Книга не пропагандирует употребление алкоголя и табака.

Употребление алкоголя и табака вредит вашему здоровью.

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

© Алымова И., Гридин А., Аксенова М., Грин Ф., Русинова А., Вайс А., Маркелова М., Золотова Д., Ронжина М., 2027

© Оформление. ООО «МИФ», 2027

Данила спал плохо. Придя домой, он полностью, сердито и внахлест, закрыл тяжелые шторы в спальне, выключил лампы и даже выдернул шнур плазмы из розетки. Телефон поставил на зарядку в гостиной, хоть и выкрутил громкость рингтона на максимум, чтобы не пропустить звонок. В доме было тихо; даже соседи, словно сделавшись понятливее, договорились не включать музыку, не таскать стулья и не шаркать тапками.

И все же не спалось.

Даже в полной темноте через плотно сомкнутые веки Данила видел тревожное мерцание датчиков и бегущие змейки сердечной активности на сенсорной панели возле кровати Лизы. Слышал отвратительное, но все же обнадеживающее ритмичное попискивание и ощущал запахи хлорки, спирта и медикаментов.

Не спалось. Какого черта он послушался родителей и главврача – и уехал отдохнуть! Надо было остаться дежурить у Лизы: все равно все мысли только с ней, с любимой женой, которая по-прежнему оставалась в цепких лапах палаты реанимации Уральского института кардиологии. Забавно (но нет), институт находится на улице 8 Марта, а Лиза родилась именно в эту дату. Когда-то им казалось, что это отличный знак, знак удачи и скорого выздоровления. К сожалению, Лизу уже не выпускали из стен института. Черт, за что им это все?!

Видимо, Данила все же провалился в сон, потому что вдруг услышал тихий вкрадчивый голос.

– Слушай меня, внучок.

Сердце застучало, парень сглотнул слюну, но глаза не открыл.

– И правильно, – вздохнул голос, – так поговорим, не открывай.

Данила сразу узнал: это голос бабы Катерины. Прабабки по материнской линии, у которой он проводил в детстве почти каждое лето. И которая в завещании забыла про него.

Ну как забыла? Каждому из семьи что-то записала: кому дом с участком, кому шкатулку с драгоценностями, кому ценные бумаги (боже, откуда у баб Кати такое?), кому швейную машинку. Только «любимому внучку» ничего не завещала. Почти ничего.

«Данилке оставляю особый поминок: памятный брелок с тремя каменными перышками, свой любимый».

Даня вспомнил, как среди общего траура при чтении завещания неожиданно и неприлично хихикнули двоюродные сестры, за что получили от брата подзатыльники.

– Ведаю, что обиделся, – снова вздохнула бабка Катерина. – Только вот знала я, что сгожусь тебе, внучок любимый. Не только заговоренный брелок оставила я тебе в дар, мой особый поминок – посмертная встреча в случае беды или болезни.

Даниле стало очень холодно, но голос бабушки был таким родным, теплым, словно принадлежал живой, привычной, любимой бабуле. Парень хотел открыть глаза.

– Не надо, родимый, испужа́ешься. Так поговорим. Простил меня, чую? Вот и хорошо, спасибо. Значит, доверишься. А теперь слушай очень внимательно, внучок!

Данила поежился и мысленно кивнул.

– Недолго твоей Лизавете осталось. Уже не раз душа ее уходила. В следующий раз уйдет – не воро́тите. Уйдет твоя Лизонька в бездонный синий колодец – и поминай как звали.

Данила почувствовал, как тело забилось в мелкой дрожи. Тут же словно кто-то погладил по темечку – и стало легче.

– Не бойся, страх мешает. Слушай! Есть спасение – да только непросто до него добраться! Но коли любишь, смогёшь! Есть привратница у Синего колодца – бабка Синюшка. Раньше люди знали, что да как, – нынче всё в сказку обернули. Есть в наших уральских лесах место, где открывается вход в Синюшкин колодец. Надо место знать да подарок бабке принести! А еще ничего не бояться. Только помни: есть у тебя только пара дней!

– А как ту Синюшку найти, баб Катя? – снова сглотнув слюну пересохшим горлом, прошептал Данила.

– Как рассветет, едь к деду Михаилу на Малышева, 51. Захвати с собой мой подарок, брелочек с каменными перышками. Скажи, что от бабки Катерины пришел за особым поминком. Он поможет. А сейчас прощай, внучок, силы мои на Земле почти закончились. Спаси свою Лизоньку да ничего не бойся!

– Спасибо, баб Катя, спасибо… – шептал Данила. Подушка стала мокрой, но озноб прошел.

На удивление парень отключился и проспал до самого утра глубоким крепким сном без сновидений. Впервые за долгое время. Едва открыв глаза, Данила вспомнил ночной разговор – как есть вспомнил, до каждого слова, до прикосновения невидимой руки к голове.

Хоть обиду на бабку и держал многие годы, но брелочек памятный никому не передаривал, с собой носил, ключи на него нанизывал. Сунул руку в карман куртки и вытащил бабкин поминок. Залюбовался, будто впервые увидел.

Одно беленькое перышко, одно черненькое, одно рыженькое. Искусно из камня вырезаны: подуй – и разлетятся, как настоящие птичьи перья! Данила носил брелок местному мастеру и после профессиональной оценки уже знал, где какой камень. Молочно-белый – нефрит. Черный – самоцвет флогопи́т. Оранжево-желтый – гелиодо́р.

– Продашь, парень? – вцепился в каменные перья умелец. – Уж больно работа тонкая, выкупил бы для себя и учеников. Отдай, а?

Хоть и держал на баб Катю обиду, а не расстался тогда Данила с ее памятным подарком.

Проверил телефон: звонков из больницы не было. Значит, пока все в порядке. Дай бог, чтобы Лиза продержалась! Парень почистил зубы, сварил черный кофе, переоделся. Запрыгнул в машину и забил в навигатор адрес: Малышева, 51.

– Э-э-э?

Навигатор показывал здание высоченного бизнес-центра «Высоцкий», открытого в 2011-м. Почти 200 метров высоты и 54 этажа, башня-великан с панорамными голубоватыми окнами, которая при ночном освещении напоминала фантастическую космостанцию.

– Дед Михаил, говоришь? – Данила почесал затылок. – И как мне его искать в этой громадине?

Тем не менее машину завел сразу, нажал «начать поездку» и вырулил из двора.

Парковка у «Высоцкого» была открыта, с раннего утра места были: выбирай, где хочешь. Оставив «мазду» почти у центрального входа, парень неуверенно подошел к стеклянным дверям. Потоптался. «Открыто с 11:00 до 22:00». Хоть Данила прекрасно помнил время, он еще раз всмотрелся в экран мобильного – 07:17. Но баб Катя ведь велела с самого утра ехать! Парень упрямо топтался у входа в закрытый «Высоцкий».

Примерно через четверть часа из бизнес-центра вышел мужчина, открыв служебную дверь ключом.

– Молодой человек, чего нужно? Мы закрыты. Видели табличку?

Данила вгляделся в незнакомца. Черные брюки и пиджак, черный галстук, воротничок белой рубашки. Ухоженная черная борода, а брови – кустистые и полностью седые. С ходу не поймешь, сколько лет такому.

– Понимаете, мне нужно… – замялся Данила.

И тут его взгляд зацепился за бейджик с логотипом «Высоцкого»: «Служба охраны. Михаил Дедов». Так это же…

– Чего вперился? – подозрительно сощурился бородатый.

– Так это вы – дед Михаил? – Данила сделал маленький шаг вперед.

– Чего-о-о? – удивился охранник. Еще пронзительнее всмотрелся в парня, словно решая для себя, морок ли перед ним или реальный человек. И коротко кинул. – Откуда правильное имя знаешь?

– Баба Катя сказала. И что поможешь. С особым поминком.