Элейн выбежала навстречу, прежде чем они успели выйти из её машины.

— Вы опоздали. — сказала она с улыбкой на лице и бокалом вина в руке.

Когда Саншайн выходила из машины, орлиный взгляд её матери зацепился за бинты на её руках.

— Что случилось?! — закричала она, едва не расплескав вино.

К счастью, у женщины были кошачьи рефлексы, когда дело касалось алкогольных напитков. Она взяла одну из рук Сан в свою, чтобы осмотреть её.

— Тебе лучше не знать.

— Конечно, я должна знать.

— Машина врезалась в фасад участка, осыпав меня стеклом, прежде чем переехать.

Красивый рот её матери сжался в уголках.

— Ладно, не говори мне.

Увидев Куинси, она просияла.

Он подошёл и обнял её, а остальные женщины высыпали из дома, чтобы поприветствовать их, не обращая внимания на прохладу в воздухе. А ведь они явно пили вино с утра.

Сан обняла каждая из присутствующих женщин. И все, кроме одной, держали в руках по бокалу вина. У Ванды не было бокала. У нее была целая бутылка, и она вылила жидкость на униформу Квинси, когда обнимала его ногами.

О да, это будет весело.

***

Сан позволила Квинси отвечать на вопросы, а сама пошла за миссис Руби Мур, пекарем, на кухню, чтобы взять несколько кексов. Она не была уверена, насколько хорошо кексы сочетаются с вином, но, по крайней мере, у женщин в желудке будет что-то, кроме перебродившего винограда.

— О, милая, — сказала женщина, заметив позади себя Сан. -

Мы так рады, что ты вернулась. Твоя мама просто на

седьмом небе от счастья.

— Я рада — сказала она, пытаясь придумать, как сформулировать свой вопрос.

Женщина, крепкая шестидесяти с лишним лет, не сбавляла шага, продолжая заниматься своими делами.

— С Миртл все будет в порядке? — спросила Сан.

Когда они вошли в дом, то обнаружили пожилую женщину, спящую на диване, с недопитым бокалом вина, который был опасно близок к опрокидыванию. Санни помнила её. Она много лет работала администратором у городского доктора.

— О, с ней все будет в порядке, — сказала Руби, пренебрежительно махнув рукой. — Она пьёт виноградный сок. Она всегда теряет сознание в любом случае. Нет необходимости тратить настоящее вино.

Сан тихонько засмеялась.

— Я хотела поблагодарить вас за кексы, которые вы прислали в участок.

— О, пффф, — надулась она. — Мне нравится их печь. Я всегда хотела открыть свой магазин и назвать его «Маффины Мура». Это хорошая игра слов, тебе не кажется?

— Да. И у вас определённо есть талант.

Она жестом указала на теплые кексы, которые Руби выкладывала на поднос вместе со своим фирменным соусом — сахарной масляной глазурью. От одной мысли об этом у Сан потекли слюнки.

— Почему вы этого не сделали?

— Ну, ты же знаешь Теодора — сказала она, как будто это все объясняло.

На самом деле она не знала Теодора, но не собиралась говорить об этом Руби.

— Могу я спросить вас кое о чем?

Руби прекратила свои занятия и повернулась к ней.

— Конечно, милая.

Сан прочистила горло, внезапно почувствовав себя неловко, а затем просто сказала.

— Вы экстрасенс?

Выражение лица женщины не дрогнуло. Если бы Сан не знала лучше, она бы поклялась, что Руби специально застыла на лице, чтобы скрыть то, что происходит за ним. Через мгновение она моргнула и с тихим смешком вернулась к своим кексам.

— Вы, дети. Вечно шутите.

Ладно. Она согласилась.

— Тогда почему каждый раз, когда вы отправляете корзину с кексами в участок, начинается настоящий ад? Так мне сказали.

— Я не знаю, о чем ты. Просто я испекла слишком много кексов и решила поделиться.

Если Сан и научилась чему-то, став сначала офицером полиции, а затем детективом, так это тому, что нужно держать язык за зубами. Именно так она и поступила.

Она терпеливо улыбалась бедной женщине и ждала.

Ждать пришлось недолго.

— Ты не можешь рассказать Теодору. — сказала она тихим голосом, который испугал Сан.

— Руби, вы в безопасности? Он причинит вам вред?

Она фыркнула.

— Тео? О, Боже правый, нет. Я просто… ну, я обещала… То есть, он не знает…

— Что вы экстрасенс?

Она покачала головой.

— Нет. Он знает эту часть. Он просто не знает, что я использую свои силы во благо. Он думает, что я все бросила много лет назад, после той истории с гремучей змеей и лазаньей. Это долгая история. В общем, он не знает, что я все еще практикую.

Сан кивнула, почти понимая. Она винила во всем город. Странности и все такое.

— Ты ведь не собираешься ему рассказывать? — спросила Руби.

— Я бы не стала этого делать.

Руби положила благодарную руку на её руку.

— А остальные знают?

— Вы имеете в виду всех в участке? Скажем так, ваши кексы стали легендарными.

— О, ну, это хорошо. Наверное.

Она подхватила поднос и прошла в гостиную.

— Давно пора, — сказала ей Ванда, глядя на кексы. — Мы умираем с голоду.

— Дело сделано, дамы.

— Уже? Мы только что приехали.

Руби поставила поднос на кофейный столик.

— Нет, я имею в виду, она знает.

Но интерес Сан резко возрос к лучшей подруге её мамы, Дарлин Тапиа.

Потому что, когда Руби объявила о том, что дело сделано, все выражения лиц превратились в одно из массового замешательства. Все, кроме Дарлин. Дарлин стала белой, а как великолепная латиноамериканка с соболиными волосами и бронзовой кожей, белый цвет был не самым лучшим для нее.

Элейн переводила взгляд с Саншайн на Руби и обратно.

— Что именно знает моя дочь?

— Что я использую свои силы во благо.

Вся комната задохнулась. Ну, почти вся комната. Куинси сидел в бежевом кресле, явно забавляясь. Но у Дарлин было и другое мнение.

Сан знала, что лучше не смотреть прямо на нее, и изучала женщину с периферии. Когда Руби сообщила, что Сан знает, Дарлин побелела. Но когда Руби сказала, что использует свои способности во благо, все, кроме Дарлин, задохнулись. Дарлин сделала прямо противоположное. Она выдохнула, испытывая явное облегчение. О чем, по её мнению, говорила Руби?

Квинси прочистил горло и спросил:

— Значит, это волшебные кексы? Это ваши сила?

Он прикрывал. Он тоже заметил поведение Дарлин и на мгновение перевёл взгляд на Сан, чтобы убедиться, что она тоже заметила.

Как и ожидалось, дамы рассмеялись над его вопросом. Даже Дарлин, чей смех был скорее нервным, чем забавным.

— Я не волшебница. Я просто что-то чувствую.

Он кивнул.

— Значит, вы чувствуете, когда дела в Дель Соль идут на спад?

— Что вы почувствовали сегодня? — спросила Сан, ничуть не уверенная в способностях Руби. Но что может помешать спросить?

— Вообще-то, два дня назад. Я знала, что случится что-то плохое, и просто хотела, чтобы наши защитники, успели съесть пару кексов, прежде чем все пойдет кувырком.

Тут в разговор вступила Элейн.

— Обещаю вам, дамы, наш секрет в безопасности с моей дочерью.

Оу. Это было мило.

Она протянула руку и взяла кекс, а затем добавила: — Она не верит ни единому слову из всего этого.

Несколько глаз в ужасе уставились на Сан.

Ну, что ж. В любом случае, ей нужен был выход.

— Вообще-то мне нужно знать, что вы, дамы, слышали о Сент-Обинах.

— Он просто красавчик! — вскликнула Ванда, и Сан могла только предположить, что она говорит о мистере Сент-Обине.

Самый быстрый способ получить информацию — передать её «Книжным малышкам» и посмотреть, что из этого выйдет. Это была традиция, проверенная временем еще в детстве Сан.

— Есть какие-нибудь сведения? Я знаю, что они новенькие, но…

— Грязь есть всегда, — сказала Элейн. — Но Марианна, похоже, искренне любит своего мужа.

Остальные кивнули в знак согласия.

— Думаю, у нее была тяжёлая жизнь в детстве, — сказала темноволосая книжная дама по имени Карен.

Сан кивнула.

— Я знаю только, что она работала официанткой, когда встретила Фореста Сент-Обена в Чикаго.