Беллатрикс уже открыла рот, собираясь объяснить историю с пеплом на скамье, но так ничего и не сказала.

Об Алексе?

Она сжала подвеску. Перед глазами вдруг встало лицо Бенио. Цветы горели, ученики пятились, а он продолжал улыбаться.

«Выбора у вас всё равно нет».

Ей он ничего сделать не мог. Она была сильнее.

Но при чём здесь её сын?

Глава 12

От парка к верхним дворцам вели лестницы и три подвесных моста. Камень под ногами с каждым шагом нагревался. Над последним мостом из кратера тянуло серой, пар поднимался сплошным столбом. Священный Горн висел настолько близко, что на его тёмных боках различалась каждая руна. Выше всех, у самого края кратера, стояли покои главы секты.

В покоях оказалось душно. Жаровня посреди зала горела так сильно, что воздух над ней дрожал, а глава секты сидел рядом в меховой накидке, протянув к углям сухие ладони. Узловатые пальцы с распухшими суставами даже над самым жаром оставались бледными.

— Садись поближе к огню, — глава кивнул на подушку рядом с собой, не отводя ладоней от углей. — Про парк мне уже донесли. Пепел вместо орхидей и Бенио с улыбкой. Половина учеников видела.

— Он устроил это при всех, наставник, поэтому при всех получил ответ.

— Именно. Канели сделали ход на глазах у секты, ты там же ответила. Сегодня всем смешно, зато завтра каждый клан в совете вспомнит, как Верховная старейшина поссорилась с Канелями из-за печенья. Пока я жив, ты ещё можешь себе это позволить.

— Наставник, прошу не напоминайте, — усмехнулась она.

Глава надолго замолчал и всё это время не отрывал взгляда от углей.

— Мне осталось совсем недолго, Беллатрикс.

Все заготовленные по дороге слова о Бенио рассыпались.

— Спорить со мной бесполезно. Точного срока не знаю, но времени мало. Секте нужен новый правитель. На этом месте я вижу только тебя. Силы и ума тебе хватает, к тому же мы верим в одно. Однако за тобой нет ни одного клана. Когда я умру, группировки в совете разорвут тебя уже на первом собрании.

— Что же вы предлагаете мне сделать?

— Канели предлагают союз. Ты выходишь за Бенио, получаешь пост главы вместе с голосами клана в совете, а они получают место у руля. Более того, они согласны принять тебя вместе с мальчиком, хотя он от другого мужчины, Белла. На моей памяти ни один большой клан на подобное не соглашался.

Беллатрикс сцепила пальцы на колене. Выходит, Канели делали ей милость, соглашаясь принять её сына. Великодушно закрывали глаза на существование Алекса.

— Нет.

— Хотя бы спокойно подумай…

— Шесть лет назад я уже всё решила, — Беллатрикс выпрямилась на скамье. — Я жду отца Алекса, который обещал дать мне ответ, когда станет практиком Небесного уровня.

— Ответ, — повторил глава и болезненно поморщился. — Прошло шесть лет. Он оставил тебя с ребёнком на руках и ушёл за своей рыбой. Разве так поступает отец? Или муж?

— Не смейте, он ничего не знал…

Глава резко оборвал её, не дав договорить. Достав из-под меха сложенный лист, он положил его на столик у жаровни. Беллатрикс сразу увидела сломанную печать разведки, точно такую же, какую утром она сломала у себя в кабинете.

— Я знаю содержание сегодняшнего доклада. Начальник разведки сообщает мне обо всём, что уходит из секты или возвращается в неё. Из Звёздного Провала не поднимаются даже практики четвёртой ступени. Твой рыбак мёртв.

Вот почему наставник заговорил сейчас. Утром доклад лёг к ней на стол, а уже к обеду ожерелье позвало наверх.

— Там написано «пропал без вести», — сказала Беллатрикс. — Тела нет. Над Провалом шестой год сидят трое и смотрят в дымку. Они ведь ждут его не просто так, наставник. Значит он жив.

— Даже если он жив, откуда тебе знать, с какими силами он вернётся? — глава отмахнулся, отчего мех на рукаве сполз с запястья и открыл тонкую сухую кость. — Но ладно, пока оставим его и поговорим о том, кто точно здесь. О твоём сыне.

Беллатрикс тяжело вздохнула.

— Вчера Алекс проехал на вепре через сад алхимиков, за что сегодня уже получил наказание.

— Речь о другом. Твой сын — самое ценное дарование нашей секты.

— Алекс? — она невольно усмехнулась. — Он до сих пор не может выдохнуть светлячка. Фальк пишет, что у него один дым.

— То что он сейчас ничего не может сделать, еще ничего не значит. Мальчик просто поздно раскрывается, и не без причины.

Грудь Беллатрикс замерла.

— Наставник, что вы имеете ввиду? — осторожно спросила она.

Старый глава секты откинулся на спинку кресла и сухо причмокнул губами, словно размышляя с чего начать этот сложный разговор.

— Думаю ты уже задавалась этим вопросом. Ты с детства была признана гением за превосходный талант культивации, и по логике наследования духовной силы твой ребенок должен был тоже получить талант как минимум выше среднего и твою родословную Огненного Феникса. То есть сейчас Алекс должен был бы быть самым одаренным среди своих сверстников. Так всё и было бы, если бы отец ребенка оказался обычным практиком, но как оказалось… — старик еще раз причмокнул губами. — Гены отца очень далеки от посредственных. Я не знаю точно, сколько именно Звёзд Таланта ему даровало при рождении Небо и какой именно родословной он обладал, какие виды магической силы в его крови были намешаны, но совершенно точно сила в его крови не уступает по древности и могуществу твоей родословной. А скорее всего даже намного впереди неё. Это очень редкий случай, настолько редкий, что я о нем лишь читал, но иногда, когда кровь обоих родителей сильна, она может дать синергетический эффект.

— Я не понимаю.

— Белла, у твоего сына Небесное телосложение Тиранического монарха пламени, — глава секты негромко произнёс название, и жаровня между ними на миг притихла.

Возникла пауза.

Будучи прилежной ученицей Беллатрикс читала очень много информации обо всем, что связано с огнем, в том числе о духовных телосложениях практиков поцелованных огнём. Это был вид тела особо легко совместимый с духовной энергией, который подобно родословной усиливал тот или иной тип культивации.

Однако, если родословная могла передаваться через кровь и ею могли обладать все члены соответствующей семьи или клана, то с телосложениями была другая ситуация. Духовным телосложением мог обладать только один практик в своем поколении, и чем сильнее было телосложение, тем реже оно встречалось в истории. Что касается небесного, то оно считалось сильнейшим в культивации.

И Беллатрикс знала про Небесное телосложение Тиранического монарха пламени. В истории оно встречалось лишь один раз, и было в глубокой древности. В те времена их континент и ныне именуемые святые земли были одним единым материком.

Практик обладавший этим телосложением всюду, где бы ни появлялся, сеял за собой лишь бедствия и разрушения. Слишком свирепой была его сила, как и характер. В то время десять сильнейших сект пришли к нему просить его утихомириться, покаяться за свершенные грехи.

Тиранический монарх пришёл в ярость от их наглой просьбы и одним ударом уничтожил всех. Но сила его удара была настолько превосходящей, что она расколола их материк на две части. Так и появились тогда два континента.

Беллатрикс сглотнула от одной только мысли, что у её сына может появиться такая ужасающая сила. Нет. То, что в древности приносило разрушения, не означает, что Алекс будет таким же. Ведь все зависит от владельца этой силы.

— Но если у него небесное телосложение, то почему же он отстает от других?

— Тело Алекса растёт быстрее души и уже далеко её опередило, отчего духовные каналы оказались стиснуты, хотя само небесное телосложение еще не пробуждено. Простая техника требует провести по ним жар, однако они его почти не пропускают. Вот почему выходит дым. Зато весь огонь вокруг слушается мальчика, когда тот злится. Сегодня утром у пруда пламя во всех жаровнях разом легло к нему, будто преклонялось перед своим хозяином.