– Не обращай внимания. Полнолуние колдунам выключает мозг. Видимо, в этом месяце слишком долго гулял под луной.
– Или он просто болван, – подвела итог Соня.
А вот стойкость Леры потерпела поражение. Ее глаза наполнились слезами – смесью обиды и унижения. Она мгновенно развернулась и исчезла в ванной, желая скрыться от слишком откровенного взгляда.
– Доволен? Довел девушку до слез. – Мила стукнула шар о стол, пытаясь привести брата в чувство. – Совсем разум потерял, извращенец.
– Странно. – Финн тянулся в отражении шара, пытаясь выглянуть за плечо сестры и разглядеть Леру, которой и след простыл. – Обычно девушкам нравятся мои комплименты…
– С каких пор? – возмутилась ведьма и, не желая давать брату повод оправдаться, плюнула на шар, растерла его ладонью, и образ Финна растворился. Сама же поспешила к ванной, постучав.
– Лера, ты там? – Глупый вопрос, конечно, но с чего-то надо было начать. – Не слушай его, ладно? Он просто мальчишка в теле взрослого мужчины. Совсем без тормозов.
Дверь распахнулась, и Лера вышла уже в халате, вновь приняв человеческий облик.
– Если я хоть раз увижу его в нашей квартире, – голос Леры был поразительно ровным, словно внутри ванной она нашла склянку успокоительного и опустошила ее, – я оттаскаю его за волосы, скручу уши, вырву язык и скормлю оборотням.
Затем она медленно прошла на кухню.
– Дамы, приглашаю вас на чашечку чая с тортиком. День выдался сумбурным, и нам стоит начать знакомство с друг дружкой заново.
Она грубо поставила чайник на плиту. Пока Соня перетаскивала свое кресло-мешок на кухню, а Мила быстро собирала разбросанную пыль, Лера думала лишь о том, что никогда еще не сталкивалась с такой бурей эмоций, вызываемой ее обликом феи.
Среди своих сородичей она считалась уродливым переростком, а в мире людей и вовсе никогда не решалась показывать свое истинное лицо, предпочитая скрываться и вести человеческую жизнь – если не считать работы.
И все же не удавалось избежать моментов, когда Лера превращалась, и магия очарования фей делала свое дело: мужчины неизменно влюблялись в крылатое создание.
Пальцы ее дрожали, разливая по чашкам ромашковый чай. Слезы, снова навернувшиеся на глаза и прикрытые влажными прядями, смешивались с робкой, вымученной улыбкой.
Слова колдуна были отвратительны. Унизительны и ужасны. И так разительно отличались от привычного восторга и слюней, что обычно текли в ее сторону.

Глава 4
Правила
Обычный кухонный стол, окутанный легкой дымкой только что заваренного чая, превратился в арену дипломатии и магии. Сладковатый запах шоколадного торта смягчал обстановку, но это не мешало Лере нарезать десерт с такой яростной точностью, что каждый ломтик получался идеально ровным, а нож в ее руке, двигаясь вверх-вниз, напоминал гильотину.
– Итак, – начала она тоном, свойственным только воспитателям, – нам нужно установить в доме несколько правил и определить личные границы, соблюдение которых позволит нам мирно сосуществовать в одной квартире.
Фея прищурилась в сторону Милы, пытаясь просканировать каждый уголок ее сознания на предмет грядущих пакостей. А затем скользнула к Соне, которая только благодаря погружению в рукопись умудрялась сохранять спокойствие и не сойти с ума.
– Первое: никаких неожиданных магических фокусов в общих помещениях без предупреждения. – Лера медленно направила нож в сторону ведьмы, проверяя, осмелится ли та возразить.
– Но если я буду предупреждать, магия потеряет весь азарт. – Ведьма резво закинула ноги на соседний стул, скрестила руки на груди и вызвала Леру на дуэль взглядом. – К тому же мне нужно практиковаться!
– Что ж, тогда без предупреждения. – Пауза. – И без магии!
– Просто практикуйся в своей комнате, – сгладида углы Соня.
– А она страшна в гневе, – буркнула ей Мила в ответ.
– Второе: личные вещи – святая территория каждого, – продолжила Лера, раскладывая торт на тарелки. – Никто без разрешения не трогает чужие книги, одежду, еду… и пену для ванны. – Нож снова мотнулся в сторону ведьмы, которая, казалось, совсем не воспринимала угрозу всерьез.
– Ой, да не переживай так… – Мила развалилась на стуле и лукаво подмигнула, проверяя терпение Леры. – Обещаю не трогать твою пену для ванны… по крайней мере, сегодня точно. Там и так ничего не осталось.
– Тронешь мои вещи, и я обработаю твой котелок соляркой. Так достаточно понятно?
– Доходчиво объясняешь, вопросов нет.
– Третье: порядок, – наконец отложила нож Лера и скинула ноги ведьмы со стула, аккуратно стряхнув с сиденья песок. – Я составлю график дежурств. Ответственный за общую зону устраивает генеральную уборку раз в неделю, а вынос мусора проверяет каждый день.
Мила и Соня синхронно завыли, словно последствия за еще не совершенные преступления уже настигли их.
– И последнее: никаких парней. – Молниеносным взглядом Лера пронзила Милу, намекая на ее брата. Она даже не заметила, как Соня, тихо сжав губы, уставилась на кусок торта с грустной задумчивостью. Дракон над головой, как назло, молчал весь оставшийся день. Ни грохота, ни рыка – ни малейшего повода подняться, постучать в дверь и попросить быть потише.
– Остальное решим по ходу. – Лера облегченно вздохнула, слегка расправив плечи. – Эти правила – фундамент нашего маленького мира здесь. Согласны?
Она подвинула каждой тарелку с кусочком торта, аромат которого притягательно смешивался с травяным чаем.
– Сахар для смягчения атмосферы и закрепления нашего будущего сотрудничества.
Мила громко прихлебнула чай, пытаясь заполнить накатившую тишину звуком, Соня медленно размешала сахар в чашке, стуча ложкой о дно, а Лера, с идеально прямой спиной, спокойно вкусила торт, довольная проделанной работой.
Первой не выдержала ведьма: она подогнула ногу под себя и слегка оперлась локтем о стол. Скука и молчание ей противопоказаны.
– А что, если познакомимся поближе? – предложила она, стараясь, чтобы голос звучал непринужденно. – Подруг у меня как-то не случалось. Так что… чем вы обычно занимаетесь? Сплетничаете о парнях? Обсуждаете косметику? Или наряды?
Ведьма с робкой надеждой посмотрела на соседок. И, судя по одобрительному кивку Леры и теплой, понимающей улыбке Сони, похоже, они были не против.
– Я вот люблю эксперименты с магией, – продолжила Мила, чуть наклонившись к столу, – смешивать зелья, которые могут оживить даже старую обувь. Я вообще спец по оживлению неживого. Иногда доходит до того, что и сам предмет начинает спорить со мной.
– Мы заметили, – хихикнула Соня, а Мила в ответ широко улыбнулась, приняв комментарий за комплимент.
– А вы? – Ведьма уже доела свою порцию шоколадного безумия, энергично облизала каждый палец и потянулась за следующей. – Что любите делать, когда никто не смотрит, когда нет правил и этого вечного «надо»? – И покосилась на Леру.
– Я… пишу любовные романы, – шепотом и смущенно ответила Соня, опустив взгляд на чашку.
– Здорово! – Мила взмахнула ложкой, будто дирижируя атмосферой за столом. – Как это – писать книги? Ты рассказываешь про себя? Про свой опыт? У тебя, наверное, было много парней, раз ты пишешь про любовь.
– Знаешь… – Соня на мгновение замялась, ее щеки слегка розовели. – Вообще-то… ни одного.
Мила замерла на мгновение, и в ее взгляде мелькнуло что-то между удивлением и мягкой иронией, но она не стала дразнить соседку. У нее не было подруг, у Сони не было парней. Да они прямо созданы для того, чтобы жить в одной квартире и делиться опытом!
– Ни поцелуя, ни легкого чмока, ни даже обнимашек? – недоверчиво переспросила Мила. – Ты же такая красивая. Как так?
– Ну, объятия были, но не то чтобы… – Соня смущенно крутила в пальцах кружку, стараясь не встречаться взглядом с ведьмой.
– Кое-кому пора научиться отличать настоящие чувства от книжного романтизма, – добавила Лера с мягкой строгостью, стараясь держать подругу в равновесии.