Мэр была там, разговаривала с журналистами. Они позвали Сан, но она прошла мимо и вошла в центральное крыло. Она наблюдала за работой медиков, пока звонила Аури.

— Вы нашли её! — Аури заплакала, когда взяла трубку.

— Ты видела новости.

— Ты нашла её. Спасибо, мама.

— Спасибо тебе, букашка. Я сделала это не одна.

— Ты должна рассказать мне все, когда вернёшься домой.

— Нет, потому что ты будешь спать в постели.

— Тогда завтра. Обещай мне. Все.

— Помнишь тот случай с «больше никаких секретов»?

— Да.

— Я уверена, что это применимо и здесь.

Сан повесила трубку и огляделась в поисках Леви. Его не было.

Она общалась с врачами, родственниками и репортёрами. Мэр полуодобрительно кивнула ей. К Сент-Обинам под шквал вспышек фотокамер прибежали и несколько дней обнимали их дочь. А врачи согласились, что Сибил поправится, несмотря на состояние, близкое к гипотермии и обезвоживанию.

Однако Леви никогда не был в центре внимания — даже когда речь шла о продвижении его собственной компании — и исчез, прежде чем она успела поблагодарить его.

— Круглосуточно? — спросил Квинси, прежде чем выехать на ночь.

— Круглосуточно, — ответила она.

Поскольку похититель все еще на свободе, им придется очень внимательно следить за маленькой рыжей девочкой с оливково-зелеными глазами. А пока Сан свяжется с друзьями из полиции Санта-Фе, чтобы узнать, нельзя ли одолжить у них безопасное место, хотя Сент-Обины, возможно, просто захотят отвезти её в безопасное место.

— Кто первый?

— Сама решай. — сказал её главный помощник, зевая. — Не уверен, что смогу держать глаза открытыми, но я могу взять на себя роль первого завтра утром.

— Спасибо, Куинси. Я останусь сегодня вечером и буду работать над тем, чтобы перевезти её в безопасное место. А ты отдохни.

— Будет сделано.

Он начал уходить, когда она добавила:

— Знаешь, кто бы сейчас отлично справился?

Он обернулся.

— Кто?

— Лейтенант Бриттон. Он бы нам очень пригодился, ты не находишь?

Куинси нахмурился и сказал:

— Кто? — после чего повернулся к ней лицом и пошёл прочь.

Не ожидая ничего другого, она нахально похлопала его по спине, поклявшись разобраться в этом фиаско. Как только у нее появится время отдышаться, то есть взяв чашку кофе, она села напротив полицейского, который заступил на ночную вахту. До рассвета, когда должна была прибыть помощь, оставалась пара часов. Она надеялась, что сможет бодрствовать так долго.

Конечно, тот факт, что рядом с ней сидел высокий, чернокожий красавчик с настоящим значком маршала США, определённо помогал. Он протянул ей сэндвич, затем вытянул ноги, сцепил руки за головой и закрыл глаза.

— Часто сюда приходишь? — спросила она, откусывая кусочек индейки.

— При каждом удобном случае.

Она застонала, даже не подозревая, как сильно проголодалась.

— Не думаю, что ты понимаешь, что углеводы делают с моей задницей.

— Ничего такого, чего бы я не хотел с ней сделать, уверяю тебя.

Острая дрожь пронзила её, и ей пришлось остановиться и посчитать дни с момента её последнего визита с Недели акул, потому что, что черт возьми, произошло?

У нее была овуляция? В данный момент она пускала слюни не по одному, не по двум, а по трём мужчинам. Это было очень на нее не похоже.

В этом должен был быть виноват Леви. Каждый раз, когда он смотрел на нее, каждый раз, когда он приближался к ней, ей казалось, что её девичьи достоинства начали свое собственное реалити-шоу под названием «Гормоны в диком состоянии».

— Вы не против? — сказал полицейский, указывая на торговый зал.

— Ничуть. Мы будем держать оборону.

— Спасибо. Вернусь через десять минут.

Сан откусила еще кусочек, затем поставила кофейную чашку на бутерброд и свободной рукой помассировала шею.

— Я могу сделать это для тебя. — сказал Делеон, хотя откуда он знал, что она делает, было непонятно. Он еще не открыл глаза.

— Ну, давай.

По его лицу скользнула расчётливая ухмылка.

— Не здесь.

Она вопросительно подняла бровь. Словно почувствовав её вопрос, он жестом указал на пустую комнату.

Она насмешливо покачала головой. Она прислонилась головой к стене позади них и закрыла глаза.

Но все, что она могла видеть, — это этот мужчина. Этого немыслимо изысканного мужчину, которого она любила столько, сколько себя помнила. Как он нёс Сибиллу по снегу. Как она прижималась к нему.

А он позволил ей. Обнимал её. Шептал ей на ухо слова ободрения через каждые несколько метров.

Звон металла, упавшего на пол, вывел её из задумчивости.

— Что это было?

Не получив ответа, она повернулась к Делеону, но его уже не было.

— Маршал? — позвала она в пустой зал. — Ау?

Еще один звук заставил её обернуться. Он доносился из одной из пустых комнат. Она положила сэндвич и кофе на стул, который освободил Делеон, и пошла в сторону шума, осторожно ставя одну ногу перед другой.

Свет мерцал, на несколько секунд погружая её в абсолютную темноту.

Совсем не жутко.

Она позвала.

— Ты там в порядке?

Не получив ответа, она выхватила свое дежурное оружие и обеими руками упёрла его в бок.

— Маршал? Если это ты, ответь, если сможешь.

Мог ли похититель прийти за Сибил? В голове промелькнула сотня сценариев. Ни один из них не был хорошим.

Передозируя адреналин, она все ближе и ближе подходила к двери.

— Это шериф Саншайн Викрам. Я держу оружие наготове. Я даю вам последнее предупреждение, чтобы вы представились.

Открыв дверь, она услышала шорох и звук рвущейся бумаги. На больничной койке сидел Леви Равиндер, без рубашки, со сгорбленными плечами, пытаясь обмотать ребра пропитанным кровью бинтом.

— Леви? — она убрала оружие в кобуру и поспешила к нему. — Что случилось?

Он посмотрел на нее через плечо, и от его взгляда должен был отправить её в пламя.

— Разве ты не помнишь?

Какого черта? Кровь просачивалась сквозь бинты из трех разных ран с пугающей скоростью. Она прикрыла их и прижала, но кровь просачивалась сквозь пальцы.

— Я позову врача. — он схватил её за запястье, чтобы остановить. — Слишком поздно.

— Что? — она не понимала.

Свет снова замерцал. Когда они снова зажглись, его поведение изменилось. Он выглядел потерянным. Заворожённым. Вполне возможно, он был пьян, хотя запаха алкоголя она не почувствовала. Он позволил своему взгляду блуждать по ней.

— Леви, ты ранен. — она опустила взгляд, но бинтов уже не было. Вместо них была широкая грудь и твёрдый пресс, о которых она мечтала не один раз. — Я не понимаю.

Он обхватил рукой её шею и притянул ближе.

— Ты должна помнить, чтобы понимать, — сказал он.

Ее взгляд блуждал по его груди, переходя к полноте его рта. Тот самый, от которого по её телу пробегали мелкие мурашки, словно причудливая электрическая буря, каждый раз, когда он оказывался рядом.

Он наклонил голову и прижался губами к её губам, раздвигая их языком, чтобы изучить её..

Она прильнула к нему. Обвила руками его шею. Откинула голову назад, когда он осыпал поцелуями её горло.

Когда он потянул её на кровать, она попыталась протестовать. Не очень сильно, но все же.

— Подожди, — сказала она, задыхаясь. — Мы не можем делать это здесь.

Он задрал её рубашку и провёл обжигающими поцелуями по её животу, а затем спросил

— Куда же нам идти?

Жар его рта был тем, что она никогда не хотела потерять.

— Неважно. Здесь хорошо. Может, закроем дверь? — она попыталась приподняться на локтях, но он толкнул её обратно и раздвинул её колени своими плечами.

— Тише. Я сосредотачиваюсь.

От звука его голоса по её венам разлилось тепло, которое скопилось в животе. И хотя ей следовало бы задаться вопросом, что случилось с её брюками, вместо этого она восхищалась ощущениями, пронизывающими её.

Одно его присутствие вызывало в ней что-то. Она задумывалась об этом только тогда, когда была совсем одна.