Пауль Вернер Ланге
"Подобно солнцу". Жизнь Фернана Магеллана и первое кругосветное плаванье

Португалия

Португалия была обращена к морю. В 1527 год, приблизительно через тридцать лет после открытия Морского пути в Индию, ее население составляло более полутора Миллионов человек, в 1580-м, в год, когда она было завоевана Испанией, — один Миллион. Население страны растекалось по беспредельным просторам океанов вдоль их берегов. Страна отдавала себя служению миру и была истощена Миром.

Райнхольд Шнайдер. Страдания Камоинша

"Тгаs оs Мопtеs" — «Страна за горами» — так называют северо-восточную провинцию Португалии, родину короля вин — портвейна. Именно на этой земле, которую приказал заселить в XIII веке воинственный король Диниш 1, говорят, и был в верховьях Дору посажен первый виноградный черенок. С тех пор там раскинулись виноградники, защищенные Серра-ди-Маран и северной цепью горных вершин. В сентябре гроздья ароматного винограда, матово светящиеся в солнечных лучах, собраны. Виноградный сок доставляется в Порту. И когда он достаточно перебродил и достиг кондиции, корабли развозят по всему свету портвейн этот дар каменистой «Страны за горами».

Местность Саброза, что на юге провинции Вила-Реал, также относится к виноградарскому району. Куда ни глянь, повсюду море виноградной лозы, то волнообразно натекающее на пологие, простирающиеся до самого горизонта холмы, то взбирающееся на укрепленные камнями террасы. И только там, где начинаются крестьянские усадьбы, можно разглядеть узловатые силуэты платанов и ореховых деревьев.

Жители «Страны за горами» вели обособленный образ жизни, и главным их занятием было виноградарство; их характер формировали суровая природа и тяжкий повседневный труд. Здесь жили стойкие, самолюбивые люди, нередко угрюмые и суеверные. Ни гениев, ни известных авантюристов «Страна за горами миру не дала, а уж тому, кто родился в суровой, удаленной от водных просторов Саброзе, сама судьба, казалось, предначертала стать мрачным, осторожным. лишенным фантазии человеком.

Это можно было бы отнести и к характеристике Фернана ди Магальяйнша. родившегося именно здесь в 1480 году. Его семья принадлежала к знатному, хотя и не самому богатому, уважаемому дворянскому роду. Изображение тощего орла, распростершего крылья над гербом Магальяйншей. весьма наглядно иллюстрирует материальное положение семьи. Виноградарство и коневодство в поместьях Кинта-ди-Сота и Каза-ди-Перейра не могли дать достаточно средств для жизни при королевском дворе, однако богатство и влияние не всегда равнозначны. Король Жуан II (1481–1495) назначил именно отца Фернана, дома Педру Руй ди Магальяйнша, старшим алькальдом важной в стратегическом отношении гавани Авейру, расположенной к югу от Порту. Правитель страны, на жизнь которого постоянно покушались его противники, объединившиеся вокруг мятежных герцогов Визеу и Браганса, — в конце концов, им удалось оборвать жизнь не только короля, но и наследника престола, — назначал на такие должности лишь самых преданных дворян. К таковым относился и дом Педру, так как в девяностых годах, когда семейство Браганса опять восстанавливает при дворе свои позиции, он теряет пост и возвращается на родину, в Саброзу. Там, кроме старшего сына, уже почти пятнадцатилетнего Фернана, его ожидают второй сын дьогу ди Соуза, который по соображениям наследования носит имя своей бабки, дочери Тереза, Жинебра, Изабел и жена Алда ди Мишкита.

Однако не исключено, что эта встреча лишь плод воображения. На этот счет нет никаких достоверных сведений, вряд ли она вообще могла состояться, ведь уже за три года до этого, в 1492 году. Фернан стал пажом при дворе королевы Элеоноры. Привилегия, которую корона далеко не бескорыстно предоставляла имеющим право на наследство сыновьям знатных дворянских родов, давала им возможность воспитываться в королевской резиденции. Следует, однако, заметить, что многие обстоятельства жизни Магальяйнша того периода до конца еще не выяснены. Некоторые биографы полагают, что родился он не в Саброзе, а в Порту или в Понти-да-Барка. Состав семьи и возраст его сестер и братьев также вызывают споры. Вообще следует заметить, что с тех пор, как историк Кейруш Веллозу попытался доказать, что первое завещание Магальяйнша — подделка, сомнительны даже факты, ранее казавшиеся бесспорными. И хотя ученые и по сей день пытаются прояснить многое из детства и отрочества человека, который возглавил первое в мире кругосветное плавание, все же многие обстоятельства ранних лет жизни Магальяйнша так и останутся нам неведомы. Ведь часть архива, хранившегося когда-то в Торри-ди-Томбу в Лиссабоне. в 1525 году по королевскому приказу была уничтожена, кое-что пострадало в период испанского владычества над Португалией. Наконец, лишь небольшая часть документов сохранилась после землетрясения 1 755 года, а также отъезда королевской семьи в Бразилию, когда в начале прошлого столетия армия Наполеона вторглась на Иберийский полуостров. Тем не менее достоверно известно, что Магальяйнш происходил из дворянской семьи и начинал пажом при дворе. А относительно его военной службы в некоторых странах Индийского океана и в Африке бытуют разные суждения. Американец Чарлз Маккью Парр тридцать лет назад, занимаясь изысканиями в Португалии, пришел к выводу, что в тех местах в наемных войсках короля Мануэла служило не менее семи человек по имени Фернан ди Магальяйнш. Таким образом, та или иная трактовка эпизодов из жизни Фернана ди Магальяйнша до его переселения в Испанию, о которых здесь будет рассказано, по прошествии времени может оказаться несостоятельной, несмотря на то что в целом его жизнь по окончании службы при дворе не таит больше для нас загадок.

А пока Фернан молод, находится весьма далеко от арены своих будущих успехов и служит пажом королевы. Помимо искусства верховой езды, фехтования, турниров. соколиной охоты, он осваивает еще и умение плести интриги, столь высоко цени- мое при всех европейских дворах. Но главное внимание он уделяет наукам, которые вряд ли можно было изучить где-либо в другом месте: астрономии, навигации и космографии. Нельзя сказать, что занятия были регулярными. Супруга короля Жуана II и ее двор вынуждены вести по существу кочевую жизнь, такую же, как и сам король, который все время стремится избежать то военных конфликтов, то покушений, а то спасается от чумы. Но при таком образе жизни Фернан ди Магальяйнш все-таки смог так хорошо освоить <морские> науки, что приобретенные знания позже позволили ему осуществить самое выдающееся начинание во всей истории мореплавания, которое не явилось внезапным озарением одного только гениального ума, а стало закономерным результатом развития всей истории Иберийского полуострова. даже виноградному соку из Саброзы нужны годы, прежде чем он превратится в знаменитый португальский портвейн с его неповторимым букетом.

Переменчива и сурова судьба страны, которую мы сегодня называем Португалией. Ее населяли кельты, потом она была римской провинцией, известной как Лузитания, была также частью вестготского королевства, а в 713 году подверглась арабскому нашествию. Если не считать многочисленных, то и дело возникавших между эмирами и халифами стычек и войн за обладание Галисией, на всем юго-западе полуострова установилось на столетия арабское владычество, почти не встречающее сопротивления. Однако завоеватели не могли предотвратить возникновение в непокоренной Астурии, которая после Х века стала известна как королевство Леон, реконкисты — движения за освобождение захваченных земель. Уже в 955 году один из королей Леона предпринял осаду Лиссабона, и, хотя арабам снова удается от- стоять северные границы своего государства, проходящие по Дору, иберийцы оказывают им все более ожесточенное сопротивление: в 1070 году Брага, 1080-м — Коимбра, в середине XII века Ламегу и Визеу опять стали епархиями христианских епископов.