Пловцы вошли в ласковую и теплую воду и толкали плывущий ствол дерева перед собой. Скоро вода достигла уровня груди. Тогда зулус обхватил ствол дерева руками, держаться ему было неудобно, ствол так и норовил перевернуться в воде. Охотник поддерживал зулуса и направлял дерево на середину реки. Будем надеяться, что здесь, в верховьях Тугелы, кровожадные крокодилы, как гарантировал их проводник, не водятся. (В конце 20 века внутри одного крокодила, пойманного тут, в Зулуленде, найдут 22 металлических жетона для собак и кольцо с бриллиантом). Вскоре бур поплыл, тихо заскользив по глади вод.
Река здесь была не столь широка, но течение было довольно сильным, их сносило вниз. Ничего, не страшно, при слабом свете неполной луны понять стороннему наблюдателю, что там, в воде такое, было не возможно. Стрелять же по ним в таких условиях точно никто не будет. Переправа прошла успешно, уже через десять минут охотник нащупал под ногами речное дно. Он жестом показал зулусу, что тот может идти сам, но зулус оцепенел от ужаса, вцепившись в ствол дерева. Пришлось толкать его еще какое — то время. Скоро и ноги зулуса стали цепляться за дно реки, и он постепенно начал приходить в себя. И вот оба гонца поднялись на глинистый берег. Куда же теперь идти и где искать зулусское воинство?
Охотник нашел подходящее место и разжег костер, чтобы просушить намоченную одежду и согреть озябшие в воде члены. Зулус понял, что все самое страшное уже осталось позади, и тоже ожил. Скоро он рискнул и схватив лежавшую у огня палку направился к видневшемуся неподалеку одинокому дереву акации. Подойдя к нему, он начал стучать по стволу своей палкой. Здесь, возле воды, звук разносился очень далеко.
Барабаны или тамтамы издавна служили африканцам для передачи сведений на дальнее расстояния. Каждый зулус обладал своим уникальным идентификационным кодом, позволяющим определить от кого именно передается сообщение. Так что зулус несколько раз простучал, что он жаждет встречи с воинами. Барабаны — это телеграф и оркестр африканца, его радио и телефон. Белый человек не может сделать и шагу по Африке, без того, чтобы каждый его шаг не опережала новость о его передвижении. В 1877 году во время знаменитого путешествия Стэнли вниз по Конго был установлен рекорд передачи барабанами данных — более 1600 километров. Теперь оставалось только ждать утра. Сообщение передадут дальше, кому следует.
С первыми проблесками утренней зари, когда Мкопане проснулся, ему первым делом сообщили, что посланцы его союзников — мабуна (буров) прибыли и ждут его на северо-западе. Вождь, внутри, так оставался диким зверем, норовистым, хищным, и осторожным, поэтому он на секунду задумался. Ему казалось, что вся белая раса насчитывает всего каких-нибудь сто тысяч человек (вдвое меньше зулусов), а королева Виктория живет где-нибудь в горах в своем краале. У костра Мкопане, ожидая его решения, сидели двадцать три воина, завернутые в одеяла, которые, чтобы скоротать время, нюхали табак или курили данку, местную коноплю.
Остальное многотысячное войско костров не разжигало, тишину соблюдало полнейшую и, по зулусскому выражению, "воины спали на копьях". "Что же послушаем, что они скажут" — подумал чернокожий полководец и стал собираться к ним на встречу. Увидев, что военный вождь принял решение, воины выколотили трубки, убрали коробочки с нюхательным табаком, подвешивавшееся к мочкам ушей, и прихватив свои щиты из бычьей кожи и смертоносные ассегаи с широкими наконечниками, вскочили на ноги. Уже через полчаса Мкопане вместе со своим эскортом из сотни чернокожих воинов, одетых в зеленые обезьяньи шапки и белые перья полка Тулвана двигаясь легким бегом, словно свора охотничьих псов, неутомимо преследующих добычу, распугивая встречных буйволов, направился на северо-запад по весенней саванне, по направлению к истокам реки.
Несколько часов зулусы провели в дороге, окружаемые мирными картинами африканской природы. Вокруг пели пташки, пасся домашний скот; полоски травяной земли сменялись россыпями камней и немногочисленными мимозовыми деревьями. Наконец, когда день уже клонился к вечеру, они увидели отряд чернокожих воинов бегущих к ним навстречу. Сблизившись с ними, Мкопане понял, что среди встречных есть посланец мабуна, из тех зулусов, что ушли в страну находящуюся за высокими горами, служить белым. Это был молодой чернокожий воин в одной умуче (набедренной повязке) и в ожерелье из бабуиновых клыков. Его он носил с изяществом и щегольством африканского щеголя. Его второй товарищ, белый охотник, не смог бы выдержать такой темп передвижения и остался ожидать возле переправы. Все остановились, усталые люди повалились на землю. Пока Мкопане принимал подробный доклад от встречных воинов, объяснивших ему обстановку, чернокожий посланец буров терпеливо ждал, но очередь дошла и до него.
— Говори! — потребовал Мкопане, всем своим внешним видом излучая величие.
— О инкози (многоуважаемый) Мкопане, Черный буйвол, сотрясающий землю, большой королевский индуна (вождь) Амазулу (людей неба), позволь мне передать тебе мое послание. Великий мабуна (бур) приказал передать тебе, что на второй день, если считать от сегодняшнего, самый дальний форт умлунгу (англичан), этих белых гиен, на священной реке будет взят. Великий мабуна также хочет, чтобы храбрые зулусы переправили там беспрепятственно тысячу своих бесстрашных воинов и помогли ему взять следующий форт белых псов, тот, что около Крокодильего брода. Тогда остальное твое войско сможет легко пройти там и вторгнуться в страну Белых людей с черными сердцами- торопливо доложил ему посланец.
— Как твое имя? — поинтересовался Мкопане, пока обдумывая услышанное.
"Риск, конечно, тут есть, но бывают случаи, когда приходится рисковать и самым осторожным. Конечно, броды в верховьях реки не удобные, течение там сильное и зулусы не любят там переправляться, но когда воины на войне пекутся о своих удобствах? К тому же если я успешно и без особых потерь перейду реку и захвачу броды, то ко мне могут присоединиться и другие военные вожди и я смогу возглавить, страшно представить, шесть или семь тысяч воинов"-подумал он.
— Меня зовут Сильвана (дикое существо) — ответил польщенный зулус, тем, что вождь благородной крови хочет узнать имя умфагозана (низкородного человека).
Мкопане пока продолжал размышлять, если все задуманное удастся, то через три дня его войско переправиться и тогда уже через неделю на расстоянии пяти пеших переходов к югу от реки Тугелы и не останется ничего белого и живого. Белый человек в этой стране окажется в такой же опасности, как овца, преследуемая целым прайдом голодных львов. Но никогда нельзя щадить слабого врага, ибо, если он станет сильным, тебя он не помилует.
— Хорошо, да будет так- величаво сказал черный полководец- я сам поведу тысячу своих самых лучших воинов. Воины, готовьтесь к великой войне — последней войне между белыми и черными! Говорю я Вам: я перебью всех этих ничтожных белых людишек; мои импи (отряды) сожрут их с потрохами. Я сказал!
И скоро гром тамтамов раздавался над окрестностями, распугивая диких животных и птиц. Мкопане вызывал на северо-запад, к верховьям реки Тугелы тысячу отборных зулусских воинов, полк Умситую, отличающихся своими черными щитами и черными перьями.
ГЛАВА 9.
В тоже утро, когда военный вождь зулусов Мкопане собирался встречаться с посланцем буров, их воинство уже входило в городок Ледисмит. Крохотная армия из чуть более двух сотен человек, включая полтора десятка черных головорезов. День был чудесный, было очень тихо, казалось, природа уснула, нежась в лучах весеннего африканского солнца. Этакое затишье, повисающее над городом, в ожидании грядущей бури.
Город Ледисмит сам по себе — жуткая дыра. Настоящее крысиное гнездо! Ничего, видали мы и похуже. Городок встречал нас полупустыми улицами, те немногие люди, что не спрятались по домам, собирались в маленькие группы у дверей своих домов или по углам улиц; над всем городом сгустилась какая-то зловещая атмосфера, редкие прохожие передвигались быстро, но почти бесшумно, все говорили в полголоса. Жизнь замерла, весь мир, будто прислушивался, только не понятно к чему. Похоже, что англичане спинным мозгом почувствовали, что дело может дойти до кровопролития. Кое-кто из самых осторожных горожан, даже попытался смыться из города, но мои конные разъезды уже заняли позиции на всех выездах из города, и таких "умников" останавливали под угрозой оружия и задерживали.