– Боюсь, что профилактика – это не совсем то, о чём ты думаешь. Мы хотим немного почистить твои мозги.

Сказанное довольно быстро дошло до Шимес. Её лицо исказилось, она попыталась встать и смыться. Но для неё было всё кончено. Я имею в виду, для прежней Шимес.

Наши сознания жалами вонзились в мозг Шимес и заставили её замереть на месте. Осторожно манипулируя тоненькими щупальцами, мы, как хирурги, осторожно раздвинули защитные стенки и вошли внутрь сознания.

То, что оставалось во мне от Повелителя Мрака, и моё собственное сознание отыскивали зло, тщательно проверяли его, затем скатывали в тугой комочек и уничтожали. Следом за мной шёл Пьер. Его разумы Дракона и Повелителя Мира ещё раз анализировали оставшиеся мысли и заполняли освободившиеся места.

В этом деле я полностью доверял Пьеру. Что он давал взамен, мне не известно, но я догадывался. Хотя бы примерно.

Так, шаг за шагом, мы двигались по всему обширному зданию мозга, проверяя все закоулки и вытаскивая на свет божий всё, что могло повредить не только самой Шимес, но и окружающим. С особым удовольствием я размазал всю память, отведённую Милаху.

Я долго думал, стирать ли ту часть, где было моё присутствие. И Пьер снова пришёл мне на помощь.

– Это пусть останется.

– Зачем тебе это?

– Женщине нужны мысли о своих победах.

– Это не похоже на победу!

– Я сделаю все, как надо.

– Ну-ну.

Больше мы не возвращались к этой теме.

Продолжалось это, наверное, целую вечность.

Мы изрядно потрудились, и когда всё было закончено и наши щупальца вернулись на своё место, я просто рухнул без сил. Никогда бы не подумал, что мозг женщин хранит столько всего. Поди, пойми, что вот это хорошее, а вот это плохое! Но тем не менее дело было сделано и повернуть назад невозможно.

Мы уложили Шимес рядом с Илонеей. Она очнётся через час, и тогда мы сделаем все, чтобы вернуть назад Илонею. Я устало опустился в кресло и закрыл глаза. Как я устал!

– Файон! Какой она будет, когда очнётся?

– Старик, у меня раскалывается голова!

– Всего один вопрос. Пожалуйста!

Если этот парень хочет, чтобы я ему ответил, он своего добьётся, даже если я умру.

– Она будет такой, какой её сделал ты сам.

Надеясь на порядочность Пьера, я расслабился и неожиданно для себя забылся спокойным сном человека, который выполнил своё дело до конца. Это был самый спокойный сон в моей жизни. Никаких сновидений. Ни ужасов, ни кошмаров. Даже белый снег не снился мне.

Просто тихая, спокойная тишина…

Тихий, спокойный сон ушёл. 'Осталось только тишина. Пьер дремал рядом, и я пожелал ему спокойного отдыха. Блаженно вытянув ноги, я погрузился в думы о Илонее.

Словно я был на вокзале и ждал поезда, в котором она вот-вот должна приехать. Это будет просто чудесно. Мы отправимся с ней в наше королевство, где нас ждёт её мать. И наш народ. Самый лучший народ в этом мире. И люди, и домовые, и лешие. Я устрою такую роскошную жизнь в королевстве, о которой никто никогда и не мечтал. Я буду любить свою маленькую Илонею, и мы наплодим много маленьких мальчишек и девчонок. И жить мы будем в тихом маленьком домике, на берегу тихой и…

Безумный крик заставил меня подскочить.

Пьер, чуть не свалившись с кресла, подбежал ко мне.

– Что это было?

Если бы я знал! Пусть всё, что угодно, но только не с ней.

– Женщины!

Мы бросились вон из комнаты, перегоняя друг друга и встретились вместе, споткнувшись о дверь. Она была заперта.

– Чёрт! Где оружие? Где мой меч? Я скользнул взглядом по комнате. "Лучшего" нигде не было.

– Пьер, сделай что-нибудь!

– Что?

Растерянные, мы стояли друг перед другом и с ужасом смотрели на дверь. Одна и та же мысль мелькнула в наших мозгах, и тихий стон разлился по комнате.

– Шимес.

– Пьер! Разве это возможно?

– Не знаю, я ничего не знаю.

– Но ты же последним ушёл из неё. Могло с ней что-нибудь случиться?

– Её сознание чисто от зла.

Я готов был бросаться на стены, выбрасываться в окна. Окно! Вот это!

Пьер, угадав мои мысли, уже мчался к окну.

Неожиданно он остановился.

– Слушай!

Я прислушался к тишине и услышал странный звук. Незнакомый. И тихий-тихий. Словно кто-то скользил сквозь камни. И он был близок.

– Не понимаю!

– Оно у самых дверей.

– Значит, оно прошло мимо комнаты с Шимес и Илонией.

– Тогда…

– Тогда всё кончено.

Дверь скрипнула и медленно отворилась.

На пороге стояла Шимес.

– О Боже! Как ты нас напугала! – я сполз на пол. Рядом примостился Пьер, со лба которого падали крупные капли пота.

– Что это был за крик?

– Крик?

Я только сейчас обратил внимание на глаза Шимес. Это были не её глаза. Перед нами стояла настоящая голубка. А лицо?!

– Почему вы так смотрите на меня?

Господи, что Пьер сделал с её голосом! Теперь главное, чтобы он не ошалел от привалившего счастья. Но вернёмся к крику. Меня это продолжало волновать больше всего.

– Шимес, так что это был за крик?

– Крик души, милый друг, – весьма приятно!

– Интересно, чей?

– Разве ты не просил меня помочь тебе?

– Что? Значит…

– Конечно! Она ждёт тебя! Она пришла к тебе.

Шимес отстранилась, и передо мной предстала Илонея. Говорить, что она была прекрасна? Зачем? Говорить, что глаза её светились разумом? Зачем? Говорить, что она звала к себе?

Зачем? Зачем?!

– Сергей!

Душа моя взлетела под небеса, а я сам оторвался и поплыл к ней. К моей единственной и любимой.

Но неожиданно её образ стал тускнеть. И стали тускнеть все остальные образы и лица.

Нет! Только не сейчас! Только не сейчас! Дай мне ещё минуту! Господи, как ты жесток! Как жестока любовь….

Глава 10

ЭТО НЕ СОН

Сбивая с ног зазевавшихся прохожих, держа перед собой огромный букет роз, по направлению к городскому Дому Бракосочетания летел молодой человек, бешеный от переполнявшего его счастья и предвкушения ожидаемого будущего. Когда он почти уже добежал до своей цели, неожиданно появившийся из-за угла автомобиль обдал его дорогой белый костюм фонтаном грязно-серых брызг, превратив молодого человека в грязно-серый коврик для вытирания ног.

Совсем другое дело я. Я никуда не спешил, считая, что с этим делом торопиться не стоит.

И хотя именно сегодня, буквально через полчаса, я женился на самой прекрасной женщине, я был совершенно спокоен.

В руках я держал три невзрачных цветка, которые я спёр с какого-то огорода. Интересно, что скажет Илонея при виде этих мочалок? Нет.

Так дело не пойдёт! Начинать совместную жизнь в экономии не стоит.

Не раздумывая, я швырнул букетик в урну и направился к ближайшему цветочному ларьку. Через пять минут в моих руках цвели, благоухали и завлекали проходящих мимо женщин три розы. Как раз такие, какие любила Илонея. Почему любила? Она и сейчас их обожает.

Но меня она обожает больше.

Довольный собственным откровением, я не стал сдерживать шаг и поспешил навстречу своему счастью. Единственное, что меня немного смущало, так это то, что, когда я покупал розы, цветочница многозначительно посмотрела на меня и сказала что-то о шрамах, которые всегда украшают мужчин. Что она имела в виду?

Я подошёл к витрине какого-то магазинчика и посмотрел на своё отображение. М-да. С моим лицом явно не всё в порядке.

Четыре ярко-красных шрама проходили по всей левой щеке, начиная от мочки уха и до самого подбородка.

– Что, приятель, какая кошка тебя так отблагодарила?

Я послал любопытного парня подальше, а сам растерянно огляделся. Прошлое, словно изображение на фотографии, начало медленно проявляться, заставляя меня с каждой секундой дрожать всё сильнее.

Неужели это случилось снова? Я был там!

Я все помню. Похищение, Шимес, Пьер Абан и Илонея. Илонея! Она же осталась там, в том мире!

Розы вырвались из рук и зажгли горячий асфальт по моими ногами. Кто-то пытался собрать их, какие-то вопросы, удивлённые взгляды…