— Они его сожгли до того, как ты ушел? — спросил Барс.
— Зажгли, — тихо сказал мальчишка. — Черный руку протянул к дровам и вроде как пальцами щелкнул. Дрова и занялись сразу, будто их жиром облили. А ведь дождь шел, мокрые были дрова…
— И рот чародею не заткнули?
— Нет. Я уходил, а он что-то кричал… Только я не понял, что он кричал…
— А инквизитор — не трус. Слово держит. Пообещал, что отпустит для перерождения, и отпустил. И проклятия не испугался…
— Вот, — сказал старик.
Барс открыл глаза, посмотрел на изрезанное морщинами лицо, потом перевел взгляд на кожаный мешок, который старик держал обеими руками перед собой, словно хотел показать, что именно там лежит.
Сверху Барс заметил несколько резных фигурок, плетеный кожаный пояс, в глубине мешка тускло блеснула какая-то посуда…
— Пошли мальчишек глянуть вокруг. Прикажи только, чтобы они не бежали и, упаси Светлый, не прятались. Пусть идут, ветками шелестят, хворостом трещат… И как только увидят кого — сразу кричали… Ну там, чтобы дядя не бил, что они их старшего ищут… Понятно?
— А мешок?
— Мешок — тут оставь. Как найдете… — закончить Барс не успел, послышались странные звуки, будто кто-то бил металлом о металл. — Не нужно посылать мальчишек. Всех своих собери, посади на землю и смотри, чтобы никто никуда не побежал. И мне дай троих… Можно баб покрепче… А то я один не дойду… Давай быстрее, старик…
К Барсу подошли две молодки, подняли его с постели, словно в нем вовсе не было весу. Третья взяла мешок.
— Вот где железо стучит, — сказал Барс, — туда и пойдем. Только вы уж меня простите, бабоньки, я сегодня тот еще ходок.
— Ты только договорись, — сказала одна из молодок низким грудным голосом. — Мы тебя на руках отнесем. Только договорись.
И они почти отнесли его. Барсу было неловко и больно, но он молчал.
Они вышли из пущи.
Бабы вздохнули испуганно, увидев высокую фигуру в черном плаще с надвинутым капюшоном, неподвижно стоявшую недалеко от опушки. По бокам от черной фигуры стояли два гиганта, закованных в сталь. В руках оба держали громадные топоры. Наверное, это по топорам стучали гиганты латными рукавицами.
— Брат-инквизитор! — сказал Барс. — Извини, что я не могу подойти к тебе ближе. Я и стоять-то не могу толком, уж прости… Я отпущу женщин и сяду. А ты, если хочешь, подойди… Или так покричим друг на друга.
Барс шепотом приказал молодкам уходить. Те осторожно опустили его в мокрую траву и вернулись к односельчанам.
Инквизитор приблизился к Барсу и остановился в двух шагах. Лица инквизитора видно не было. Когда он заговорил, слова вылетали из темноты под капюшоном.
— Кто ты? — спросил инквизитор.
— Барс. Я был набольшим в ополчении. И водил малую дружину…
— Судя по ранам, это ты был на кресте возле тракта, — не вопрос прозвучал в голосе инквизитора, а утверждение или даже осуждение.
— Я, — ответил Барс и усмехнулся, подумав, что все его мучения оказались напрасны, что вот сейчас инквизитор прикажет одному из палачей, и тот восстановит закон одним только взмахом топора. — Я был на кресте.
— Странно… — проклокотало под капюшоном. — Ты, наверное, очень сильный человек. Трое суток на кресте…
— Ты хочешь справиться о моем здоровье? — осведомился Барс, чувствуя, что земля под ним начинает вращаться. — Или хочешь узнать, что нужно делать, чтобы выжить? Ничего, если тебя когда-нибудь прицепят на крест, то ты сам все быстро поймешь…
— Вряд ли, — сказал инквизитор.
— Вряд ли тебя прицепят?
— Вряд ли пойму…
— Ты, наверное, захочешь меня добить? — спросил Барс. — Закон, право Драконов, дарованное императором…
— Зачем? Это дело императора и Драконов. Инквизиции это не интересно. В мешке, я надеюсь, все, что было в деревне от шамана?
— Надеюсь, — тихо сказал Барс.
Черная фигура инквизитора двоилась и растекалась. Палачей Барс уже просто не мог рассмотреть, они превратились в два одинаковых туманных пятна.
— Как ты мог допустить, что тут поселился шаман? — спросил инквизитор. — Ты же должен знать…
— Я? Откуда? Я на этом краю Долины бываю редко. С этой стороны в Долину опасность не приходит… Не приходила, пока ваш император не решил… А там, на границе диких земель, все проще — кентавры, кочевые, шайки разбойничьи и караваны не пойми кого — купцов или бандитов…
— И там шаманов нет?
— У кентавров — нет. Дальше в дикие земли — не знаю. Может, у кочевых… — Барсу очень хотелось лечь и закрыть глаза, но он не мог себе этого позволить.
Он должен был хотя бы сидеть, раз уж не получалось стоять перед этим чудовищем.
— Ты не тронешь людей? — спросил Барс. — Они все отдали…
— Все отдали… — повторил инквизитор. — Если все — не трону. Пока.
— Что значит — пока?
— Пока они снова не найдут чего-нибудь такого… Испугавшись один раз, люди быстро приходят в себя и снова начинают делать глупости… Можно было, конечно, начать с них, преподать первый урок всем жителям Долины, но тогда кто бы обо всем этом рассказал? Я заберу проклятые вещи, а ты скажи селянам, чтобы они передали всем остальным — пришло время выбирать. Все, на чем лежит темная печать, должно быть вынесено из сел и деревень и оставлено до моего приезда… Если что-то не будет вынесено — я накажу…
— Тебе… тебе нравится вызывать страх? — прошептал Барс.
— Дурак, — сказал инквизитор. — Все вы дураки. Вы не знаете, чего нужно бояться… Никто из вас не знает…
Он поднял руку, откуда-то из мерцающего тумана появился человек в сером плаще, взял мешок с травы и снова растворился во мгле.
— Они могут вернуться в деревню, — сказал инквизитор. — И могут спокойно жить. Я изложил мои условия. Если они их исполнят, то…
— А от тварей в лесу — ты их будешь защищать, брат-инквизитор? Ты разве не знаешь, что в этих местах иногда только оберег спасает жизнь? А поразить восставшую из мертвых тварь чем-нибудь, кроме заговоренного оружия, очень трудно…
— Я изложил свои условия, — повторил инквизитор. — И я предоставляю выбор. Я не могу изменить людей, но выбор я дать могу…
— Между смертью и смертью?
— Смерть тоже бывает разная, ты ведь это знаешь… — Инквизитор бросил что-то к ногам Барса.
— Что это?
— Это лекарство. Тебе нужно побыстрее вылечиться. Всем нужно, чтобы ты побыстрее вылечился…
— Зачем?
— Кто-то должен все это объяснить жителям Долины… Думаю, что ты сделаешь это лучше других… ты похож на разумного человека. Даже после того, как ты попытался драться с армией императора… Я бы поговорил с тобой… Мне интересно узнать, почему вы решили… Но как-нибудь в другой раз. — Инквизитор повернулся к Барсу спиной и медленно пошел прочь.
— Зачем ты пришел в Долину? — крикнул вдогонку Барс.
— Орден идет куда должно и в должное время, — ответил, не оборачиваясь, инквизитор. — И никто не смеет становиться у него на пути.
— Я стану, — сказал Барс. — Если ты начнешь убивать — я стану…
— Тогда ты умрешь, — проскрежетал инквизитор. — Умрет всякий, кто попытается…
Барс упал спиной в траву, сил больше не осталось.
К нему подбежали, подняли, отнесли в Пущу.
Барс все рассказал. Успел рассказать, прежде чем силы окончательно оставили его. И даже после этого он смог удержаться на самой грани забытья.
— Нужно всех предупредить, — прошептал Барс. — Пошли людей к соседям, а те… Как при сборе совета… пусть передают… Инквизитор… Он не врет. Он держит слово… И тем, кто не поверит… кто попытается… смерть… смерть… И еще… Еще…
— Что? — спросил старик, наклоняясь к самому лицу Барса.
— Найдите наместника… В Долину пришел наместник — найдите. Как можно быстрее… мне нужно с ним поговорить… пока не поздно… И… Совет… — прошептал, уже теряя сознание, Барс. — Соберите совет… Я должен… должен… сказать… предупредить…
Он еще что-то хотел сказать. Он что-то должен был сказать… Объяснить, что произошло возле брода, попытаться объяснить, что он не виноват… Или все-таки виноват?