— У вас приглашение на две персоны. — глядя на нас четверых заявляет мне лакей в ливрее.

— Ты, что, глаза разуть не можешь? — включил я режим сноба играя на публику. — За мной следует моя собственность, она слишком дорога, чтобы оставить ее без охраны хотя бы на мгновение! Не так давно террористы захватили дирижабль и угрожали взорвать его, только для того, чтобы вывезти ее за границу Империи. За неделю мне пришлось бросить три вызова на дуэль проявившим излишний интерес к моей рабыне! Недавно, команда татей ради нее тайно ворвалась в мой смертельный особняк!

Я чуть перевел дух, давая народу в параллельных очередях десятка входов осознать услышанное и продолжил:

— А ты, смерд, предлагаешь мне оставить такой эксклюзив в машине? — я уже почти орал на съежившегося лакея. — Да и вообще! Согласно «Кодекса аристократов», рабы и охрана персонами не являются! Уяснил, невежда?

А после, гордо продолжил путь, чуть придерживая левой рукой эфес парадно-боевой шпаги.

Уже войдя услышал шепотки за спиной:

— А ловко он свою пару любовниц протащил на бал! Надо будет в следующий раз так попробовать.

— Не выйдет! К следующему поправят «Положение о балах» и такой финт не пройдет.

Я мысленно улыбнулся, главное, что сейчас это прокатило. В следующий раз мне и самому подобное не потребуется, это сейчас, перед представлением нового рода мне требуется максимальная известность, пусть даже она будет с налетом скандала.

Пока мы шествовали до бальной залы сестренка опять завела свою шарманку про поведение на балу.

— Все помнят как себя вести? Братик?

— Не ввязываюсь в конфликты, больше слушаю меньше говорю, танцую, если приглашают.

— Светлана?

— Хожу за Семеном чуть сзади, молчу и улыбаюсь. Если он идет танцевать — ухожу к колонне. В разговоры не вступаю.

— Суссана?

— Приглядываю за господином и Светланой.

— И давайте без самодеятельности, дуэлей и прочего!

— Семен и Ольга Комаришкины! — объявил распорядитель бала, а затем, чуть замешкавшись добавил: — С сопровождением.

Именно последняя фраза заставила многих обратить свой взор на нашу четверку. Помощник распорядителя вручил сестренке бальную карточку и попробовал проделать тоже самое с билдерняшкой и личной рабыней, но они, заинструктированные Ольгой даже не взглянули на него.

Мы привлекали изрядное внимание. Суссана возвышалась на голову над собравшимися, ее эластичная форма охранницы туго обтягивала стати подчеркивая рельеф мышц. Мужчины прикипали взорами и только тычки веерами от спутниц заставляли их перевести взгляд. Скользнув глазами по нам с сестренкой их взгляд натыкался на широкий черный чокер (*) с гербом рода Комаришкиных на горле Светланы.

* Чокер — вид украшений плотно прилегающее к шее.

Улыбки понимания озаряли лица и внимание возвращалось снова к нам с сестренкой. Теперь уже разглядывали с интересом — кто это такой наглый, что притащил рабыню на Имперский бал.

— Вы немедленно должны освободить девушку!

Мы еще не успели пройти и десятка шагов, как на меня налетел нагловатый тип в излишне нарядном камзоле.

— А иначе что? — вежливо поинтересовался я. — Вы вызовите меня на дуэль?

Борец за права рабынь оглядел меня, задержал взгляд на шпаге, которая, не смотря на предание ей лоска, всем своим видом показывала — кровь она пила не раз и совсем не прочь отведать ее еще разок-другой. Далее взгляд скользнул по печатке главы рода и затравленно опустился, заметив легкие разряды на мгновение окутавшие костяшки пальцев правой руки.

Его парадное оружие было явно не для боя — укороченный вариант сабли ярко отделанный драгоценными камнями был хорош для подчеркивания статуса владельца, но не больше.

— Иначе я сообщу в полицию о нарушении закона! — нашелся нагловатый.

— Можете не утруждать себя. — улыбнулся я в ответ. — Григорий Всеволодович, инквизитор Имперской Службы, имел с девушкой беседу и не возражал против ее статуса.

Обогнув впавшего в ступор придворного наглеца мы отправились к фуршетным столам.

— И что это было? — удивленно пробормотала сестренка.

— Просто проверка от придворных. — пояснил я. — Местные лизобюды не любят, когда кто-то перетягивает от них внимание на себя.

Фуршет перед началом бала позволяет пообщаться, а девушкам заполнить бальную карточку партнерами по танцам. Интерес, который мы вызвали, позволил Ольге быть весьма разборчивой в выборе партнеров. Обычно провинциалки весь вечер стоят у стеночки или танцуют только со столь же провинциальными парнями.

Сестренка блистала. Этому способствовала не только наша скандальная известность, но и весьма затейливые украшения, которые я изготовил тренируясь в телекинезе из золотых побрякушек своей первой добычи в сейфе воровского притона «Темный уголок». Перепродавать или оставлять их себе — опасно, слишком многие из них были приметными, а так — стали материалом для тренировки.

— Интересный вы человек, — заметила подошедшая к нам девушка. — Стоите, перекусываете, не спешите разменять кратковременную узнаваемость на полезные знакомства.

Девушка, нарушающая традиции, была красива, золотистые волосы уложенные в сложную прическу обрамляли ее миленькое личико с высокими скулами. Нарочито простое бальное платье пошитое из дорогой ткани с небольшими, но весьма искусно сделанными золотыми украшениями, сильно выделялось из когорты пышных одеяний. А непосредственность с которой она подошла первой, да еще и начала разговор без представления — граничила с хамством.

Ну все прям как я люблю!

— Не позволите ли пригласить вас на танец? — предложил я в ответ.

— У меня вся карточка заполнена. — девушка улыбнулась, оценив мой нарушающий традиции предварительных расшаркиваний подкат.

Я пантомимно приложил ладонь к середине груди, показывая, что ранен отказом прямо в сердце.

— Ладно, ладно! — рассмеялась незнакомка. — Последний танец будет за вами!

Черкнув в бальной карточке, она улыбнулась на прощание и затерялась в толпе, которая начала окружать нас с ее появлением.

Фуршет продолжался. Я легко нахожу общий язык с людьми. Особенно, когда люди сами хотя завязать знакомство. Многие интересовались, как меня судьба свела со Светланой, видать не давал им покоя ее статус личной рабыни.

Я отшучивался не говоря всей правды, рассказывал, что спас ее от смерти при захвате дирижабля воздушными пиратами и она, в благодарность за спасение, принесла мне клятву рабыни, не смотря на мое сопротивление.

Народ улыбался, понимая, что я хоть и не вру, но весьма сильно интерпретирую факты. Лгать аристократам вообще опасно, а уж на Имперском бале и подавно. Вот смещать акценты истории основываясь на реальных событиях — вполне допустимо.

Нашелся даже смельчак предложивший выкупить Светлану у меня, но мой ответ «Оплата возможна только сталью» дал понять, что такие предложения просто неуместны.

На Суссану народ поглядывал с интересом, но вопросов по ней не задавал. Охрана, она и есть охрана, пусть и весьма экзотичная.

Когда объявили танцы Ольга упорхнула уведенная кавалером, а я с девушками отошел к колоннам.

— Ну как вам бал? — негромкой спросил я девушек, когда мы остались одни.

— Детская мечта сбылась! — почти шепотом ответила Светлана.

Суссана только угукнула что-то невнятное соглашаясь с моей личной рабыней.

— Посетить бал и увидеть принцессу Империи… — мечтательно продолжила Светлана.

— Принцессу? — я в удивлении обернулся к ней.

— У тебя с ней последний танец. — пояснила она — Ты, что не узнал ее?

Теперь стал ясен и весь ажиотаж знакомств. Последний танец предполагает и свидание после него. Многим такой фаворитизм ко мне может и не понравиться, но большинство предпочитает держать нос по ветру. Так же становилось и понятно поведение девушки. Она даже и представить себе не могла, что кто-то просто не узнает ее.