Камни арки зазвенели.

— Я Тар’гом, старший стражи Мшистого Грота, — представился великан через арку. — Ты убил трёх гончих и вернул нам Тэй’лу живой. За все годы моей службы никто из верховых столько для нас не сделал ещё до того, как переступил порог Грота. Так что говори прямо: чего ты хочешь?

Я зачерпнул со дна первого моря и толкнул посыл в арку. Глоток силы, ещё один. При таких расходах к утру буду общаться жестами.

— Ив Винтерскай. Свалился сюда месяц назад. Мне нужно научиться усваивать Пустоту, иначе в этом месте я долго не протяну. Тэй’ла сказала, у вас знают, как с ней обращаться. Платить готов собственным трудом.

— Все верховые готовы платить, — согласился Тар’гом. — Выяснить бы только, чем именно. Верена.

Женщина шагнула вперёд, заговорив вслух, по-человечески. От обычной речи у меня по спине пробежали мурашки. За последний месяц я не слышал ни одного другого человеческого голоса — только ворчание старика внутри головы.

— Меня зовут Верена, я местная учёная, — представилась женщина, расстёгивая футляр. Она говорила для меня вслух, а местным одновременно передавала смысл через арку. Похоже, за годы в Гроте она привыкла общаться сразу на двух языках. — Сначала я проверю тебя, потом кота. Стой спокойно, боли не будет.

— Погодите, — остановил я её, подняв ладонь. — Сначала объясните, что вы собираетесь делать и что ваша штука умеет видеть. Я привык знать, что мне суют под рёбра.

Верена вытащила из футляра костяное кольцо размером с блюдце. К ободу крепилась рукоять, а вокруг неё тянулись мелкие знаки. Внутри кольца воздух темнел, как над наконечниками копий, только слабее. Сквозь серую дымку стражи казались размытыми, словно за мокрым стеклом.

— Разумная просьба, — сказала Верена, кивнув без обиды. — Эта линза ищет метки Красных, следы их техник. Отдельно она проверяет внешнее подчинение. Если кто-то управляет тобой со стороны, артефакт это покажет. Ещё увижу отражение духовного моря: его глубину, природу силы и следы родословной. Помимо этого линза различает типы энергии в живом и неживом. Мысли она читать не умеет, так что в голову к тебе не полезу.

Услышав про отражение моря, я вспомнил раковину на столе у Ринн. Тогда я пропитал Второе море Пламенем Фиолетовой Бездны, и дознаватели увидели огонь. Кровавая основа сохранилась, но Пламя вросло в неё навсегда и при каждом касании скрывало её природу от артефакта. Вот только линза Верены работала на Пустоте. Полагаться на прежний успех с чужой незнакомой штукой было рискованно.

К тому же в созвездии оставался гримуар Разлома. Во дворце обосновался Вульфрам, а рядом плескалась Дина. Старик подчинялся мне по клятве, однако объяснять посторонним, как я держу в себе древнюю душу и живую черепаху, хотелось примерно так же, как предъявлять демоническую книгу.

Отказаться от проверки означало вернуться на верх, вот только за прошедшие дни я уже достаточно налюбовался здешними лысыми горами.

— Дайте хоть дух перевести, — попросил я у Верены.

Она опустила линзу. Я потёр переносицу и обратился к Вульфраму мысленно.

— Ты ведь молоты из воли создавал, когда пытался меня подмять. А спрятать кое-что от чужого взгляда сумеешь?

— Если она верно описала линзу, сумею. Отдельные отклики в отражении можно приглушить душевной силой. Твой дворец послужит мне опорой, так потрачу меньше. Но если она полезет внутрь, покров придётся защищать уже силой. На такой случай обещаний давать не стану.

— У дознавателей я прикрыл кровь огнём. Здесь сработает?

— Пламя до сих пор пропитывает море, его и увидят первым. А вот гримуар висит над ним во всей красе. Прикрою книгу, моря оставлю открытыми. Если спрятать всё, она сразу заметит вмешательство.

— И себя с Диной укрой. Разрешаю пользоваться силой дворца, только сеть не трогай.

— Книгу оставлю на месте. Дину заведу внутрь. Я сам охотно побуду за закрытой дверью, пока эта женщина разглядывает твои внутренности. Только на время осмотра, хозяин. Остатки моей души тоже поберечь бы стоило.

Заглянув в Первое море, я позвал Дину. Черепашка выбралась из воды, потопала к дворцу, а на ступенях отряхнула лапы. Вульфрам усадил её возле трона, затем приложил ладони к полу. От его пальцев разошлась пелена, которую старик растянул по стенам. От верхней башни он протянул её к гримуару, обведя вокруг удерживающей книгу сети.

— Готово. Пусть смотрит.

Снаружи Верена всё ещё ждала. Я опустил руку от лица и кивнул.

— Проверяйте.

Подняв кольцо на уровень моей груди, Верена медленно провела им от макушки до сапог. По телу пробежала слегка осязаемая щекотка. Я стоял с самым честным лицом, следя за происходящим в море души.

Вульфрам менял плотность пелены вслед за движением кольца. Сквозь нашу внутреннюю связь я чувствовал, как он приглушает присутствие Дины вместе со своим, подгоняя покров под отклик самого дворца. Над морем багровый отсвет гримуара исчез за пеленой, на которой играло сияние Пламени. Сеть я по-прежнему ощущал узел за узлом. Теперь оставалось дождаться, что увидит Верена.

— Меток нет, — сообщила Верена через арку. — Следов техник Красных тоже не вижу. Внешнего подчинения нет. Он чист.

Выдохнуть я не успел, потому что Верена вдруг остановила кольцо напротив моей груди и нахмурилась.

— А вот это любопытно, — сказала Верена, поводив линзой из стороны в сторону, словно наводила резкость. — У тебя два моря. Это само по себе редкость, но сейчас меня удивило другое. Твоё второе море связано с Хаосом.

По толпе за стражами прокатился гул. Копья не шевельнулись, и на том спасибо.

— С Хаосом, — повторила Верена и посмотрела на меня поверх кольца, — но не с Красными. Родство есть, поводка нет. Я такое вижу впервые за все годы здесь. Откуда оно у тебя?

— Наследство, — честно сказал я. — Длинная история…

Вульфрам продолжал прижимать ладони к полу дворца. Пока Верена разглядывала Второе море, старик удерживал пелену, а я следил за гримуаром. Линза различила Хаос, который несло Пламя Фиолетовой Бездны. Вот и хорошо…

Верена тем временем повернулась к Риду. Лишь когда щекотка от линзы стихла, старик стянул пелену обратно в ладони и сел рядом с Диной. Сквозь его плечо просвечивала спинка трона.

— Обошлось, — выдохнул Вульфрам. — Только повторять прямо сейчас не проси.

— Спасибо, — ответил я мысленно.

Рассчитывать на такую помощь при каждом чужом взгляде было бы наглостью. Зато сегодня старик дал мне возможность самому выбрать, кому и когда рассказывать о моих жильцах.

Кот сидел столбиком и разглядывал Верену с ленивым превосходством существа, которое за свою жизнь прошло больше проверок, чем она провела.

Она подняла кольцо, посмотрела, опустила. Протёрла обод рукавом и посмотрела ещё раз.

— Так, — сказала она медленно. — Всем сохранять спокойствие. В первую очередь мне.

— Что там?

— В его крови есть следы древнего демонического зверя, — ответила Верена. — Причём очень древнего. Такую глубокую родословную моя линза показывала лишь однажды.

Слово «демонического» арка передала всем вокруг. Тар’гом сразу снял копьё с плеча и направил его на Рида. Остальные стражи повторили за начальником раньше, чем я успел вдохнуть.

Рид зевнул. Во всю пасть, с подвыванием, продемонстрировав шести копьям полный набор клыков. Ей богу, дипломат от бога.

— Это мой кот, — сказал я, встав между Ридом и копьями. — Он со мной с первого дня. За это время Рид перегрыз немало тех, кто служил демонам, и ни разу не тронул своих. С Красными он не связан.

— Ив прав, опустите копья, — приказала Верена, вскинув ладонь раньше, чем Тар’гом успел принять какое-нибудь героическое решение. — Я вижу древнюю кровь, но никаких меток или внешнего управления здесь нет. Кот не связан с Красными и поселению не угрожает. Хотя… — Она снова посмотрела в линзу, уже с откровенным восторгом. — Вот это да. Я очень хочу его изучить. Такой древней родословной я не встречала уже много лет.