– Не буду…

Но сильный толчок ногой столкнул профессора с кровати. Профессор поднялся, полный смятения, и ошарашенно спросил:

– Рудивана, ты что творишь? Не сходи с ума.

Профессор взял за правило, если был недоволен своим партнером, называть ее полным именем. Руди это не нравилось, но она терпела. Сейчас она была зла как никогда. Ей надоело вечное ворчание своего партнера по поводу Сюра. Он, по мнению ее любимого, виноват был во всем, пища не та, и не так надо вести дела, и не надо отдавать андроида в власть на корабле…

– Задушу, – прошипела она, и старик испуганно отступил.

– Да встаю уже, встаю, чего кричать, мы успеем. Не мы обороняем наш сектор, а эти ненормальные андроиды. Успокойся, моя лапочка.

– Ты человек, Эльвин, ты мозг. Быстро надевай белье и скафандр. Если ты не успеешь уложиться по времени, я попрошу Малыша тебя потренировать.

– Только не это, – испуганно вскрикнул профессор и стал быстро одеваться.

Он суетливо прыгал на одной ноге, пытаясь попасть в штанину компрессионного белья, это ему не удавалось, и он то и дело терял равновесие и падал на кровать. Наконец Руди, которая уже облачилась в скафандр, надоело смотреть на это безобразие. Она схватила руками его белье и, морщась оттого, что нагибаться мешал большой живот, стала натягивать белье на профессора. Вдвоем у них пошло быстрее. Затем она помогла профессору облачиться в скафандр, и они побежали на боевой пункт управления платформы. Там была дежурная смена андроидов, и под потолком летал и сверкал огнями Малыш.

– Оп-па! – обрадованно воскликнул Малыш. – А вы опоздали на пять минут. – Профессор испуганно вжал голову в плечи и сел на свободный стул около ближайшего монитора. – Папаша, – голос Малыша был по-сыновьему добрый, но при этом командный. – На первый раз я вам прощаю, но в следующий раз садитесь на свое место.

– На свое место? – опешил профессор и, оглядываясь, спросил: – Куда?

– А вы откройте пакет, что пришел вам на нейросеть, там все сказано. А ты, Руди, не участвуешь в сражении…

– В сражении?! – воскликнул испуганный профессор. – На нас напали?

– Еще нет, но в сектор прибыл флот под транспондерами Мантикоры…

– Ну вот, – профессор обессиленно откинулся на спинку кресла и заломил руки. – Я так и знал, что этим кончится! Ну почему вы все меня не слушали? Нам конец.

– Папаша, не нервничайте…

– Не называй меня папашей, глупая железяка.

– Я – из титана, и я поумнее вас, папаша, – без обиды в голосе ответил Малыш. – И что б вы ни говорили, вы мой создатель, а значит, отец, но я вас нежно зову папаша, так что вытрите сопли и не трусьте.

– Я не трус, – взвился профессор, сжал кулаки и, размахивая ими перед летящим шаром, повторял: – Я не трус! Понял? Я не трус…

– Эльвин! – окликнула его Руди. – Сядь, не мельтеши.

Лимшиц, остановив начавшуюся тираду, сел и произнес:

– Я не трус, но я боюсь, и на мне ответственность за мою женщину и ребенка. Это накладывает на меня…

– Помолчите, папаша. Я всем вам скинул всю информацию на нейросеть, но вы не удосужились ее прочитать, так что сообщу кратко. В систему вошел флот ВКС королевства Мантикоры. В составе эскадры один эсминец, два фрегата и корабль снабжения…

– Что-то мало для флота, – непроизвольно вырвалось у Руди. – Один наш ОДК с легкостью справится с этим флотом. Они что-то уже требовали?

– Требовали? – переспросил профессор. – Вы хоть понимаете, что если мы не подчинимся их требованиям, то это война с целым королевством, и нам конец? – И профессор, изобразив мученический вид погибающего старика, упал на кресло. Он закрыл глаза и трагическим голосом повторил: – Я так и знал, а я говорил, но меня не слушали, сейчас бы я продал Мантикоре пропуск на ПДР за миллиард, мы бы были богаты, и всю жизнь нам не пришлось бы работать…

– Профессор, это не война, мы в своем праве, – ответил Малыш. – Если бы это было объявление войны или королевство имело замысел пробиться в ПДР, то тут были бы совсем другие силы. Не забывайте, мы граждане станции «Мистфайр». Напасть на нас – это акт пиратства и нарушение международных законов по свободному перемещению в космосе и о свободе торговли. Никто на это не пойдет. Попугают, и все. Мы первые нападать не будем. Подождем и узнаем, чего они хотят.

– И так понятно, – ответила Руди, – пропуск в ПДР. Они как-то узнали, что мы тут.

– А тут и знать нечего, – вскинулся профессор. – Сюр растрезвонил об этом на весь мир, а я говорил…

– Помолчи, Эльвин, я устала от твоей трескотни, – оборвала его Руди и опалила раздраженным взглядом. – Ничего существенного ты не сказал, только тараторил. Я говорил, я говорил… но пока ты ничего ценного, что нужно было рассмотреть, не сказал.

– А я скажу. – Профессор решительно вскочил и забегал по рубке управления. – Если мантикорцы потребуют пропуск в промышленно-добывающий район, то я предлагаю продать его им. Миллиард я выторгую…

Руди устало посмотрела на профессора:

– Эльвин, ты хочешь один решить за всю коммуну?

– Кто-то же должен в ответственный момент принять на себя важное для всех нас, судьбоносное решение? – пафосно ответил профессор.

– Должен, папаша, – ответил Малыш, – но не вы. Единственный, кто на это способен, – это товарищ президент Сюр Землянский.

– Тьфу на тебя и на товарища президента, тупица. Вы еще пожалеете, что меня не послушали. – Старик отвернулся и сел на стул.

– Папаша, идите на свое место по боевому расписанию, – приказал Малыш, на что Профессор огрызнулся:

– Да иди ты.

– Конвой! – крикнул Малыш, и в рубку вошел андроид.

– Товарища Лимшица поместите в карцер до выяснения причин его отказа выполнять боевой приказ начальства во время боевой тревоги.

Спесь тут же слетела с профессора, как вода стекает по бетону.

– Я не это… не надо в карцер… я подчиняюсь, – запричитал он. – Я сейчас же… сейчас… – Он завис и тут же метнулся на другую сторону, в секцию жизнеобеспечения.

– Можете быть свободны, – отпустил Малыш андроида, – я отменяю свой приказ.

Руди осуждающе поглядела на партнера и обратилась к дрону, летающему по рубке управления:

– Ты, Малыш, можешь что-то предложить?

– Да, я отправлю сообщение по гиперсвязи товарищу президенту и буду ждать указаний. Но на все запросы извне сектора мы не будем отвечать, словно нас тут нет.

– Верно, – заулыбалась Руди. – Кого нет, с того и спроса нет. Ты молодец, Малыш.

За своим столом громко и недовольно засопел Лимшиц, но не стал вступать в споры.

Однако Малыш учел это и произнес:

– Папаша, вам желательно пройти курс коррекции личности и получить больше лояльности к коммуне и к товарищу президенту.

Лимшиц сжался, стал похож на большую испуганную мышь. Но Руди не согласилась.

– Нет, Малыш, Эльвин скоро успокоится, он все понимает, но ему нужно время на адаптацию, он слишком долго страдал.

– Я не возражаю, – ответил Малыш. – Но в единый аналитический центр ушла информация о профессоре и мои рекомендации.

Подбородок профессора дрожал, а глаза с надеждой смотрели на Руди. Та ободряюще ему улыбнулась.

– Подождем сообщений от мантикорцев, – сказала она.

– Докладывает дежурный офицер связи, – неожиданно произнес андроид, сидевший за пультом связи. – От эскадры мантикорцев пришел запрос с требованием.

– Давай запись, – приказал Малыш. – Присвоить эскадре код «Разбойник один».

В рубке зазвучал уверенный голос мужчины:

– Говорит командующий эскадры ВКС королевства Мантикора, Веллингтон, приказываю всем, кто находится в промышленно-добывающем районе, передать нам коды доступа, повторяю, – так повторил два раза. – В случае неповиновения вы станете врагами королевства со всеми вытекающими последствиями.

– Ну вот… – не выдержал Лимшиц, но, увидев гневный взгляд Руди, тут же заткнулся.

– Ну, атаковать они не будут, – произнесла Руди, – это смерти подобно. Отвечать мы тоже не будем, так что пошли, Эльвин, спать, они тут будут сидеть до конца времен.