Где-то в стороне вспыхнул яркий белый свет. Хэй с ужасом понял, что его начинает утягивать в ту сторону, где сиял этот неведомый источник. Парень еще сильнее потянулся. Но достать так и не сумел.
Черты мальчика дрогнули, начали растворяться. Свет сминал и корежил его силуэт, но, казалось, не причинял боли. Мальчик хранил то же удивленно-безучастное выражение лица, что и прежде.
Свет все приближался. Точнее, это Хэй несся к нему. Но он до последнего смотрел на все уменьшающуюся фигурку. До тех пор, пока не нырнул в болезненно-белое сияние.
Лон Дери получал одну новость за другой. Стремительность, с которой они поступали, неприятно поражала. Особенно, если учитывать, что во всем ворохе поступавшей информации положительного было крайне мало.
На улицах кипела натуральная война, перешедшая в наиболее активную свою фазу. То, что кварталы, видимые им с высоты последнего этажа Башни «Северный Осбр», не объяты пламенем многочисленных пожаров — заслуга дождя, который не думал прекращаться. Дери терял одну бригаду за другой. Враг наступал.
Но враг и бил самого себя. Поскольку выступление было не согласовано между участниками. Да и не могло было быть согласованным. Дери с трудом себе представлял сговорившихся между собой боссов других Корпораций города, мелких и крупных банд — они бы потом просто не сумели поделить полученный артефакт. Бойня бы продолжилась. Так что пока его бойцы выдерживали несогласованные атаки разрозненных сил противников.
Потери были большими. Но гибнущих людей Дери было не особенно жалко. Они были лишь пушечным мясом, самыми наимельчайшими винтиками в громадной машине Корпорации. Им будет легко найти замену, когда все закончится.
Лон Дери поймал себя на мысли, что совершенно не нервничает. Все правильно — скоро бойня закончится. Будет наведен порядок. По крайней мере, сейчас именно в это ему хотелось верить, наблюдая как войска его «империи» отражают набеги врага.
Были новости и хорошие: судя по всему, Крэг все же отошел в мир иной. Если верить тому, что говорили очевидцы, принимавшие участие в драке, происходившей днем в «Максимуме», на тот свет главу Психов отправил чемоданчик с бабками, которым проломил ему тупую башку не кто иной, как Нанда Шоу. Парнишка решил защитить свою сестру. Этот милый и показавшийся бы Лону столь трогательным душевный порыв стоил Дери потери артефакта. Чемоданчик, кстати, этот мальчишка прихватил с собой, когда уводил сестру.
Мужчина устало покачал головой. Буквально несколько минут назад он получил новую порцию новостей и только что закончил их изучение.
— Что ж там за хрень происходит?
Лон имел в виду сведения, которые удалось выжать из насмерть перепуганного оперативника из бригады Клыка. Боец вернулся в штаб совершенно седым. Он был залит кровью с ног до головы. Но кровь была не его. Что-то бормотал о странном звере, который уничтожил весь отряд, о том, что его посчитали мертвым, поскольку весь был в крови друга… Ничего более связного добиться от него оказалось невозможно, никаких подробностей. Было очевидно, что парень просто рехнулся, но что могло привести закаленного в боях бойца в столь плачевное состояние, оставалось загадкой.
— Не нравиться мне все это, — пробормотал негромко Лон Дери и вызвал Нерими.
Референт вырос у плеча своего босса спустя полминуты.
— Да, господин Лон.
— Пусть готовят основные силы. Разрешаю использование вертолетов.
Референт растворился. Дери знал, что его приказание, сформулированное столь вольно, будет исполнено в точности, как он желает — причин жаловать на Йокима у него никогда не возникало.
Пусть, решил он, вертолеты — игрушка дорогая. Но зато именно этот фактор и играл решающую роль. Далеко не все его конкуренты могли позволить себе такую роскошь, как боевой вертолет. Ну, точнее, вертолет-то был обычным, транспортным, оставшимся еще со времен, когда планета представляла собой колонию для особо опасных преступников, но умельцы из «Северного Осбра» оборудовали эти машинки кое-каким оружием, с которым управлялась команда из трех стрелков.
Нерими понимал, что раз шеф решил пойти на такие меры, как введение в игру дорогостоящих механизмов, а также вывести на улицы города свою личную армию, состоявшую из десяти тысяч человек, по сравнению с которой отряды охотников и бригады дружинников, до сего момента участвовавшие в уличных разборках, выглядели несколько блекло, то дело принимало серьезный оборот. Когда он проскользнул в свой кабинет, от стола тут же раздался сигнал вызова. Йоким понял, что оставил наушник коммуникатора возле терминала, когда отправлялся к боссу. Нацепив его, он нажал на кнопку приема.
— Это Гиря. Наблюдаю три странных объекта. Мы у окраин Северных кварталов, в трущобах.
— Что именно? — сухо уточнил Нерими. Ему не доставляло особого удовольствия командовать боевыми отрядами, но именно этим его обязывало заниматься занимаемое место референта помимо всего прочего. Йокиму Нерими эта возня больше всего напоминала детскую игру в солдатики. А он считал, что уже вырос из этого возраста.
— Без понятия, — ответил Гиря. — Три непонятных силуэта. Предположительно, какие-то звери. Здоровые, чтоб их…
Голос на некоторое время прервался. В переговорном устройстве Нерими слышал только какое-то шуршание и пыхтение — похоже, охотник перебирался с места на место. «Охотник, — подумал Нерими в эти минуты. — Какое дурацкое и пошлое название. За чем эти люди охотятся?»
— За головами, — непроизвольно озвучил он конец своих мыслей.
— Что? — спросил на том конце Гиря.
— Ничего, — на миг стушевался Нерими. — Что там у вас?
— Бл…
Вслед за неоконченным ругательством коммуникатор взорвался оглушительным криком. Гиря еще что-то пытался доложить, но его голос напрочь заглушали близкие крики ужаса и нечеловеческий рев.
— Что там? Слышите меня?!
Никто не отвечает.
— Эй! Что там у вас стряслось? Что за дурацкие шутки?
Ничего в ответ. Только треск статических помех.
Йоким выругался, а затем принялся вызывать командира дежурившей внизу бригады дружинников, чтобы послать их проверить, что случилось с Гирей и его людьми. То, что этих людей может ожидать судьба прервавшего по какой-то неординарной причине связь отряда, его совершенно не волновало. Пока Лон Дери доверяет ему управлять своими солдатиками, он будет поступать с ними так, как сам посчитает необходимым.
Хэнх Рейнард чувствовал, что впервые за всю его жизнь находится в ситуации, когда в нем вместо банальной осторожности просыпается натуральный ужас. Он находился на улице, где кругом валялись страшным образом разделанные туши, бывшие некогда людьми. Наверное, если бы не шел дождь, все вокруг было бы залито кровью.
За свою жизнь Рейнард видел немало мертвецов. И многие из них находились в не менее плачевном состоянии, чем те, что валялись на улице. Но никогда прежде ему не доводилось видеть так много в высшей степени бесчеловечно умерщвленных людей в одном месте. Поэтому, когда мужчина нашел тело основного виновника произошедшего, то ощутил только, как у него по спине пробежал озноб, а волосы на затылке стали подниматься.
Основную разборку он пропустил. Но, надо сказать, ничуть об этом не сожалел. Конечно, ему было бы интересно посмотреть, как эта здоровенная тварина двигается, как убивает. Было бы вообще чудесно узнать, кто такой, собственно, нашелся, что сумел этого монстра уделать. Но Хэнх благодарил небо за то, что его не оказалось здесь в тот момент, когда все самое занимательное происходило.
К мертвому чудовищу он решил не приближаться. Мало ли что. Вдруг эта штука все еще жива, и стоит к ней приблизиться, как она с готовностью распахнет свою здоровенную пасть с целью закусить несчастным наемником.
— Что ж тут такое происходит? — спросил самого себя Рейнард, настороженно осматриваясь.
Где-то вдалеке, то приближаясь, то отдаляясь, грохотали звуки стрельбы и взрывов. У Хэнха складывалось такое впечатление, словно он находится не на улице города, а на полигоне. Это напоминало старые времена, когда шла первая дележка власти. Тогда Осбр, как и остальные города, превратился в арену боевых действий. Масса народа, самого безбашенного, тогда погибло. Сейчас все шло к тому же. С тем только различием, что сто лет назад никаких чудовищ в округе не наблюдалось.