Я всё же засыпаю с этими мыслями. Утром меня будит медсестра. Снова нужно сдать кровь, затем я принимаю душ, завтракаю и иду на прием к врачу.

Анализы у меня хорошие, есть пара незначительных моментов, но врач говорит, что беременность протекает хорошо. Я чувствую облегчение.

Врач спрашивает меня про хронические и тяжелые заболевания в моей семье, затем задает вопросы про семью Ромы.

Всё узнает так досконально, что я немного теряюсь.

Я прошу доктора перевести меня в другое отделение, и она даже не спрашивает причин.

Понятно. Вся больница знает.

— Я могу вас выписать, — говорит врач, — будете приезжать на процедуры утром, потом часик — два лежать после капельницы и ехать домой.

— Точно всё будет в порядке? Я немного волнуюсь. Вы же знаете мою историю.

— Я не вижу никаких угроз прерывания беременности. Но сейчас важно соблюдать режим дня, следить за питанием. Если есть возможность, то больше отдыхайте, исключите всё неприятное общение из жизни.

— Последнее — это самое сложное.

— Не спорю, но сейчас это важно. Так что? Выписываем?

— Выписывайте. Раз вы говорите, что всё хорошо.

Я возвращаюсь в палату и собираю вещи. Затем беру ноутбук и ищу квартиру в аренду. Понимаю, что быстро ничего путевого найти не смогу, ездить смотреть и выбирать сейчас нет сил.

Поэтому нахожу гостиницу и бронирую номер.

Вспоминаю, что ключи от машины у Яна, поэтому вызываю такси.

Больницу покидаю будто воришка, постоянно смотрю по сторонам, не хочу, чтобы меня увидел Рома или, тем более, Маша.

Номер оказался красивым и уютным, с хорошим видом на реку, но я почувствовала себя тут немного одиноко. Переоделась в удобную одежду и устроилась с ноутбуком на постели, просматривая объявления о квартирах.

Нужно найти что-то приличное. Я не смогу вечно слоняться но гостиничным номерам, да и денег у меня таких нет.

У меня есть неплохие сбережения, на первое время хватит, но лучше быть экономной.

Квартиры попадаются ужасные, то плохой район, то отвратительное состояние. То, что приличнее, стоит очень дорого. Да. Это процесс не быстрый.

Ищу квартиру, а сама думаю о том, что не понимаю, как дальше жить в одном городе с Машей и Романом.

А если я встречу её на улице?

А если они будут вместе?

Может, стоит уехать в другой город? Но это неправильно по отношению к нашему ребенку. Он имеет право видеть отца.

Мои отношения с Романом — это мои отношения, на ребенка это влиять не должно.

Сложно! Почему всё так сложно?

Закрываю ноутбук и откладываю его в сторону.

Звонит мой телефон. Это Роман.

Не хочу отвечать. Несколько секунд раздумываю, но затем прикладываю телефон к уху и молчу.

— Лен, я знаю, что тебя выписали. Не знаю, где ты сейчас… Могу узнать, но не буду. Понимаю. У меня есть квартира, она после ремонта, там никто не жил, я могу прислать Яна, и он тебя туда отвезет. Можешь жить там. Я не хочу, чтобы ты таскалась по съемным квартирам и отелям.

— Ты видел мое заявление на развод?

— Да.

— И?

— Напиши мне, куда приехать Яну, он тебя отвезет.

— Что это за квартира?

— Я покупал квартиры на этапе строительства. Две продал. Одна осталась.

— Ром, что с разводом?

— Я позвоню позже.

Хочется разбить о стену телефон! Только он ничем не виноват. Это всё Роман, который снова ведет себя со мной так, будто я его клиент, а не жена, которой он изменил.

Мне не хочется пользоваться предложением Ромы, но я понимаю, что снять квартиру не так просто, как кажется. Нужно долго искать, потом оплачивать услуги риэлтора. Хорошо, если квартира будет с мебелью, а так придется еще и на обустройство потратиться.

Сдаваться не хочется, поэтому я снова сажусь за поиск квартиры. Звоню арендодателям, в основном это агентства, часть квартир уже сдана.

Гостиничный номер оформлен на сутки, но я могу продлить.

Решаю пока не спешить и остаться в гостинице.

На следующее утро еду в больницу на капельницы, затем пару часов лежу в палате. Собираюсь и хочу ехать к себе в номер, но у дверей больницы встречаю Романа.

— Что ты тут делаешь?

— Мне сообщили что тебя перевели в другую больницу.

— Ром, что ты хочешь?

— Поговорить, пойдем в машину.

Мы садимся в машину и некоторое время молчим, но затем Роман начинает разговор.

— Я не хочу трепать тебе нервы. Ситуация ужасная. Не отрицаю, но это произошло. Я не хочу с тобой разводиться.

— Хочешь жить как раньше? — я усмехаюсь.

— Нет. Как раньше не хочу. Когда мы поженились, то я хотел, чтобы ты стала счастливой, видимо, я делал что-то неверно.

— Ты меня предал.

— Предал. А ты закрылась и не подпускала меня к себе, но я еще верю, что всё может измениться.

— Я так не думаю.

— Я сейчас еду в больницу. Забираю сына домой, нашел специальные лампы, врач будет приходить на дом.

— Маша поедет с тобой?

— Нет. Маша завтра поедет в санаторий.

— Она приходила ко мне, просила тебя отпустить. Думает, что вы построите семью и будете счастливы. Объясни мне, чего ты добивался? Она забеременела и что ты сделал? Решил, что заведешь вторую семью? Я понять не могу, чего ты ждал? Если бы Маша не сказала о ребенке, то я бы и не узнала?

— Я бы рассказал.

— Когда ребенок пойдет в школу? Ром, ну поставь себя на мое место. Что бы ты чувствовал, если бы я так поступила? У тебя ребенок с другой женщиной!

Неприятная тошнота наполняет рот. Я сглатываю. Смотрю по сторонам, в поисках воды.

— Есть вода?

— Нет, — Рома заводит машину, — тут заправка рядом, сейчас купим.

Я не хочу никуда ехать с Романом, но тошнота усиливается. Я думала, что токсикоза на таком сроке уже быть не может.

Меня окатывает волна жара, а перед глазами пляшут белые пятна. Облокачиваюсь на спинку и немного её опускаю.

— Что с тобой?

— Тошнит, — стараюсь глубоко дышать, — ты же знаешь, такое бывает…

Рома останавливает машину у заправки. Никогда не ощущала подобного, будто всё тело напряжено и, если пошевелить хоть пальцем, то накатывает новая волна тошноты.

Я вижу, как Рома выходит с заправки с бутылкой воды.

Открывает дверь и в этот момент содержимое моего желудка не выдерживает. Я наклоняюсь в открытую дверь.

Меня тошнит. Идеальные туфли Ромы выпачканы, и почему-то это вызывает у меня смех.

— Попей воды, станет легче.

Тошнота резко отступает. Я пью воду. Затем сажусь обратно в машину и облокачиваюсь на спинку кресла, закрываю глаза.

— Такого с тобой раньше не было. Поехали в больницу.

— Нормально всё, я только из больницы.

— Значит найдем другого врача. Это ненормально.

— Просто съела что-то не то…

Пытаюсь отговорить мужа, но не могу. Во всём теле чувствуется слабость. Мне бы сейчас лечь в постель и поспать.

— Ром, не нужно в больницу. Отвези меня в гостиницу.

— Лен, даже если это отравление, тебе нужен врач и лекарства. Ты бледная, дрожишь.

Рома останавливает машину.

Я понимаю, что выхода нет. Я могу продолжать врать, но он заставит меня пойти к врачу и не оставит одну. Я знаю своего мужа. Он щепетилен по отношению к моему здоровью.

— Лен, я помню, как ты раз потеряла сознание, когда киста перекрутилась. Ты снова хочешь? Тогда ты тоже говорила, что ничего страшного.

— Сейчас это другое.

Рома выходит из машины и открывает мою дверь, подает руку, чтобы я вышла.

— Ты только тут была, может быть, это последствия капельниц. Пойдем. Если сама не пойдешь, то я позову медсестру и они тебя отвезут на каталке.

— Мне правда лучше, — вру я, потому что накатывает еще одна волна тошноты, я перегибаюсь пополам, но желудок уже пуст.

— Женщина, почему с тобой бывает так сложно?!

Рома подхватывает меня на руки и несет в больницу.

— Ты постоянно говоришь, что всё нормально, а потом я наблюдаю как ты глотаешь обезболивающее и плачешь. Сейчас тебя осмотрят, если ничего не найдут, то поедем в другую больницу.