— Что происходит? — шепотом, будто боясь кого-то спугнуть, спросил Нанда.
Мира с широко распахнутыми глазами с ничуть не меньшим удивлением смотрела на казавшийся чернее окружающей ночи неведомый огонь. Он завораживал. Он пугал. Он был таким же, какой они уже видели. Он был иным.
Пламя охватило уже всю руку и перебралось на грудь Хэя. Тот не произносил ни звука. Наверное, был уже мертв. Капли дождя били по открытой груди парня, но огонь не обращал на воду никакого внимания, продолжая пожирать плоть.
Нанда попытался было погасить пламя, но жар оказался столь обжигающим вблизи, что пришлось отпрянуть. Черный огонь уже практически полностью поглотил тело Хэя, оставив видимым лишь бледное лицо. Внезапно тело парня резко выгнулось. Он хрипло вдохнул. Лицо скрылось под черной массой, больше похожей на какую-то слизь.
Когда Нанда приблизился, Хэй лежал запеленатый в какой-то черный, отливающий металлическим блеском кокон. Жар исчез. Шоу рискнул прикоснуться к поверхности кокона. Она была…
— Она холодная, — вслух произнес Нанда.
Мира смотрела на него, отказываясь что-либо понимать:
— Что? О чем ты?
Шоу был совершенно спокоен. Похоже, сегодняшний, богатый событиями день, выбрал все без остатка эмоции из него:
— Эта ерунда холодная. А когда огонь горел, было жарко.
— Что за чушь ты несешь? — вскрикнула Мира. Ей совсем не улыбалось оказаться сейчас в темноте наедине с трупом и сумасшедшим, а брат ее, похоже, с крышей дома своего распрощался всерьез и надолго.
Нанда махнул рукой, продолжая ощупывать поверхность. Она чем-то напоминала какой-то металл, но могла состоять и из чего-то иного.
Вдали раздался вой. Брат и сестра подпрыгнули на месте. Первой твари, которая была еще довольно далеко, вторила еще одна. Их поддержал голос еще одного зверя.
— Кажется, пора валить отсюда, — понял Нанда. — Они приближаются.
— Кто они? — Мира была сейчас на пределе, но старалась не сорваться, не дать истерике овладеть собственным сознанием, потому соображала очень туго.
Нанда торопливо обернулся к ней, поднимаясь на ноги:
— Эти твари. Скорее всего, это они сюда идут. Может, эта зверюга как-то дала им знать о своей смерти.
— Но что им надо? — девушка дрожала, как лист на ветру. И так же тряслось все у нее внутри — прежде не доводилось ей сталкиваться ни с чем столь загадочным и страшным.
— А вот этого я не знаю. И ждать, чтобы узнать, совсем не собираюсь.
Послышался топот. Кто-то приближался. Из-за угла выскочил тот самый мужчина, который ушел несколько минут назад. Он с удивлением остановился возле того, что когда-то было Хэем:
— Это чего с ним такое? — Темено даже не пытался скрыть удивления.
Шоу отрицательно покачал головой и пожал плечами. Это должно было означать, что он понятия не имеет. Гир смотрел в лицо Нанде, потом перевел взгляд на Хэя. Интересно, что же с этим парнишкой произошло?
— Артефакт, — подала неуверенный голос Мира. — Он словно бы загорелся, а потом вот… — она кивнула головой в сторону тела, отливавшего стальным блеском.
Вдалеке снова завыли.
Темено не стал долго раздумывать. Едва услышав ужасающий вой, он решил направиться в противоположную вою сторону, чтобы разминуться с приближающимися тварями. Он тоже, как и Шоу, посчитал, что больше некому издавать столь пугающие звуки.
— Пора двигать, — уверенно заявил Клык. Нанда никак не отреагировал, поскольку был озадачен примерно той же проблемой, только с некоторыми оговорками, а именно: куда бежать и что делать с телом Хэя? — Берем его, мы с тобой, и тащим. Девушка за нами.
Темено легко подхватил черный кокон, в котором теперь был упрятан мертвый человек. Нанде предлагалось взяться за ноги, что он немедленно и сделал. Группа людей спешным шагом двинулась с места, ставшего ареной кровавого боя, стараясь как можно скорее покинуть опасную зону. Правда, теперь уже нельзя было угадать, где в этом городе может быть достаточно безопасно.
Ни Темено, ни Нанда, если бы кто-нибудь впоследствии задал им вопрос, почему они взяли тело с собой, а не бросили его в том переулке, наверное, ответить что-то достаточно убедительное не сумели бы. Просто посчитали это необходимым. Мира же о подобном не думала. Ей просто хотелось поскорее убраться отсюда. А потому она не лезла со своими советами под руку.
Молнии искрились в небе. Грохотал гром. Струи воды, падающие с неба, казалось, всерьез решили смыть с лица земли этот скверный город.
Кругом была пустота. Пугающая, бесконечная. Не было больше ничего вокруг. Пропали звезды. Исчезла с небосвода луна, прежде заливавшая округу своим светом.
Как же теперь не хватает этого мертвенного сияния!
И растворилась в наступившей темноте бесконечная равнина.
Остался только он. Один в темноте. Тот самый мальчик в белых одеждах. Мальчик с босыми ногами.
Больше идти было некуда.
Он просто висел в пустоте, не двигаясь.
Но что если это просто обман?
Что если он с невероятной скоростью несется в темном пространстве или падает в яму без дна?
Мальчик боялся.
Хэя тоже била крупная дрожь. Он точно не смог бы сказать, отчего. Была ли причиной окружающая безмолвная чернота, в которой не рождалось ни единого звука? Возможно, но точно сказать нельзя. Словно тело окружал вакуум.
Тишина.
Прежде такого не было. Раньше мальчик всегда был один. Хэй лишь наблюдал за ним откуда-то со стороны. Издалека. Словно смотрел извне на ожившую картинку.
Теперь же все поменялось. Несмотря на то, что мир был пуст, но в нем был сам он.
Сам Хэй.
И где-то был мальчик. Он находился где-то близко и, в то же самое время, невероятно далеко. До него, казалось, можно дотянуться, но только Хэя не слушалось его тело.
Стоп!
Хэй с испугом понял, что тела-то у него и нет. Совсем нет.
«Интересно, где я?» — эта мысль была так неожиданна. Словно только теперь парень понял, что он в состоянии не только наблюдать, но и думать, не только ощущать, но и чувствовать.
Мальчик вдруг повернулся. Его взгляд отыскал человека и уставился прямо в самую душу, вытаскивая на свет то, что Хэй уже пытался понять, но разум, боясь внезапных потрясений, отказывался прилагать требуемые усилия.
«Кругом так темно, так почему же я его вижу? — подумал Хэй, а потом подумал еще: — И почему он видит меня?» Как хотелось бы ему ответить на эти вопросы. Как он жаждал сейчас ответа на них. Но ответ все не приходил.
Они парили в пустоте друг против друга. Мальчик смотрел ему в душу, а молодой человек смотрел в глаза мальчика. Молодой человек думал о том, как хорошо мальчику. Потому что ему просто увидеть душу — от молодого человека ничего и не осталось кроме души. Тела больше не было.
Что думал мальчик, было неизвестно. Лицо его казалось таким знакомым. Черты такими близкими, неуловимо родными.
Хэй присматривался к чужому, но такому родному лицу. Мальчик был не таким уж и маленьким. Теперь, вблизи, это было отчетливо видно. Когда Хэй наблюдал, как тот бредет в пустоте, мальчик казался таким беспомощным, крошечным и одиноким. Сейчас же он выглядел значительно взрослее.
Может быть, он повзрослел за то время, что Хэй не видел сны?
Нет, такого просто не может быть! Он таким и был. На вид лет четырнадцать, может, чуть больше.
— Откуда я знаю тебя? — попытался спросить Хэй, но не почувствовал, как шевелятся губы. Звук не нарушил безбрежный покой тишины. Но мальчик удивленно поднял бровь.
Кажется, он сумел его услышать и понять. Скорее почувствовать его мысли. Хэй ощутил, как в том месте, где прежде находилась его грудь, зарождается странное тепло — Хэю было приятно, что мальчик его понял.
— Кто ты? — и снова удивление на лице мальчика.
Мальчик начал медленно поднимать руку, так, словно к ней был привязан какой-то страшно тяжелый груз. Он тянулся к Хэю.
И тот потянулся к мальчику, хотя и был бестелесным. Потянулся так, как было ему позволено. Мыслями, чувствами, желанием.