Это как будто сбылись самые заветные мои мечты. Но на самом деле я о таком даже не мечтала!

– Ты такая нежная, – шепчет он. – Такая теплая и родная… Просто невозможно от тебя отлипнуть!

Мы снова целуемся. Он все более настойчив. Как будто решил не уходить. Но… Нет. Не сегодня. Я не готова. И не только морально. Мне будет неловко за некрасивое белье, за отсутствие эпиляции, за то, что я все забыла и ничего не умею…

– Увидимся завтра, – наконец, произносит он. – Пойдем в ресторан. А потом ко мне. Да?

– Да… – не задумываясь, отвечаю я.

– Я позвоню.

– Я буду ждать.

И он звонит. Сразу, как только выходит от меня.

– Я уже соскучился.

– Я тоже!

– Инга Сергеевна, ты обедать идешь? – раздается голос моей коллеги Леночки Петровны.

Я вздрагиваю. Смотрю на часы. Я же в обед записалась на эпиляцию! Вскакиваю, бегу, на ходу вызывая такси.

– Инга Сергеевна… – раздается за мой спиной.

– Я вернусь к двум!

В такси ловлю свое отражение в зеркале. Безумный искрящийся взгляд, блаженная улыбка, ярко-рыжие волосы, оттеняющие зеленые глаза…

Вчера Борис сто раз повторил, что я красива. И сейчас я сама это вижу.

Именно в этот момент я испытываю горячую благодарность своей дочери, которая еще год назад почти насильно отвела меня в салон красоты и передала в руки своего мастера. До этого я закрашивала седину хной и была всем довольна. Пока не увидела результат работы профессионального колориста. Медно-рыжий сделал мое лицо ярче, подчеркнул белизну кожи и оттенил брови и ресницы.

Лера еще и на массаж лица меня записала, и я постепенно втянулась, стала ходить регулярно. Еще и йога, на которую я пошла, чтобы избавиться от болей в спине, сделала меня немного стройнее.

Да, в последнее время я стала выглядеть лучше. Как будто готовилась к этой встрече!

* * *

На эпиляцию я хожу к своей бывшей однокласснице Маринке Крыловой. Ну как хожу… очень нерегулярно. Она ругается.

Но это больно! А мне, вроде как, незачем.

Ну, понятно, ноги к лету и все такое. Это надо. Но иногда проще и легче побрить.

А сейчас…

– Мне надо срочно. Все.

– Полная эпиляция?

– Да.

– В том числе глубокое бикини, правильно я понимаю?

– Да… – выдыхаю я.

– Раздевайся.

Мне кажется, или в голосе Маринки звучит радостное предвкушение? Если бы я верила в реинкарнацию, я бы не сомневалась, что в прошлой жизни она была палачом. И с таким же наслаждением рубила головы, как сейчас обдирает лобки и подмышки.

– Свидание? – спрашивает Маринка.

Я киваю.

– Поздравляю.

– Ай! – пищу я. – Ой! Ой-ой-ой!

Это больно. Очень!

– Хороший мужчина?

Я киваю.

– Ну, тогда терпи.

И я терплю, стиснув зубы и вспоминая объятия Бориса. А Маринка развлекает меня разговорами.

– Сколько ему лет?

– Не знаю… Примерно как мне.

На самом деле может быть и сорок пять, и пятьдесят. И даже сорок. Он в прекрасной физической форме. У него есть пресс! Твердый, как стиральная доска. Я еще не видела, но очень хорошо чувствовала, когда он прижимал меня к себе. А я еще я чувствовала, что природа его щедро одарила…

А у меня от природы лишняя растительность. И сейчас я лежу, раскорячившись в позе бабочки, и страдаю. Еще мне нужно купить красивое белье. Вымыть и уложить волосы. Нанести легкий макияж. Придумать, что надеть. Может, чулки под длинное платье? Или это слишком?

А он, наверное, перед свиданием просто примет душ и наденет чистую рубашку…

– Ай! – не могу удержаться от вскрика.

Я думаю, ему скорее, ближе к пятидесяти. Если судить по глубине складки между бровями… Хоть бы он не оказался младше меня! Пусть будет старше. Хотя бы на пару месяцев. Глупо, но мне так спокойнее.

– Чем он занимается? – не отстает Марина.

– Не знаю…

Гоняет на мотоцикле. Говорит, что он профессиональный пилот. Больше он мне ничего не рассказал. А я не спросила. И о своей работе тоже ему не рассказывала.

О чем мы вообще разговаривали? Мы ведь не молчали.

О детстве, о ловле раков, о сладостях, о теплой осени и о том, какие необыкновенные у меня глаза. И – красивые бедра…

Наконец-то экзекуция закончена.

– Чувствую себя ощипанной курицей, – бурчу я, одеваясь за ширмой.

– Ты моя нежная курочка! – смеется Маринка. – Зато теперь тебя можно жарить.

Звучит грубо. Но ведь это правда. Разве не к этому я готовлюсь?

Боже, неужели уже сегодня…

Чувствую легкую панику. Я вообще не помню, как и что… И я не хочу считать, сколько лет прошло с того момента, когда меня в последний раз жарили.

Неважно. Это как кататься на велосипеде. А уж с таким крутым байкером… домчим с ветерком.

Я не собираюсь ломаться. Я ни за что не откажусь от такого подарка судьбы…

Борис

– Борт 312, разрешаю взлет, – звучит бесстрастный голос диспетчера.

– 312-й, взлет разрешен, – отзываюсь я.

Перевожу рычаги вперед. Самолет дрожит, набирая разбег. Кресло вибрирует, ремни давят на грудь, пульс мелкой дробью стучит в висках. Я сто раз это делал. И все равно – волнуюсь.

Второй пилот произносит:

– Скорость живая.

Желтые огни взлетки ускоряются и сменяются красными. Полоса начинает ускользать. Еще секунда – и мы взлетим. Должны взлететь.

Но – нет. Шасси не отрываются от земли. Мы никуда не летим. Я не лечу.

Я просыпаюсь с ощущением давящей пустоты в груди… Каждый день одно и то же!

Я – сбитый летчик. Списан по состоянию здоровья. Это гребаное состояние здоровья всегда ломало мои планы и мою жизнь.

Нет, в целом я здоров. Как бычара. Но есть нюансы…

Похрен. Отбрасываю одеяло. Собираюсь по привычке вскочить и с разбега ворваться в новый день. Но внезапно зависаю, расплывшись в блаженной улыбке.

Инга…

Снова падаю на подушку. И – проваливаюсь в ощущения. Нежная шелковистая кожа, подрагивает под моими пальцами. Мягкие губы податливо раскрываются мне навстречу. Роскошная попка ерзает на моих коленях. И – глаза. Как она на меня смотрела… На меня никто никогда так не смотрел.

Подушка как будто пахнет ее волосами… Глюк. Но хороший. Предвосхищающий будущее.

Я никогда не валяюсь в кровати. Не даю себе размякнуть. Но сегодня я размяк, размечтался.

Поднимаю себя за шкирку. Иду в ванную. Чищу зубы. Потом кухня. Стакан воды. Выхожу на террасу и прямо в трусах начинаю делать приседания и отжимания.

Стою в планке. На кулаках. На одной руке. Немного понтуюсь.

Как будто Инга сейчас на меня смотрит…

Если бы смотрела – ее бы смутила одна очень выступающая деталь моего фюзеляжа. В планке можно стоять без рук!

На улице с утра чуть ли не мороз, а днем, наверное, распогодится. Золотая осень. Прекрасное время. Люблю этот хрустящий утренний воздух.

Люблю смотреть, как вдалеке, в рассветной дымке, взмывают ввысь самолеты. Специально купил дом с видом на аэропорт. Со второго этажа очень живописная панорама открывается. Инге понравится.

Мля, замечтался, на планерку опаздываю!

* * *

С утра до обеда, как обычно – бешеная свистопляска. Звонки подрядчиков, согласование ремонтов и сроков, выезды на объекты, затыкание внезапных “дыр”. Мы занимаемся строительной техникой. Аренда, ремонт, обслуживание. Я – совладелец компании и управляющий партнер. Ворвался в эту сферу после того, как меня признали негодным для полетов. Были связи. И, в целом, все идет неплохо.

С обедом сегодня припозднился. Перехватил что-то на ходу. Но кофе выпил спокойно, в хорошей кофейне. Кофе для меня – ритуал. Минуты спокойствия и умиротворения.