- Справедливости? - фыркает Ксана, тут же поняв, о чём я.
- Леся не чувствует себя уверенно, когда поёт, - поддерживает ту Аглая, не давая мне и шанса закончить мысль.
- Да, но она умеет петь, - замечаю уверенно.
- И что? Я умею вышивать крестиком, но не возьмусь участвовать в соревнованиях в прямом эфире, - жмёт плечом брюнетка.
- Вас всего трое, - произношу медленно, - видно каждую. И когда кто-то всю композицию улыбается, исполняя хореографический рисунок, то.
- Надя, перестань, - осекает меня Леся.
Встречаюсь с ней взглядом и застываю.
Откуда это выражение?..
- Не надо. Мы сами разберемся, - четко произносит подруга и отводит от меня взгляд.
Я её обидела?..
- В таком случае, предлагаю перейти к обсуждению номера ребят, - мягко переводит тему Екатерина Сергеевна.
- А ты жестокая, - слышу тихий голос Тимура и поворачиваюсь к нему.
- Я? - ничего не понимая, переспрашиваю.
- Тебе было бы неплохо научиться беречь чувства друзей, - только и произносит парень со странной ухмылкой на лице, а затем включается в разговор и напрочь забывает про меня.
Сижу на своём стуле, как оплеванная.
Вполуха слушаю обсуждение номера, затем, когда оно заканчивается, поднимаюсь вслед за всеми и плетусь на выход.
- Надя.
Останавливаюсь и смотрю в глаза директору.
- Я сказала лишнее? - спрашиваю голосом побитой собаки.
- Ты всё правильно сказала, но, как менеджер, допустила несколько ошибок, - негромко произносит Екатерина Сергеевна, глядя мне в глаза, - грубая правда всегда хуже мягкой лжи. Запомни это.
- Но я не хочу врать... - сведя брови, отвечаю.
- В работе с людьми тебе всегда придётся прибегать к хитрости и подбирать слова. Если ты каждый раз будешь рубить правду матку, от твоих услуг быстро откажутся. И не потому, что ты будешь плохим специалистом. Ты можешь быть лучшим специалистом.
Но если ты своим поведением влияешь на общий дух команды, то становишься ненужным и даже вредным элементом.
Молчу, опустив взгляд вниз.
Я ведь не хотела никого оскорбить. А потом и вовсе попыталась добыть для Леси хоть строчку соло в песне!
- Какая задача у менеджера, Надя? - спрашивает у меня Екатерина Сергеевна, спустя пару секунд молчания.
- Контролировать процесс. - неуверенно отвечаю.
Явно же вопрос с подвохом.
- Не только и не столько. Ты должна уметь мотивировать на работу. Тебе просто нечего будет контролировать, если процесс встанет.
- Я должна их хвалить? - поднимаю на неё взгляд.
- Не без этого, - улыбается женщина.
- А если не за что? - уточняю.
- Значит, ты плохой менеджер.
Поджимаю губы, пытаясь осмыслить услышанное.
- Все хотят любви, Надя. Критики нам в жизни хватает. Умение найти верное слово, верную интонацию и верный подход - самое большое достоинство делового человека.
- Но я даже не знаю, что им сказать, если нельзя указывать на недостатки, - пытаюсь пояснить.
- Ты должна уметь находить то, за что можно зацепиться; то, что можно развить... а в последствии это «что-то» может стать центром всего номера, - Екатерина Сергеевна склоняет голову, глядя на меня сверху вниз, а затем произносит намного мягче, - То, что Леся не владеет голосом так же уверенно, как Ксана и Аглая, не значит, что она должна днём и ночью сидеть с педагогом по вокалу, испытывая стыд и наращивая комплексы. Возможно, она никогда не научится петь так же хорошо. Но у неё отличная дыхалка. Она почти не устала за весь номер, хотя хореография была довольно сложной. Как менеджер группы, как ты считаешь, каким образом можно было бы использовать её выносливость?
Молчу, напряженно думая. А затем до меня доходит:
- Это ведь может быть речитатив?.. Что-то вроде рэп-части, но более мягкой. - замолкаю, после чего поднимаю широко раскрытые глаза на директора агентства, - а в прочем, с её темпераментом она способна и на настоящий рэп!
Женщина улыбается губами, глядя на меня с тенью покровительства в глазах.
- Думаю, ты сможешь навести её на мысль о таком соло. Педагога по речи я ей найду, если в этом будет необходимость, - произносит Екатерина Сергеевна и выходит из танцзала.
Стою, приободрённая, и смотрю ей вслед.
Я хочу быть полезной. Хочу помогать девчонкам. Хочу, чтобы они засияли всеми красками, когда придёт время представиться миру!
Иду к лифту, улыбаясь. Затем останавливаюсь и некоторое время тупо смотрю в стену: у меня неожиданно возникает вопрос - почему мама Тимура так добра ко мне? В отличие от сына, она действительно мне помогает.
И это странно.
Будь я на её месте, уверена, неизвестно откуда появившаяся девчонка дико бы меня раздражала. Ведь, по сути, Тимур привел меня и поставил мать перед фактом - бери! А моя заявка, уверена, уже давно погребена где-то в папке с мусором, как «не отвечающая запросам».
Разворачиваюсь и иду вперёд, понятия не имея, куда выведет меня коридор. Мне нужно время обдумать эту ситуацию.
Я же не слепая и не глухая? Екатерина Сергеевна собиралась уйти на свою встречу, и общаться со мной в её планы не входило. Но Тимур успел застать её на месте, и она вынуждена была дать мне шанс.
Зачем они это делают? Они оба?.. Нет, я не буду отказываться от такой возможности: вряд ли эта женщина бросает слова на ветер. Но всё же, мне интересно... Что не так с этой семьей? И кто из этих двоих, в итоге, дал мне шанс? Тимур? Или его мать?..
Застываю, наткнувшись взглядом на Лесю. Она стоит у стены и смотрит на улицу, обняв себя за плечи.
- Леся? - подаю голос, почему-то не решаясь подойти поближе.
Подруга поворачивает голову, но так и не поднимает на меня взгляда. А затем вновь отворачивается.
- Леся, поговори со мной, - прошу её, делая шаг навстречу.
- Я не знаю, что тебе сказать, - звучит глухой голос.
- Ты обиделась на меня.
- Обиделась? Наверное, - словно задумавшись над этим, протягивает Леся, - но точнее будет сказать: сегодня я задумалась над тем, подруги ли мы вообще?
- Ты что такое говоришь? - изумленно спрашиваю у неё.
- То, что чувствую, - и Леся, наконец, разворачивается ко мне.
- То, что я сказала по поводу хореографии, не должно было тебя задеть. Ты же понимаешь, почему я так сказала! Ты знаешь, что я имела ввиду! Мы не раз обсуждали это, когда просматривали ролики тех же к-рор фанатов с ютюба!
- Ты буквально сказала, что такая хореография никому не нужна! - бросает мне подруга.
- Я сказала, что у молодежи сейчас другие предпочтения, - поправляю её.
- Я - молодежь! - постучав ладонью себе по груди, вдалбливает в меня Леся, - И это мои предпочтения!
- Да, но ты не одна в группе! Аглая к середине песни задыхается! Такую хорягу из всех троих можешь потянуть только ты! - пытаюсь донести до неё.
И тут до меня доходит, почему девчонки так быстро поддержали меня.
- Какая тебе разница на тех, других?! Ты - моя подруга!!! - едва не со слезами на глазах заявляет Леся.
- Я твоя подруга, и это не изменится, - делаю ещё один шаг к ней и кладу руки ей на плечи, - но сегодня я должна была высказать своё мнение не как твоя подруга, а как наблюдатель со стороны.
- И ты решила встать на сторону Ксаны и Аглаи! - скидывает мои ладони Леся и отворачивается к окну.
- Я не вставала ни на чью сторону, - качаю головой.
- Ты делала замечания только в мой адрес! Ты дважды задела меня! А им ты ничего не говорила! Только Аглае, что той не хватает дыхания - и то, по МОЕЙ вине! Выходит, во всём только я виновата! Но самое ужасное - потом ты, наверно, решила, что слишком сильно меня загнобила! И заявила на весь танцзал, что мне нужно дать хоть строчку в песне! И я вынуждена была выслушивать о том, как неуверенно я пою!
- Я видела, как они обделили тебя сольной частью... - произношу, сцепив руки, - но, если совсем по-честному, ты сделала с ними то же самое.
- Что? - с удивлением спрашивает Леся, вновь поворачиваясь ко мне.