Кирилл выразил горячее желание восстановить в полном объеме православный богослужебный канон в ленинградской церкви. Мещерский не возражал, но обратил внимание протопопа на то, что мартийцы совершенно не понимают церковно-славянский язык, на котором по канону ведется служба и предложил священнику заняться переводом церковной литературы на русский язык камчатцев. Кирилл запротестовал, заявив, что православный канон предусматривает службу именно на церковно-славянском. Мещерский возразил, что в Константинополе ведут службу на греческом, в Болгарии — на болгарском, в Сербии — на сербском. К тому же, если Кирилл хочет нести православную веру в туземные массы, то нести ее нужно именно на русском, поскольку во всех племенах введено начальное образование именно на русском языке. А языков в туземных племенах Америки существует несколько сотен. И переводить церковные книги на все эти языки никакой возможности нет.
Кирилл взял время на размышление. В заключение беседы Мещерский пообещал отпечатать в типографии переведенные книги тиражом в сотню экземпляров каждую.
После длительных раздумий, на следующей встрече протопоп согласился вести службы на русском языке и начать перевод богослужебных книг. Мещерский вздохнул с облегчением. Теперь священники будут на длительное время заняты переводом, и не будут путаться под ногами.
После прибытия православных священников на прием к Мещерскому напросился испанский епископ Лас-Касас, взятый в плен при разгроме Великой Армады. Прочитав в энциклопедии Эфрона статью, посвященную Лас-Касасу, Мещерский выяснил, что тот постоянно выступал против рабского труда индейцев и призывал к их мирному обращению их в христианскую веру. Получив доклад от наркома внудел Панина, что епископ ведет себя в лагере смирно и окормляет паству без призывов к неповиновению, Мещерский распорядился освободить его и перевезти на Сахалин. Там Лас-Касас организовал вольнонаемных испанцев на строительство католической церкви, в которой и проповедовал. Причем, призывал к покорности новым властям, утверждая, что всякая власть от Бога.
На приеме Лас-Касас попросил отпустить его в Мексику, поскольку католические приходы в Мексике остались без церковного руководства. Лас-Касас выразил опасение, не будет ли ущемляться католическая вера в пользу православия.
Мещерский поинтересовался у епископа, как он оценивает положение туземцев и вольнонаемных испанцев в Республике. Лас-Касас с воодушевлением заявил, что в республике царит небывалый мир и в человецех благоволение. Особенно его вдохновляет идея всеобщего равенства, отсутствие сословий и потомственных привилегий. Нищета и бедность в Республике отсутствую совсем, все трудятся и зарабатывают на жизнь трудами своими. Всё как учил Христос, и всё гораздо лучше, чем христианских странах Европы.
— Вот это и называется социализм, и именно в него мы верим, — ответил Председатель Совнаркома. — И такое общество мы хотим построить во всем Новом Свете.
— В этом я готов вас полностью поддержать, — заявил Лас-Касас.
— Я могу отпустить Вас в Мехико, и готов разрешить Вам возглавить католические приходы в Новом Свете, как высшему церковному иерарху. Но, при четырех условиях.
Во-первых, Республика категорически не допустит, чтобы католическая церковь на её территории подчинялась Папе Римскому, так как Папа объявил войну Республике. Это полностью исключено.
Во-вторых, сам институт Папы, как наместника бога на земле для Республики неприемлем. Вы можете возглавить католическую церковь в Новом Свете, поскольку, как вы понимаете, в недалеком будущем весь Новый свет окажется под властью Республики. Однако, без претензий на единоличное выражение божьей воли. Примерно так, как служат митрополиты в православной церкви. Республика предлагает Вам учредить Новосветскую католическую церковь, независимую от Рима.
И, в-третьих, поскольку в Республике будет единственный государственный язык — а именно русский, а вы, без сомнения захотите нести свою веру в туземные массы, вам придется перевести богослужение на русский язык.
В-четвертых, Республика есть и будет светским государством. Все вероисповедания в Республике равноправны. Никакое насилие при обращении в вашу веру туземцев недопустимо.
Через неделю Лас-Касас снова напросился на прием и согласился на все условия. Епископ счел, что лучше принять условия Республики, чем оставить католические приходы совсем без руководства. К тому же, многое в папизме до глубины души возмущало искренне верующего Лас-Касаса. Особенно — практика продажи индульгенций и меркантилизм церковных иерархов. А тут ему предоставлялось широкое поле деятельности для реформирования католической церкви в соответствии с его личными представлениями. Да и пост Архиепископа автокефальной церкви тоже грел душу.
Мещерский выдал ему соответствующий документ от Совнаркома в адрес Верховного Администратора Мексики и распорядился отправить теперь уже Архиепископа Лас-Касаса в Мехико.
Между тем народное хозяйство Республики быстро развивалось и требовало от Совнаркома адекватных решений. Объем промышленного производства возрастал в два раза каждые полгода. Освоение Мексики требовало выпуска в огромном количестве сельскохозяйственного, транспортного и горно-добычного инвентаря. Местное ремесленное производство в Мексике только разворачивалось.
Выяснилось, что решение о выводе ряда производств на остров Кариаку оказалось близоруким. На небольшом острове снова не хватало водных ресурсов.
Нарком внудел Панин регулярно докладывал на Совнаркоме о массовом отлове шпионов, засылаемых из Европы. Шпионы прибывали на торговых кораблях под видом матросов на Гренаду. Их отлавливали при попытках покинуть остров.
С купеческих кораблей постоянно пытались высаживать шпионов на Тринидад и на другие острова. Их отлавливали морские и сухопутные пограничники. При этом капитаны кораблей заявляли, что держали путь на Гренаду, но сбились с курса.
Под видом вольнонаемных специалистов тоже пытались заслать шпионов. Этих ловили на Сахалине с помощью сексотов, когда шпионы пытались завязать знакомства с работниками секретных производств. А работники спецзавода весьма полюбили ездить по выходным дням из Ленинграда на соседний Сахалин, где посещали многочисленные трактиры, таверны и кабаки. Несекретные производства нужно было убирать подальше от Крыма.
НКВД уже выловило около сотни шпионов из Испании, Франции, Англии, Ватикана, голландских и немецких герцогств, и даже из Дании со Швецией.
Совнарком несколько дней обсуждал перспективный план размещения промышленности. Решено было в Крыму оставить только спецзавод и научные лаборатории. Судоверфь и авиазавод решили перевести на соседний Сахалин. Общие производства постановили вывести с Сахалина на Мартинику. От Сахалина до Мартиники было 80 миль, что исключало возможность съездить туда из Крыма на выходной день. Всем ремесленникам, имеющим собственные здания на Сахалине, решили выплатить денежную компенсацию и оказать помощь при переезде на новое место.
На Кариаку решили оставить только пороховое производство и производство боеприпасов. Химическую промышленность перевести Гренаду. Бумажное производство — на остров Сент-Лючия, расположенный между Сахалином и Мартиникой.
Черную и цветную металлургию постановили перевести на Тринидад. Туда ближе завозить уголь с материка, а железная руда добывается на месте.
Внешнеторговый порт — убрать с Гренады на остров Барбадос, расположенный в ста милях восточнее Сахалина, в стороне от Малой Антильской гряды. Это даст возможность наладить плотное патрулирование пограничными катерами между Барбадосом и Малыми Антилами, что исключит возможность "случайного" захода "купцов" на Малые Антилы.
Таким образом, все секретные производства Республики сосредотачивались на цепочке островов от Тринидада до Сент-Лючии. На перемещение предприятий отводился год.
Внешнюю торговлю сельхозпродукцией решили сосредоточить в портах Гавана на Кубе и Ульяновск на Пуэрто-Рико. Перевозить морем большие объемы сахара с Кубы и Гаити на Барбадос было нерационально. Иностранные суда решили допускать только на Барбадос, в Гавану и в Ульяновск. Все перевозки в Карибском море и Мексиканском заливе осуществлять только своими кораблями. Иностранные суда в эти воды не допускать. За исключением немцев, заходящих в Маракайбо и перевозящих на Тринидад уголь, хину и каучук. Немцам решили установить фиксированные маршруты движения.