такт барабанному бою ее пышная грудь — казалось, только парадная перевязь ту и сдерживала — не мог не оценить.

Пройдя вдоль стены зала, знаменная группа поднялась на сцену и остановилась на ее краю. Барабаны смолкли.

— Вольно! — подал команду старший вожатый.

Пионеры шумно поплюхались в кресла и на скамьи — но ненадолго.

— Сбор дружины объявляю открытым! — проговорил Максим — и из динамика тут же полилось задорное:

Взвейтесь кострами, синие ночи!

Мы пионеры, дети рабочих!

Близится эра светлых годов!

Клич пионеров: «Всегда будь готов!»

Пришлось снова вставать и держать салют.

Младшие ряды знакомую песню старательно подхватили, задние, по большей части, предпочли ртов не открывать. Но, например, те же голосистые Стоцкая с Абашидзе несколькими креслами левее меня — увлеченно пели. Не смолчали и «Вахмурка» с «Кржемеликом» на ряд впереди нашего — но эти, вполголоса, чтобы не услышали вожатые, исполняли не менее классический, но куда более неформальный вариант, в котором кострами взвивались «бочки с бензином», пионеры объявлялись «детьми грузинов» (никогда не мог понять: хорошо это или плохо?), а кличем провозглашалось «Всегда удерем!»

Наконец песня отзвучала.

— Прошу садиться, — предложил ведущий — по-прежнему не со сцены, а с места перед ней. — Для тех, кто, вдруг, не в курсе, я — ваш старший вожатый, зовут меня Максим, — представился он, дождавшись, когда все опустятся на свои места. — Сегодня у нас с вами две задачи, — продолжил затем. — Первая — избрать Совет дружины — высший орган пионерского самоуправления лагеря, вторая — обсудить, что интересного нас ждет в течение смены. Итак, не станем попусту терять времени и переходим к первому пункту повестки дня! Кандидаты в Совет дружины выдвинуты вами на отрядных Сборах — уверен, вы подошли к их определению основательно и добросовестно. Итак, — возвысил Максим голос, — предлагается избрать Совет дружины в следующем составе. Председатель — Александр Широков, первый отряд, знаменосец — Борис Торопчин, первый отряд, члены Совета — Инга Трефилова, второй отряд, Сергей Громов, второй отряд, Анна Кан, третий отряд, Ольга Костенко, третий отряд, Алексей Камалетдинов, четвертый отряд, и Вероника Мартемьянова, также из четвертого отряда. Кто за это предложение — прошу проголосовать!

Зал ощетинился поднятыми руками.

— Кто против? — поинтересовался старший вожатый, не потрудившись пересчитать поданные голоса. — Кто воздержался? Единогласно! — подвел он итог. Избранных членов Совета дружины прошу подняться на сцену!

Несколько человек впереди нас принялись торопливо выбираться из середины своего ряда. Наши Трефилова с Громовым оказались предусмотрительнее — заранее заняли места с краю. Как бы то ни было, через пару минут восемь пионеров — четыре мальчика и четыре девочки — выстроились на сцене в шеренгу на всеобщее обозрение.

— Поздравляю вас, ребята! — кивнул им Максим. — Не сомневаюсь, что все вы оправдаете оказанное вам вашими товарищами высокое доверие! А сейчас… Избранному знаменосцу дружины принести торжественную клятву и принять знамя!

Рослый паренек, стоявший в шеренге вторым — рядом с нашим Серегой Громовым — сделал шаг вперед.

— Я, Торопчин Борис, знаменосец дружины пионерского лагеря «Полет», перед лицом своих товарищей клянусь: бережно хранить знамя пионерской дружины, четко выполнять правила обращения со знаменем! — громко выговорил он и замер, вытянув руки по швам.

Из-за перевязанной золотым шнуром половинки сценического занавеса тут же появились две стройные девочки-первоотрядницы, заняв места справа и слева от Торопчина.

— Прошу всех встать! — подал команду Максим. — Под передачу знамени дружины — стоять смирно! Знамя передать!

Зал поднялся, привычно салютуя. Тем временем Торопчин со своими соседками четко выполнил поворот налево. Вся троица проследовала к знаменной группе и остановилась напротив нее. Девочки подняли руки в салюте — девушки вожатые ответили им тем же. Действующий знаменосец слегка наклонил знамя, Борис же опустился на левое колено и коснулся губами края алого кумача.

— Вот так люди и теряют девственность — прилюдно целуясь с чем попало, — ехидно прошептал кто-то из «миньонов» Анта.

Стоцкая сердито на него шикнула.

Между тем, Торопчин поднялся с колена, вожатый Олег вручил ему знамя — и прежняя знаменная группа чинно покинула сцену.

— Таким образом, Совет нашей дружины сформирован, — подытожил в микрофон Максим. — Переходим ко второму пункту повестки. Итак, должен сказать, что смена нас с вами ждет не совсем обычная! — с энтузиазмом заявил старший вожатый. — Как вы все, конечно, знаете, этим летом в СССР пройдет XII Всемирный фестиваль молодежи и студентов — под девизом: «За антиимпериалистическую солидарность, мир и дружбу!» Прогрессивная молодежь со всего мира соберется в столице нашей Родины Москве, чтобы засвидетельствовать свое единство в борьбе за светлое будущее! Но все это, безусловно, вам хорошо известно и без меня. А теперь о том, о чем, возможно, пока слышали не все. В августе, по завершении основной программы Фестиваля, в «Артеке» состоится международный детский праздник «Салют, мир! Салют, фестиваль!» Принять в нем участие смогут лишь самые лучшие советские пионеры! И вот, друзья, с гордостью хочу вам сообщить, что нашему лагерю выделено четыре приглашения на этот грандиозный слет!