— А теперь я должен разобраться с этим юным испорченным созданием, — продолжила фигура на троне, указывая трясущимся пальцем в перчатке на Эмили, — которое совершило тягчайшее из всех телопреступлений, и к тому же в весьма неподходящее время. Дитя, я очень разочаровался в тебе.

Эмили разразилась новыми рыданиями.

— Так вы ее преследовали? — Рени пыталась осмыслить все происходящее. Изумрудный Город! Страшила! Тот старый фильм! — А как вы намерены поступить с нами?

—  Увы, боюсь, мне придется вас казнить. — Обрюзгшее лицо Страшилы сложилось в гримасу наигранной печали. — Полагаю, это ужасно, но я не могу допустить, чтобы вы тут повсюду бегали, устраивая неприятности. Видите ли, вы объявились в разгар войны.

Он посмотрел вниз и поманил летучую обезьяну пальцем:

— Уидли, будь паинькой, фильтры мне тоже смени, пожалуйста.

ГЛАВА 10

МАЛЕНЬКИЕ ПРИЗРАКИ

СЕТЕПЕРЕДАЧА/СПОРТ: Тигр на поводке

(изображение: Кастро тренируется с другими игроками «Тигров»)

ГОЛОС: Эльбатрос Кастро был одним из игроков с подмоченной репутацией, согласившихся на условие подписанного им контрактавживление следящего импланта. Это устройство позволяет руководству команды в любой момент знать, что спортсмен ест, пьет, курит и даже вдыхает. Однако Кастро, видимо, первый, кто воспользовался глушителем чипа и тем самым создал серьезную юридическую проблему для МБ А и своей команды «Тигры Батон-Руж ГенПродукт Байю», прошлогоднего чемпиона Североамериканской Конференции…

Пока мама смотрела на какую-то ненастоящую женщину, Кристабель отвернулась от нее и подкралась к зеркалу. Она решила, что, расхаживая в помещении в темных очках, похожа на Ханну Мэнкиллер из шоу «Внутренние шпионы».

— Румпельштицкин, — произнесла она настолько громко, насколько осмелилась. — Румпельштицкин!

— Кристабель, что это ты там бормочешь в зеркало? Ни слова не понимаю. — Мама взглянула на девочку. Ненастоящая женщина продолжала говорить. Кто-то из покупателей, торопясь, прошел прямо сквозь женщину-призрака, которая на мгновение покрылась рябью (как лужа, когда на нее наступаешь), но так и не перестала говорить.

— Ничего. — Кристабель выпятила нижнюю губу. Мама ответила тем же и отвернулась, чтобы слушать голограмму дальше.

— Мне не нравится, что ты ходишь здесь в темных очках, — сказала она через плечо. — Еще наткнешься на что-нибудь.

— Не наткнусь.

— Ладно, ладно, — мама взяла ее за руку и повела в глубь магазина. — Наверное, у тебя сейчас очередная трудная фаза.

Кристабель предположила, что «Трудная Фраза» — это когда говорят, выпятив губу. А может, это когда она отказывается снимать книгоочки. Мистер Селларс предупреждал, что родители не должны узнать, что у нее теперь особенные очки.

— И вовсе моя Фраза не трудная, — заявила она, стараясь сгладить ситуацию. — Я просто слушаю «Лягушачьего Принца».

Мама рассмеялась:

— Ладно. Ты победила.

Кристабель нравилось бывать здесь. Здорово было уже сесть в машину и уехать с базы, но «Сиуолл-центр» стал ее почти любимейшим местом в мире. Торговый центр разочаровал Кристабель лишь однажды, когда она была совсем маленькой. В тот раз девочка подумала, что в «Сиуолл-центре» живет Сова из «Винни-Пуха», любимой сказки Кристабель, которая так себя и называла — Уол. [8] Весь день Кристабель ждала, что увидит Сову, и лишь когда на обратном пути девочка стала плакать и жаловаться, что никакой Совы в магазине нет, мама объяснила, что центр не имеет ничего общего со сказочной Совой.

В следующий раз Кристабель понравилось в «Сиуолл-центре» гораздо больше, и во все остальные поездки тоже. Папа всегда считал, что ездить туда просто глупо, раз поездка в один конец занимает три четверти часа (он всегда именно так и говорил: «Это же три четверти часа в один конец!»), а все нужное можно купить или в магазине на базе, или просто заказав, но мама сказала, что он не прав. «Только мужчина способен всю жизнь покупать вещи, даже не пощупав сперва ткань или не взглянув на стежки», — заявила она в ответ. И всякий раз, когда мама это говорила, у папы становилось такое лицо, как будто он произносит Трудную Фразу.

Кристабель любила папу, но в этом случае признавала мамину правоту. Тут лучше, чем в магазине на базе и даже в Сети. В «Сиуолл-центре» почти так же здорово, как в парке аттракционов да что там говорить, если внутри действительно есть парк аттракционов! И круглый театр, где можно смотреть сетевые шоу на экране, который больше, чем дом Кристабель. И еще там есть герои мультиков, которые ходят или летают рядом с тобой, шутят и поют, и ненастоящие люди, которые появляются и исчезают, и замечательные представления прямо в витринах магазинов, и много всего прочего. А самих магазинов там столько, что Кристабель даже представить не могла. Есть магазины, где продают только губную помаду, или только наноодежду, как у Офелии Вейнер, и даже один магазин, где нет ничего, кроме старинных кукол. Эти куклы не ходят и не разговаривают. Они вообще ничего не умеют, зато они такие красивые! Кукольный магазин стал у Кристабель любимым, хотя в нем и чуточку страшновато — заходишь, а на тебя смотрят множество глаз на множестве лиц. Мама даже сказала, что на следующий день рождения она сможет прийти сюда и выбрать любую старинную куклу. И, хотя до дня рождения еще долго, поездка в «Сиуолл-центр», где она приходила в этот магазин и присматривала себе необычную игрушку, обычно становилась лучшим событием недели. Кристабель ее так предвкушала, что накануне даже не могла заснуть. Но сегодня она была совсем несчастной, и мистер Селларс ей не отвечает, и она здорово испугалась того странного мальчишку, которого опять видела прошлой ночью за окном.

Кристабель с мамой находились в магазине, где продавалось все для того, чтобы устроить барбекю, когда Лягушачий Принц смолк, а вместо него послышался голос мистера Селларса. Мама в это время искала какую-то вещь для папы. Кристабель немного отошла — так, чтобы мама ее видела — и притворилась, будто разглядывает большую металлическую штуковину, больше смахивающую на космический корабль из мультика, чем на жаровню для барбекю.

— Кристабель, ты меня слышишь?

—  Ага. Я в магазине.

— Можешь сейчас со мной говорить?

—  Ага. Только негромко.

— Так вот, я увидел, что ты несколько раз пыталась со мной связаться. Это важно?

—  Да. — Ей хотелось рассказать ему все. Слова теснились во рту как щекотливые муравьи, и Кристабель хотелось выплюнуть их всех сразу. Рассказать, как за ней следил мальчишка, и почему она не сказала тогда о нем мистеру Селларсу (ведь она была виновата в том, что не смогла сама перекусить проволоку в ограде). Рассказать все.. Но к ней уже направлялся продавец из магазина. — Да, важно.

— Хорошо. Сможешь завтра? Сейчас я очень занят кое-чем другим, малышка Кристабель.

— Ладно.

— Как насчет в 15.00? Ты сможешь прийти после школы. Это хорошее для тебя время?

—  Да. Мне надо идти. — Она сняла книгоочки, едва Лягушачий Принц снова заговорил.

Продавец из магазина (низенький, толстенький и с усами, похожий на папиного друга капитана Перкинса, только помоложе) улыбнулся ей до ушей:

— Здравствуй, девочка. Очень симпатичная машина, правда? «Магна-Джет Адмирал», самая современная. Мясо в ней никогда не касается решетки. Хочешь купить такую для папочки?

— Мне пора идти, — сказала она и направилась к маме.

— И тебе всего хорошего, — сказал продавец.

Кристабель крутила педали изо всех сил. Она знала, что у нее мало времени. Маме Кристабель сказала, что ей надо полить свое дерево после школы, и мама разрешила, но дома надо было быть уже в 15.30.

Все ученики в классе мисс Кэрман посадили деревья в Саду Китайской Дружбы. Правда, пока это были еще не деревья, а зеленые прутики с листиками, но мисс Кэрман сказала, что если они станут их поливать, то когда-нибудь прутики обязательно станут деревьями. Своему дереву Кристабель налила побольше воды еще по дороге в школу, чтобы потом выкроить время для встречи с мистером Селларсом.

вернуться

8

Owl — сова (англ. ). А фраза «See Wol Center в буквальном переводе с английского означает „Центр «Увидеть Уол“.Тут я не согласна. Перевести лучше Оул — по транскрипции. — прим. Лагиф