Его
голос
был
хриплым,
а
глаза
искрились
желанием.
Если
быя
могла
увидеть
свое
отражение,
я
была
уверена
, чтооно
былобы
зеркальным
отражениемего, - Если
тебе
нужно
спрашивать,
значит
,ты
явно
деградируешь...
Я
подняла
голову
и
прикусила
его
нижнюю
губу.
- А не
будет
линеправильно
смоей
стороныспросить
, не являетсяли
это
очередной
уловкой?
-Его
губа
дернулась.
-
Да, -
Я
слегка
коснуласьего
подбородка
кончиком
носа, -
Всееще
сожалею
об
этом...
В
ответ
он
наклонил
голову
и
провел
обжигающую
дорожку
поцелуев
от
моего
уха
до
кончика
подбородка. - Я
хотел
бы
знать
,что
изменилось,
-
сказал
он,
касаясьгубами
чувствительной
кожи
моей
шеи, - Я
хотел
бы
знать... -
Ещебольше
поцелуев -
...что
стобой
действительно
все
впорядке.
-
Я...
-
Он
снова
приблизился
к
моей
щеке
сдругой
стороны
и
коснулся
губами
кончика
моего
уха.
Что
бы
я
нисобирался
сказать
, этоулетучилось
вместе
со
всем
остальным
миром.
Я
оттолкнула
его,
и
он
,должно
быть
,подумал
, чтоя
хочу
, чтобыон
остановился,
потому
что
на
мгновение
замер
,прежде
чем резковыпрямиться.
Когда
я
стянула
с
себя
рубашку,
его
глаза
заблестели
от
дикого
предвкушения.
Но
вместо
того, чтобысократить
расстояние
между
нами,
которое становилось всеболее
болезненным
,он
остался
наместе,
глядя
на
меня
сверху внизголодным,
оценивающим
взглядом
,но
также
ис
чувством
беспокойства, - Поговори
со
мной.
Я
соскользнула
с
кровати
и
подошла
к
тому месту,где
он
стоял.
-
Ты
действительно
этогохочешь?
-Я
подняла
палец
и
прикоснулась
кончиком
к
неровному
шраму
чуть ниже его
сердца.
Я
провелапальцем
по
контуру,
наша
кожа
едва
касалась.
Он
на
мгновение
зажмурился
и
резко
вдохнул,
-
Потому
что
,похоже
,ты
хочешь
чего-то
другого.
Он
открыл
глаза
и
приблизил
свое
лицо
кмоему
в несколькихдюймах.
-
Я
хочу
тебя.
-
Он
провел
губами
по
моей
щеке,
слишком
быстро
коснувшись
их.
-
Всю
тебя
.
Он хотел объяснений, и, честно говоря, разве я могла его винить? Я, то вела себя напористо, то холодно в течение нескольких месяцев. Сначала я его заводила, а потом, когда мой мозг начинал сбоить, тут же его отвергала. С явной неохотой он потянул меня обратно на кровать, сел рядом, схватил край одеяла и накрыл им мои плечи.
-
Ты
была
прав,
-
сказала
я.
-
Я
винила
тебя
в
том,что
случилось.
Подожди.
Это
не совсем так.
Скорее,
я
винила
тебя
за
то, что тыпозволил
этому
случиться.
- У
меня
не
быловыбора,
Дез.
Если
быя
не
вернулся
с
ними,
ты
бы
умерла.
-
Я
не
это
имела ввиду.
Эту
часть
я
поняла.
Это
было... - Как
я
могла
сказать
это
, чтобыне
показаться
ребенком?
- Какая
-точасть
меня
винила
тебя
за
то, что тыне
разглядел ложь Кирнан.
За
то, чтоне
любил
меня
настолько
,чтобы
бороться
с
Шестой
,которая
исказила
твой
разум.
В
его
глазах
промелькнуло
что-то
жестокое, - Дез,
я ...
Я
покачала
головой
и
прикрыла
его
рот
ладонью,
-
Все
это
повергло
меня
в
уныние,
Кейл.
Может
быть,это
потому
,что
твоя
любовь
ко мне…
такая
чистая.
Такая
настоящая.
Наверное
,я
думала
,что
ты
сможешь
с
этимбороться.
-
Я
боролся.
Ноэтого
было
недостаточно.
-
сказал
он
почти
шепотом.
Стыд
в
его
глазах,
ненависть
к самому себевызывали
уменя
тошноту.
Я
сама
поспособствовала
этому,
сделала
все
в
тысячу
раз
сложнее
,чем
нужно.
Для
нас
обоих.
Не
из-за того, что я так себячувствовала
,я
имела
полное
право
быть
раздавленной
случившимся
,а
из-за того, чтоне
поговорила
с
ним.
Я
должна
была
быть
честной
и
с
самого
начала
сказать
ему
, чтоименно
я
чувствовала.
-
И
теперь
я
это
знаю.
Он
на
мгновение
замолчал,
-
Дез...
Ты
все
еще
не
сказала
мне
,что
изменилось.
Ну,
во-первых,его
голос.
Тщательно
контролируемая
агония
исчезла,
сменившись
тем,
что
я
могла
бы
описать
толькокак
едва
сдерживаемый
гнев.
Было
невозможно
незаметить
маленькие
струйки
черноты
,стекающие
с
его
пальцев.
-
Эйбл
и
Зик.
Они
затащили
тебя
в
машину
,когда
ты
была
наулице.
Верно?
А
-а-а.
Теперь
все
встало
на свои места.
Кейл
был
умен.
Он
сложил
два
и
два,
и
четверка
, которуюон
получил,
не
слишком
-тообрадовала,
-
Очевидно,
все
было
не
так
просто.
-
Он
использовал
свою
способность
на
тебе,
-
Его
голос
стал
мрачнее,
тише.
Он
сжал
в
кулаках
мягкую
ткань
одеяла,
из
складок
которогосочилась
чернота.