Она дала ему время. Не нужно было спрашивать о его местонахождении. Она могла прочитать отчёт Филдса. Его люди наверняка уже проверили его алиби. Сан больше интересовали мысли мужчины о предсказании Сибил.

Словно прочитав её мысли, он сказал:

— Полагаю, вы знаете о предчувствии Сиб?

— Да. Что вы об этом думаете?

Он насмешливо хмыкнул, в голосе прозвучали горечь и обида.

— Я думаю, что я мудак.

Не то направление, которого она ожидала.

— Почему вы так думаете?

Он глубоко вздохнул, чтобы успокоиться, а потом объяснил: — Все эти годы, все эти разы она пыталась поговорить с нами об этом, а мы просто отмахивались от нее. Как будто это ничего не значило. Как будто её страхи ничего не значат.

— Я уверена, что она так не думает.

— Она должна. Это правда.

— Но теперь вы ей верите?

У него вырвался лёгкий всхлип.

— Как я могу не верить?

Зазвонил телефон, и он проверил его. Не узнав номер, он посмотрел между ней и Филдсом. Агент нажала кнопку на цифровом диктофоне и кивнула ему.

Мужчина сглотнул, а на четвёртом звонке ответил дрожащим голосом:

— Алло?. - когда никто не заговорил, он нахмурился. — Алло? Моя дочь у вас?

Сан наклонилась к ноутбуку агента, пытаясь определить, откуда поступил звонок. Поскольку номер высветился на определителе номера, он мог ввести его в программу и отследить с помощью системы GPS.

— Кто это?

Мари закрыла рот руками, чтобы подавить всхлип.

— Мистер Сент-Обен, — тихо сказал Филдс, и черты его лица стали жёстче. — Звонок идёт из вашего дома.

Без малейшего колебания Филдс взял трубку, и оба офицера выскочили из конференц-зала.

— Куинси, помощник Купер, — поправила она, — следуйте за нами с Сент-Обинами.

— Будет сделано, босс. — он схватил свой пиджак, пока она и Филдс бежали к своему круизеру.

***

Сан остановилась у дорожки Сент-Обинов, стараясь не задеть свежие следы шин. Заснеженные следы на тропинке вели к парадной двери, но Сент-Обины входили и выходили из дома через гараж. Следы определённо принадлежали не им, хотя могли принадлежать любому представителю правоохранительных органов.

С пистолетом наизготовку она прошла через двор по дорожке, Филдс обошёл её с фланга, а Куинси — с задней стороны дома.

Она кивком головы указала на входную дверь.

— На крыльце что-то есть.

Филдс легонько придержал её за руку, желая взять инициативу на себя. Он оказался более старой школы, чем она предполагала. Зато у нее было вот это. По размеру это не было похоже на взрывное устройство. Слишком маленькое. И розовое. Очень розовое.

Они заняли позиции возле ступенек и ждали, пока Квинси обойдёт дом с другой стороны.

Он побежал за ней трусцой.

— Задняя дверь заперта. Не похоже, чтобы кто-то её взламывал.

— Это телефон? — спросил Филдс.

— Да. — Сан поднялась по ступенькам, проверяя на ходу окна. На маленькой детской шкатулке в снегу лежал телефон. Из тех, что играют музыку, когда их открывают.

Куинси проверил входную дверь, пока Сан надевала перчатки.

Она открыла шкатулку. Маленькая балерина начала кружиться под мелодию «Гринсливз».

Сент-Обины подошли, идя по следам Сан, чтобы не нарушить место происшествия.

— Это Сибил? — спросила Мари.

На лице женщины отразилось изумление.

— Форест купил это для нее в день её рождения.

— Мы потеряли его много лет назад при переезде, — сказал он, его голос надломился. — Ей было сколько… девять?

— Десять, — сказала Мари. — Когда мы переехали в дом на Стэнфорд.

— Верно. Что внутри?

Сан вытащил длинный локон рыжих волос, и Мари сжалась.

— Мы обработаем это, — сказал Филдс. — А вы возвращайтесь к поискам.

— Спасибо. Позвоните мне, если что-нибудь найдёте.

— Конечно.

***

Оставив патрульную машину Куинси в участке, Сан и Куинси отправились обратно к уже начавшимся поисково-спасательным работам. Большую часть пути они проделали в полном молчании. Первым нарушил молчание Квинси.

— Кто-то нас наебывает. — сказал он.

— Я знаю.

— Это может быть она.

— Я знаю.

— Мы не можем этого исключить.

— Я знаю.

Даже Сан, с её интуицией, которая никогда не ошибалась, игнорируя улики, независимо от того, насколько они противоречили её инстинктам, должна была признать, что странные совпадения вокруг исчезновения Сибил трудно исключить.

Два предмета из прошлого Сибил появились только сейчас? Этот парень должен был преследовать её годами. Годами преследовал семью. Такое терпение требовало невероятной преданности и дисциплины. Поговорим о затаённой обиде.

— Хочешь поговорить об этом? — спросил Квинси.

— Нет.

— Мозговой штурм?

— Нет.

— Плеваться шариками из бумаги?

— Нет. И фу. — когда он больше не спрашивал, она сдалась.

— Ладно, хорошо. Допустим, Сибил спрятала все эти вещи из своего прошлого, придумала историю о предчувствии, когда ей было шесть лет, а потом спланировала эту сложную схему, чтобы все выглядело так, будто её похитили? Для чего? Зачем ей годами идти на такие меры?

— Внимание. Что еще? Ее отец путешествует по всему миру. Ее мать целыми днями читает романтические романы. Она чувствует себя брошенной.

— Если бы это было правдой, если бы она действительно занималась этим только ради внимания, то зачем было придерживаться своей истории с предчувствиями, если ей никто не верил? Ее история никогда не менялась. Ни разу за девять лет.

— Ребёнок умный. — сказал он. — Умные дети могут сделать все что угодно. Ты, как никто другой, должна это знать.

Она проигнорировала комплимент.

— И если бы это была она, похищение было бы более очевидным. Более инсценированным. В её комнате были бы следы борьбы. А не в прачечной. И что потом? Подложила чек, чтобы подставить бедного мистера Хьюза за покупку энергетического напитка?

Куинси поднял руки.

— Я с тобой не спорю. Просто все это очень удобно.

— Ну да, как и носовые платки, но ты не видишь, чтобы я носила их с собой.

Они припарковались на обочине дороги, ведущей к месту поиска, и Сан направилась к командной палатке.

— Безумие. — пробормотал Квинси, когда все это осознал.

— Ты или я?

— Вся эта ситуация.

Десятки машин, как гражданских, так и аварийных. Более сотни человек прочёсывают гору.

Она поставила кофе, который мама передала ей по дороге, на складной столик и посмотрела на несколько карт, которые они разложили.

Квинси натянул поверх своей формы пару официальных комбинезонов, а затем дополнил их сапогами и перчатками, готовый внести свою лепту.

— Для меня это в новинку.

— Да, я непосредственно участвовала только в одной поисково-спасательной операции. Познакомилась с командиром. — она указала на него. — Видишь? Сетевая работа. Знакомься со своими коллегами из правоохранительных органов.

— А если они мне не понравятся? — спросил он, надевая лыжную шапочку.

Они вышли из палатки, готовые встретить гору. Сан взяла свои лучшие ботинки с шипами, облачилась в толстый чёрный комбинезон и натянула на уши вязаную шапочку.

— Я раздобыл для нас квадроцикл, — сказал Куинс. — Командир отправляет нас за тот холм.

— По-моему, неплохо. — она поприветствовала «Книжных малышек», раздававших кофе, своих помощников, которые были на месте, и маршалов, прежде чем сесть в квадроцикл.

— Что хотела Мелоди? — спросил он, перекрикивая шум мотора.

Сан рассказала о том, что сбежавший из тюрьмы Рамзес Рохас, возможно, спас жизнь её дочери. И не просто спас, а рискнул собственной жизнью, ногами и свободой.

Они подпрыгивали на жёстком снегу, благодарные за то, что кто-то предусмотрительно предоставил им зимние шины, и искали как можно глубже в лесу, прежде чем им пришлось сойти и идти пешком. Она слышала, как другие поисковики, включая многих горожан, выкрикивали имена Джимми и Сибил, и задавалась вопросом, где Леви. Она слышала, что он закрыл спиртзавод и теперь несколько его кузенов и работников тоже ищут.