— Я слышу тикающих людей поблизости, — объявил !Ксаббу. — В большой комнате под нами.

— Сюда они не войдут, — пренебрежительно сказал Страшила. — Когда эти двери закроются, им потребуется несколько дней, чтобы прорваться внутрь.

— Итак, как нам выбраться? — потребовала ответа Рени.

Страшиле, шея которого по-прежнему была чересчур раздута, пришлось повернуться к ней всем туловищем.

— Мне придется над этим поразмыслить. Вам нужен проход, не так ли? — Он пристроил свой бесформенный подбородок на одной ладони и приставил указательный палец к бледному виску.

— Черт подери! — закричал Азадор из угла комнаты. — Уберите от меня эту тварь!

Рени обернулась и увидела, как Эмили отступила назад, губы ее дрожали. Похоже, девушка наконец поняла, что ее знаки внимания не нужны Азадору. Рени стала между ними.

— Держись поближе ко мне, — сказала она девушке.

— Но он был моим необыкновенным генри, — сказала Эмили с дрожью в голосе. — Он называл меня милым маленьким пудингом.

— Да? — Рени бросила на Азадора взгляд, исполненный отвращения. — Что ж, новости из РЖ: иногда мужчины бывают просто набиты дерьмом.

Тот, к кому относилось текущее высказывание, закатил глаза и сложил руки на груди.

Страшила всплеснул вялыми руками:

— А! Конечно! Вы можете отправиться на Фабрику. Там есть проход. Там, где Река бежит через очистные сооружения.

— Фабрика? — спросил Азадор. — Это же оплот Дровосека!

— Ага. Но у себя под носом он не бдит так усердно, как здесь. Здесь, где играется эндшпиль. — Король Канзаса начал сдуваться. Его пухлые черты лица приняли озабоченное выражение. — Но вы не можете позволить ему поймать эту девушку. Если он поймает Дороти, вся игра закончится.

— Для тебя это игра! — Рени в отчаянии покачала головой. — Все это люди, которые страдают, умирают? и все равно это всего лишь игра?

Теперь Страшила изо всех сил старался держать голову прямо.

— Всего лишь? Ты что, издеваешься? Да я из этой симуляции два года почти не вылезал, только чтобы заменить жидкости и фильтры там, в РЖ, и вот поди ж ты. Я потерял примерно пятнадцать процентов моей костной массы, черт возьми, у меня атрофировалась мускулатура — весь букет к вашим услугам! Я отдал все, что у меня было, этому сим-миру, я держался за него, даже когда эти, кто бы они ни были, вылезли из другой симуляции и вышибли моих компаньонов. Теперь я собираюсь взорвать себя и все это здание, чтобы сволочь Дровосек и его жирный дружок не наложили на мой мир свои лапы, а это значит, что у меня уйдут недели, чтобы придумать, как вернуться обратно в страну; и ты говоришь: «это всего лишь игра»? — Страшила потер свое обвисшее лицо, — Это ты выжила из ума.

— В последнее время ты бывал в офлайне?

Он скосил взгляд на Рени:

— Пару дней не был. Но, полагаю, теперь у меня будут небольшие каникулы, хочу я того или нет. А почему ты спрашиваешь?

Рени пожала плечами:

— Без всякой конкретной причины.

Но она подумала: «Тебя ждет сюрприз, парень». Только потом до нее дошло, какой черствостью является подобное поведение с ее стороны. Возможно, жизнь этого человека была под угрозой: они все еще не имели представления, что означали изменившиеся правила Иноземья.

— Нет, это неправда, — поправилась Рени. — Есть важная причина. Мы думаем, что-то происходит со всей Сетью. У людей… возникали очень странные проблемы. Они не могут выйти в офлайн. И вещи, которые происходят здесь, могут влиять на людей и в РЖ, — Рени не смогла бы кратко объяснить свои тревоги, но она старалась предупредить товарища по несчастью. — На твоем месте я постаралась бы уйти в офлайн обычным способом, прежде чем совершить виртуальное самоубийство.

Страшила широко раскрыл оба глаза в притворном изумлении, но стоявший позади него Азадор, казалось, встревожился.

— У-у! Спасибо, леди. Когда я окажусь в твоем мире, я тоже непременно надаю тебе кучу ненужных советов. — Он повернулся к Азадору, как будто решил, что тот был единственным, к кому стоило обращаться. — Над этой комнатой идет воздуховод — прямо там, за решеткой. Если хотите, можете выйти по нему сразу на крышу или вниз в подвал, однако в вертикальном канале застревать надолго не стоит. Понимаете?

Азадор кивнул.

— Когда выберетесь наружу, можете пройти через город к реке и таким путем попасть к Фабрике. Или делайте все, что пожелаете. Но вам лучше поторопиться, потому что я не могу ждать вечность. Примерно через пятнадцать минут после того, как последняя из ваших задниц исчезнет в воздуховоде, это место взлетит на воздух, как салют по случаю дня Организации Объединенных Наций. Больше я ждать не смогу. Я разваливаюсь на части.

!Ксаббу прошел вперед и встал на задние лапы перед соломенным человеком, который отчаянно проседал.

— А ты не можешь надуть себя сильнее? — спросил бушмен.

— Не думаю, что швы на этом теле выдержат еще хотя бы одну процедуру наполнения. А если они разойдутся прежде, чем я совершу задуманное — это конец. Так что проваливайте отсюда к черту, ладно?

— Скажите мне только одно, — сказал !Ксаббу. — Кто такая Дороти, о которой вы говорили? Вы сказали, что мы должны уберечь девушку.

— Это часть общего устройства нашего сим-мира, — голос Страшилы делался тихим и писклявым. — Пост-апокалипсис. Последствия ядерной войны. Уцелевшие не могут воспроизводиться. Множество тетушек Эмили и дядюшек Генри, и все — стерильные. Так что существует миф о девочке, которая родится от одной из эмили. Та самая Дороти, ясно?

Он глянул впавшими нарисованными глазами на !Ксаббу, который явно не понимал его.

— Ну все, валяйте! — Его голос дрожал. — Убирайтесь с глаз моих.

Страшила включил настенный экран, на котором появилось изображение Нового Изумрудного Города в осаде. Несколько приземистых зданий горели, а по разрушенным улицам громыхали, как двуногие танки, тиктаки.

Когда сначала !Ксаббу, а затем и все остальные с трудом пролезли в вентиляционную шахту, Страшила высоко воздел свои вялые руки.

— Я видел такое, во что вы, люди, никогда бы не поверили, — стал декламировать он писклявым от гелия голосом. Казалось, чучело разговаривало само с собой или с экраном. — Горящие штурмовые корабли на берегах океана Нонэстик. Я видел, как сияют и вспыхивают магические мушкетоны подле дворца Глинды. Все эти мгновения затеряются во времени, как слезы под дождем, — голова Страшилы осела, отчетливо было слышно, как из него уходил воздух. — Время… умирать. [15]

Уходя в шахту последней, Рени задержалась, чтобы сделать последнюю попытку:

— Страшила… не знаю, кто ты на самом деле… я ничего не выдумываю. Я думаю, что люди, возможно, умирают из-за того, что происходит в онлайне. По-настоящему умирают. С Сетью творится что-то очень неладное.

Соломенный человек извлек потайную панель из стены и с большими усилиями своими негнущимися пальцами включал один за другим переключатели.

— Господи, — вздохнул он. — Ты точно знаешь, как испортить хорошую прощальную речь.

— Но это же важно!

Он закрыл глаза и зажал руками в перчатках те места, где должны были быть уши.

— Кто-то что-то говорит? Я ничего не слышу…

Рени вздохнула и повернулась, чтобы ползти вслед за остальными.

Несколько минут спустя они вывалились из вентиляционной шахты на усеянную гравием крышу. Снаружи был день, но едва различимый. Беспокойное небо покрылось уродливыми черными облаками, а горячий, влажный воздух пах электричеством. Рени решила, что пока они находились внутри, здесь прошло еще несколько торнадо. Непересыхающий ручеек пота струился меж ее грудей и стекал вниз на живот.

Как оказалось, река находилась в глубине Фабрики — темного скопления резервуаров для хранения горючего, трубопроводов и неуклюжих низких зданий. После непродолжительного спора они решили продвигаться через железнодорожную развязку, а затем пересечь Фабрику по возможности самым коротким путем, проведя на территории Дровосека не больше времени, чем было необходимо, чтобы добраться до реки. Возле фронтона бетонного дворца Страшилы они увидели группки павших духом генри, которых погоняли тиктаки, но служебный двор и рампа пустовали, так что Рени и другие беглецы спустились по водосточной трубе на землю и побежали к боковой ветке железной дороги, подальше от основной, туда, где стояли несколько вагонов.

вернуться

15

Страшила произносит вариацию на тему монолога Рэя из фильма «Бегущий по лезвию». (Прим. перев. )