Неуловимый

Юрий Москаленко

Пролог

Ушер ухмыляясь, наблюдал, как старший возничий каравана безрезультатно пытался заставить двух мальчуганов, примкнувших вместе со старым наёмником к каравану, в столице герцогства, вымыть его лошадь, запряжённую в повозку, к которой они были официально прикреплены. Ездовое животное тоже с интересом наблюдало, как разворачивается не шуточная словестная баталия между пацанами в обносках и дородным молодым парнем, дальним родственником хозяина каравана. Ушер удивлялся изворотливости пацанов, и не только их вёртким движениям, не дававшим схватить себя за шиворот разошедшемуся не на шутки возничему, но и то, как один из них колко подмечал все недостатки их обидчика, и озвучивал вслух.

А ведь и правда, обидчика. Как раз свою тягловую силу они обиходили, как полагается, с умением и сноровкой, вот только этому маленькому начальнику показалось этого мало, и теперь он пытался заставить обслужить и коня своего дружка, щуплого долговязого паря с вечной глумливой улыбочкой на губах и блеском хитрых маленьких глазок. Что интересно, этот Свищ, хоть и выглядел в глазах нормальных мужиков жутким уродцем, но вот женщины как раз имели своё отличительное мнение по этому поводу, и вниманием, тощий погонщик, точно обделён не был. Но какой же он был ленивый, а коль ленивый, то и изобретательный.

Парнишки неединственные дети в караване. Много семей переселенцев примкнуло к каравану на положении работников, а кто и охраны, и детей в семьях было предостаточно и работали ребята, за то время пока наёмник путешествовал с караваном, наравне со всеми, а то и больше. И только это немногословная и слишком угрюмая для детей парочка, стояла особняком от всего скопа пацанвы. В работе не участвовали, в играх с детьми тоже. Одетые в жуткие обноски, грязные и без какой-либо обуви, эти два мальчугана вели себя со всеми словно короли в изгнании. Более старшие ребята, буквально на второй день решили приземлить мелкоту, но не тут-то было…, не догнали, а вот кто оказался слишком упёртым и длинноногим, сейчас щеголяли хорошими такими синяками на пол лица. Такая расправа с детьми не добавила участия и внимания в судьбе ребят, со стороны мамаш побитых детей, и понимания их отцов и старших братьев. В конечном итоге купчина запретил даже подкармливать ребят, объявив, что любая еда для них, теперь только за выполненную работу.

Вчера вечером мальчишки приторговывали хворостом, обеспечив пол каравана дровами на ночь. Расчёта хватило на пару плашек чечевичной каши без масла и тем более мяса, и по кружки травяного взвара. А сегодня получили бы и жаркое, но вот как теперь рассудит купец… Ушер был уверен, не получат за свою работу ребята ни крошки хлеба, хотя и симпатии всех участников каравана были на их стороне. Уж больно достали всех придирки жирдяя и его дружка, но распоряжение купца все выполнят в точности.

Тем временем противостояние получило очередной поворот.

Свищ, хоть и выглядит со стороны нескладным и угловатым, но оказался на удивление ловким и сильным. Вот уже держит за шкирку обоих пострельцов, словно нашкодивших котят.

Так, теперь главное, чтобы не покалечили, иначе придётся вмешиваться…

Но не успел…

- не здесь... – веско проговорил купец. Ему тоже уже успели надоесть эти спесивые нищепробы - В лесок отволоките и всю задницу в лохмотья превратите, чтобы до конца своего путешествия сидеть на ней не могли. И осторожней там, а-то с меня самого за них шкуру спустят. Я обещал их живыми и здоровыми в Нерц довести. А если их задницы слегка познакомятся с розгами, я думаю, ничего страшного не случится. И Свищ, отдай этих маленьких бестий своему дружку. Он здоровый бугай, сам справится…

Всё, попали парни под раздачу. Точно достанется им теперь на орехи, вот как извиваются и пытаются лягаться, особенно тот, который поменьше ростом, и у которого на левой руке сплошным кольцом весит белый каменный браслет. Пыталась малышня стянуть его у него с руки, когда он спал, но не получилось.. . и что самое смешное, парень даже не рассердился на эту выходку и не ругался…, а вот как раз ругаться и обзываться он мастер, вон как чешет и не повторяется же не разу… заслушаешься…

- … ты морда поросячья, отпустил быстро, урод. Мозги куриные, куда тащишь сволочь. Рукожопый, осторожно… дерево ведь… ай-яй, гад!!!

Бугай, быстро таща за собой упирающуюся добычу, специально саданул особо разговорчивого о толстый пень, что стоял высохший у самой дороги…

Всё, скрылись, только крики так и продолжали оглашать окрестности. Все усмехаются, довольные, что мелкота наконец-то получила своё и каждый крик и оханье, доносящееся из леса, вызывали на лицах у большинства из зрителей, злорадные улыбки…

«Даю десять минут на экзекуцию, а потом вмешиваюсь». - решил для себя наёмник.

И вдруг крики ребятни прекратились, а вот хеканье от ударов, наоборот, стало ещё громче. Правда, теперь к ним прибавились причитания грубого мужского голоса, неожиданно перешедшего на высокой фальцет. Словно свинью в свинарнике режут или из раба, евнуха хозяин делает, а затем всё резко смолкло.

Народ опешил, но никто не решился сходить посмотреть, что же там случилось. Даже Свищ не спешит идти на выручку своему собутыльнику, и только охрана каравана придвинула поближе оружие и скинула удерживающие петли ремней, которые удерживали мечи от самовыдвижения из ножен.

Ого, как испугались…

Минут пять ничего не происходило и вдруг придорожные кусты раздвинулись, и откуда выполз бесштанный и босой родственник купца…

- разбойники!!! – заорал старший охраны и каравана, и весь народ бросился, кто куда…

Женщины и дети попрятались под телегами, а мужчины, быстро распределившись между собой, рассредоточились вокруг периметра стоянки каравана.

Но нападавшие не появлялись, и только полноватый начальник всех извозчиков так и, валяясь у обочины дороги, на высокой ноте тянул руладу, обильно орошая своё лицо горючими слезами… и через пару мгновений членораздельно провыл, добавляя жути…

- убили-и-и-и… - зажимая руками пах, вот только крови-то там наёмник и не рассмотрел…

* * *

-… не волнуйся любимая. Тебе сейчас нельзя беспокоиться, иначе молоко перегорит и чем тогда кормить наших малышей?

Кастелла отмахнулась от мужа…

- кормилицы есть…

- но молоко матери, это не постороннее вскармливание. У нас, сама знаешь, высока вероятность вырастить неслабых магов. А девочка им станет или мальчик, не велика разница.

- да, но ты забыл, что первенец у тебя дочка, и ей наследовать трон.

Герцог радостно улыбнулся…

- значит, уже есть великий полководец…, осталось только воспитать…

Кастелла тяжело вздохнула…

- им бы просто выжить… - и опять вздохнула…

Герцог судорожно сглотнул…

- я принял решение о твоём переезде в империю. Тронуть тебя не посмеют…, а там…

Но был резко перебит своей ненаглядной…

- и даже не думай. И в горести и в радости… - повторила она строки клятвы… - что уготовано, то и примем… либо горечь поражения, ибо радость побед. Что вообще слышно, а то ты умудрился оградить меня от всех проблем, даже мои подчинённые боятся рта раскрыть. Это неправильно! Я правительница и хватит относиться ко мне как к обыкновенной женщине.

- ты, необыкновенная!!! - с нежностью приобнял любимую за плечи герцог.

- тогда докладывай и ничего не утаивай. Как наши дела?

- э-х… - муж уселся напротив любимой, и через её плечо пытался заглянуть на двойную кроватку, где тихо посапывали его наследники… - Низовья реки Учань и весь каменный мешок вместе с долиной контролируется гномами и отрядами «Чёрных» бандитов. Их герцог фон Гогельц осадил три крепости. Город- порт Берцен блокирован дополнительно с моря. Ещё семнадцать мелких крепостей и городков нами просто оставлены. Долина реки полностью под контролем противника.

- тактический ход! Ведь так мы и планировали. У врагов большой численный перевес и удержать эти крепости и городки мы всё-равно не смогли, только бы людей потеряли.