Напротив входной двери в простенке между открытыми окнами, за декоративной панелью, прикрывающей броневую стенку с амбразурой, постоянно дежурил сменявшийся каждые два часа красногвардеец, вооруженный автоматом ППД. Постановление Совнаркома об охране первых лиц государства выполнялось неукоснительно.
В стенах приемной справа и слева располагались две двери. У окон рядом с дверями размещались два стола с телефонами. За правым столом размещался секретарь самого Председателя, а за левым — секретарь заведующего личной канцелярией Председателя.
Правая дверь вела в анфиладу из трех комнат. В первой комнате размещался помощник Председателя — референт, ведущий личный архив Председателя. Он и ведал допуском посетителей в кабинет Мещерского.
В левом дальнем углу комнаты за броневой ширмой с амбразурой дежурил еще один телохранитель с автоматом, постоянно сопровождавший Председателя. Так было заведено после мятежа Дарав.
Обширный кабинет Предсовнаркома имел обычную для любого советского руководителя планировку. В левом дальнем углу — массивный стол Председателя с батареей телефонных аппаратов, бронзовым письменным прибором, отлитым в виде копии минного заградителя Марти. Помимо телефона, подключаемого к коммутатору через секретаря, на столе имелись телефоны прямой связи с Председателем Верховного Совета, Председателем Верховного суда, с Главным командным пунктом, с наркомом НКВД и с наркомом обороны. Перед столом Председателя стоял маленький приставной стол с креслами, в которых могли разместиться четверо посетителей.
На длинной правой стене кабинета висела огромная физическая карта владений Новороссии, включая все три материковых автономных республики. Там же размещалась политическая карта Европы. Вдоль этой стены стоял длинный стол для совещаний с двадцатью стульями, за которым обычно заседали наркомы. Между окнами и вдоль стены напротив председательского стола стояли еще тридцать стульев, на которых обычно размещались приглашенные на совещание специалисты.
Дверь справа от председательского стола вела в комнату отдыха, в которой размещались диван, кресла, столик, шкаф с одеждой, шкаф с напитками и кадки с растительностью. Там же размещался санузел с душевой кабиной.
Все окна в комнатах были постоянно распахнуты, по причине тропической жары, и закрывались только в дождь и на ночь. Впрочем, на всех окнах висели портьеры из плотной тюли, исключавшие возможность наблюдения с улицы и из дома напротив. От тропического солнца и дождя окна защищали далеко выступающие наружу здания козырьки.
Левая дверь из приемной вела в комнату машбюро, где пулеметными очередями трещали пишущими машинками две машинистки. В комнате за ними размещалась личная канцелярия Председателя из четырех референтов, разбиравших почту, а за ними — комната заведующего канцелярией, капитана Красной гвардии, центуриона Балакирева. Впрочем, все штатные сотрудники аппарата Председателя были красногвардейцами, в чине от рядового до старлея. И все они при себе постоянно имели пистолеты ТТ.
Другие помещения третьего этажа Дома Совнаркома занимал наркомат теруправления. На первом и втором этажах располагались все остальные гражданские наркоматы. Наркомат внутренних дел располагался отдельно в Доме Советов, вместе с аппаратом Верховного Совета и Верховным судом, а наркомат обороны — в Доме Вооруженных сил.
Каждый день, кроме воскресенья, с 7 часом утра до 18 часов вечера с трехчасовым перерывом на сиесту в полдень, Дом Совнаркома гудел, как улей. В многочисленных машбюро трещали машинки, по коридорам с деловым видом с папками бумаг в руках шествовали служащие Совнаркома, носились курьеры из Дома Советов и Дома Вооруженных сил. На стульях, стоящих в коридоре вдоль стен, робко жались посетители.
Посторонние лица в Дворец Советов не допускались. Пост охраны пропускал людей внутрь только по пропускам. За порядком бдительно следил пост охраны из трех вооруженных автоматами красногвардейцев. Посетителям разовые пропуска выдавались в бюро пропусков. Все окна на первом и втором этажах Дворца были снабжены красивыми кованными стальными решетками. Таким образом, гарантировалась безопасность органов власти.
Рабочий день и рабочая неделя Председателя были предельно плотными. В понедельник в первой половине дня Председатель просматривал подготовленную канцелярией почту, поступившую из областей Республики. Почтовая связь уже давно охватывала всю территорию Новороссии. Обычную почту по морю между островами перевозили рейсовые корабли. Из колхозов и малых прибрежных селений почту забирали патрульные пограничные катера. На суше была организована конная почтовая служба. Кроме того, между столицами областей и всеми островами действовала срочная авиапочта. Над проливами летали гидропланы К-2, а над сушей — двухмоторные К-3.
После обеда в понедельник Председатель принимал наркома территориального управления с докладом о положении дел на подведомственных территориях.
Во вторник с утра работал с почтой, поступившей из автономных республик. Помимо верховных администраторов республик, все администраторы областей также должны были отправлять еженедельные отчеты в Совнарком. После сиесты председатель принимал наркома по делам автономий.
В среду до обеда разбирался с делами наркоматов специальной и химической промышленности. Во второй половине дня вел личный прием граждан. Каждый гражданин имел право записаться на прием в Совнарком. Канцелярия Совнаркома определяла к кому из наркомов направить обратившегося гражданина. Граждане категории от избирателя и выше имели право обращения непосредственно к Председателю.
В четверг весь день принимал поочередно наркомов иностранных дел, обороны, связи и науки. При необходимости приглашались Главкомы сухопутных войск, флота и начальник Генштаба.
В пятницу работал с наркомами легкой и пищевой промышленности, торговли, образования и здравоохранения.
В субботу с утра на прием к Председателю заходили наркомы внутренних дел и горной промышленности, внешней торговли, финансов и заведующий казначейством. Всю вторую половину дня занимало еженедельное заседание Совнаркома.
Все срочные внезапно возникшие вопросы, как правило, решались после 18 часов с приглашением заинтересованных лиц.
В субботу 31 мая 1549 года, срочных вопросов не возникло. Поэтому, отпустив наркомов с заседания, посвященного итогам 10-летнего пребывания экипажа Марти в новом мире, Николай Иосифович откинулся в кресле и расслабился.
День переноса не был в Республике праздничным. Было бы странно объявить праздником день, когда мартийцы навсегда потеряли всех своих родных и друзей. Однако, это была, вне всякого сомнения, рубежная дата.
По неписанной традиции, в этот день должен был собраться в неформальной обстановке "синклит" — неофициальный совет самых авторитетных новороссов.
Николай Иосифович задумался, где проводить сбор соратников.
Ранее сбор проводили на ближайшем к Крыму островке, поименованном Южным. Первые годы в виде пикников на пляже. Потом, берега Южного застроили дачами видные мартийцы. Нужда заставила. Разрешенное количество жен у мартийцев, с учетом введенной три года назад категории центуриона, уже равнялось гражданская категория плюс три. По решению Совнаркома, на каждую жену полагалась площадь 36 квадратных метров.
К городскому доме Мещерского для четырех дополнительных жен были пристроены по типовому проекту еще две двухэтажных секции общей площадью 144 квадратных метра. Общая площадь дома составила 500 квадратных метров. И тем не менее, для десяти жен и сорока двух детей этого было маловато. Шум, гам и беготня в доме и во дворе стояли несусветные. Для решения этого вопроса Совнарком разрешил гражданам строить загородные дома. Гражданам от центуриона и выше — на близлежащих островках, а остальным — на Сахалине.
Вот и Николай Иосифович построил себе дачку на Южном, прямо на берегу, рядом с пляжем. Площадь дачек законом не регламентировалась. Домик Предсовнаркома с собственным пляжем располагался на участке площадью полгектара и имел площадь 1100 квадратных метров. В него Николай Иосифович переселил из города шестерых младших жен, поручив их заботам всех детишек дошкольного возраста младше семи лет, на данный момент — 28 душ. В городском доме сразу стало тише. Оставшиеся в городском доме школьники шума создавали значительно меньше. По-быстрому сделав уроки, подростки удирали с друзьями из дома на пляжи или в лесистые холмы Крыма.