— Ждите здесь и не высовывайтесь, — сказал я Рябушинскому. — А я попробую с ним поговорить.

Решётку склепа мы предусмотрительно оставили открытой, так что я сделал один шаг и оказался рядом с призраком.

— Здравствуйте, — вежливо кивнул я. — Расскажите, почему вы бродите здесь по ночам и стонете так жалобно? Кто вас убил? Вы можете назвать имя?

Я старался говорить спокойно и доброжелательно, но это не помогло.

— Тайновидец! — испуганно взвизгнул призрак и отшатнулся. — Не подходи ко мне! Не трогай меня!

— Я не собираюсь вас трогать, — удивился я. — Просто хочу с вами поговорить. Откуда вы знаете, кто я? Мы с вами были знакомы?

— Не подходи ко мне, Тайновидец! — не унимался призрак. — Это всё из‑за тебя!

Он улетал всё дальше и дальше.

— Задержите его! — крикнул я городовым.

Городовые серебряными сгустками света вылетели из склепа, за ними торопился Рябушинский. Но незнакомый призрак оказался проворнее. Он юркнул за могилу тёмного мастера снов Тимофея Градова и бесследно исчез.

— Опять упустили, — сокрушённо сказал Рябушинский. — А ведь он вас узнал, Александр Васильевич.

— Да, — согласился я. — Это‑то и есть самое удивительное, потому что я вижу этого призрака впервые. Ну, теперь мне очень хочется узнать, кем он был при жизни. Как вы думаете, он ещё здесь появится?

— Появится, — кивнул обер‑прокурор. — Судя по всему, он очень привязан к этому кладбищу. Уж сколько раз мы его ловили! Он вот так же исчезал, а потом всё равно приходил.

— Но разговаривать он совершенно не настроен, — задумался я. — Поэтому нам нужно обязательно поймать его и узнать, кто он такой. Пётр Павлович, вы случайно не знаете, есть какой‑нибудь способ поймать призрака?

— Если только с помощью заклинаний, — задумался Рябушинский. — Но мне они неизвестны. Руками нас не ухватишь, мы же бестелесные.

— Значит, нам нужен специалист, — решил я. — Приходите ко мне сегодня утром, к этому времени я что‑нибудь придумаю.

Я попрощался с призрачными полицейскими и отправился домой. В этом мне здорово помогла незапертая дверь парадного входа в доме по соседству — не пришлось вызывать извозчика.

Несмотря на поздний час, Лиза ещё не спала.

— Ты вернулся, — обрадовалась она. — Ну как? Поймал призрака?

— На этот раз мне не повезло, — признался я. — Но я обязательно его поймаю. Этот призрак меня заинтересовал.

— У тебя даже глаза заблестели, — рассмеялась Лиза. — Это здорово.

На рассвете призрак обер‑прокурора уже колыхался возле моей калитки.

— Вы придумали, как поймать этого плаксу, который держит в страхе всё Смоленское кладбище? — нетерпеливо спросил он, когда я, потирая сонные глаза, вышел на крыльцо.

— Заходите в дом и выпейте кофе, — рассмеялся я. — То есть понюхайте. Входите так, мне лень открывать калитку.

Тучный обер‑прокурор грациозно перепорхнул через ограду и подлетел ко мне.

— Как только вы ушли, этот призрак опять появился, — взволнованно сказал он. — До самого утра метался между могил с истошными криками. Вопил, что ненавидит вас и не дастся вам в руки. Между прочим, он до смерти перепугал жителей всех окрестных домов. Сегодня утром они завалили полицейский департамент жалобами.

— Ничего себе, — удивился я. — Интересно, чем же я так насолил этому призраку? Проходите в кабинет, господин Рябушинский. Кофе сейчас принесут.

Я сам поднялся наверх за подносом. По пути успел поцеловать Лизу и торопливо сжевал парочку бутербродов, а затем вернулся в кабинет.

Рябушинский уже устроился в кресле и теперь нервно постукивал пальцами по подлокотнику.

— Угощайтесь, — предложил я, наливая ему кофе. — Сейчас Игнат принесёт бутерброды. Хотите?

— Я не чувствую голода, — грустно признался обер‑прокурор. — И вкус еды тоже не ощущаю. Могу разве что нюхать.

Я сочувственно покачал головой.

— Ну, а я, с вашего позволения, позавтракаю.

— Конечно, Александр Васильевич, — смутился Рябушинский. — Простите, что потревожил вас так рано, но этот призрак сегодня никому не дал отдохнуть. Его непременно нужно поймать и запереть в камеру ради общественного спокойствия.

В дверь кабинета постучали. Это Игнат принёс тарелку с бутербродами.

— Ваше сиятельство, я сегодня большой мобиль возьму? — спросил он. — Нужно съездить к Митрохину за продуктами.

— А завтра никак? — поинтересовался я. — Большой мобиль нужен мне самому. Я сейчас отправляюсь в Сосновский лес.

— Зачем? — удивился Рябушинский.

— Мы же хотим узнать, как поймать этого призрака, — усмехнулся я. — А в Сосновском лесу живёт самый старый призрак, которого я знаю. Может быть, вообще самый старый в этом мире. Предок рода графов Сосновских — Акинфий Петрович. Вот я и хочу посоветоваться с ним. Может быть, он знает, как ловить призраков.

— Так вы собираетесь к Акинфию Петровичу? — обрадовался Игнат. — Вот хорошо. Я ему бочонок мёда обещал, да всё никак не соберусь завезти. Отвезёте мёд, ваше сиятельство?

— Как же я его отвезу, если ты собираешься забрать мобиль? — поинтересовался я.

— А давайте я сам доставлю вас в Сосновский лес, — предложил Игнат. — Ну, то есть не только вас, а ещё и бочонок. А на обратном пути заеду к фермеру, возьму продукты. А вы домой колдовским способом вернётесь. Для вас же это раз плюнуть, то есть легко, я хотел сказать. Я бы съездил к Митрохину завтра, но у нас молоко заканчивается. А вы ведь кофе с молоком пьёте?

— Хитрец, — улыбнулся я. — Ладно, выкатывай мобиль из гаража и собирайся. Отвезёшь меня в Сосновский лес.

— Можно и я поеду с вами? — спросил Рябушинский. — Я никогда не был в Сосновском лесу. К тому же у меня сегодня выходной, было бы неплохо провести его на свежем воздухе.

— Разве у призраков бывают выходные? — удивился я.

— Разумеется, — кивнул обер‑прокурор. — Физически мы, конечно, не устаём. Но ментальная усталость свойственна призракам так же, как и живым людям. А выгорание для нас ещё опаснее, чем для живых. Тела‑то у нас нет, так что на этом свете нас держит только любопытство и интерес к происходящему. Я и своим подчинённым в обязательном порядке даю выходные. И даже оплачиваемые отпуска для них выбил в Имперском казначействе.

Тут я не выдержал и рассмеялся, потому что представил себе, как призрак упаковывает в призрачный чемодан призрачный купальный костюм и отправляется на дирижабль.

— Если вы желаете, едем вместе, — кивнул я. — В лесу сейчас хорошо.

Через час Игнат высадил нас возле дома Николая Сосновского. Родовое имение Сосновских находилось прямо в лесу. К нему вела единственная грунтовая дорога, над которой нависали ветви корабельных сосен.

Я помог Игнату выгрузить бочонок с мёдом, и старый слуга укатил за продуктами.

Николая Сосновского я заранее предупредил о нашем приезде, так что он встретил нас у ворот.

— Наконец‑то ты приехал ко мне в гости, Саша, — радостно сказал Сосновский. — Имейте в виду, господа, я настаиваю, чтобы вы остались к обеду, и отказа не приму.

— С удовольствием совершим набег на твою кухню, — улыбнулся я. — Познакомьтесь. Это Пётр Павлович Рябушинский, он командует призрачной полицией Империи.

— Пока призрачная полиция есть только в Столице, — смутился бывший обер‑прокурор. — Ну, я надеюсь, что скоро наши подразделения появятся и в других городах Империи. Вот тогда‑то мы наведём настоящий порядок.

— Очень рад знакомству, — вежливо улыбнулся Николай Сосновский и осторожно протянул призраку руку. — Проходите, господа. Хотите покататься на лошадях? Я собираюсь в объезд, нужно всё время следить за порядком в нашем лесу. Приглашаю вас с собой.

— Было бы здорово, — согласился я. — Но мы приехали по важному делу. Хотим поговорить с твоим предком Акинфием Петровичем. Он дома?