Ричард лизал мне живот – быстрыми влажными движениями. Я глядела на него сверху вниз, и он поднял на меня карие глаза – человеческие.

– Я не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось, Анита.

Я не знала, чего ему стоило загнать зверя обратно, но понимала, что это было непросто. Ликантропы пониже рангом часто не могут остановиться, если начинают перекидываться. Конечно, спокойнее было бы, если бы в его карих глазах не было чего-то темного, принадлежащего самому Ричарду. Но это не был его зверь, это было что-то более глубокое, более человеческое: половой инстинкт. Даже вожделение не объясняет этот огонек в мужском взгляде.

Жан-Клод стоял у меня за спиной. Я его чувствовала. Даже когда он меня не касался, я ощущала его силу как холодный, шарящий ветер. Он коснулся лицом моих волос. Сердце у меня колотилось так, что я ничего не слышала, кроме грохота крови в ушах.

Жан-Клод отвел мне волосы в сторону. Губы коснулись моей щеки, и его сила захлестнула меня приливной волной, холодной, как ветер из могилы. Она текла через меня, разыскивая тепло Ричарда. Эти две энергии столкнулись, сцепились внутри меня. Стало невозможно дышать. Я ощутила в себе то, что могло вызвать мертвеца из могилы – магию, за отсутствием лучшего слова, и она вилась кольцами и пылала от них обоих.

Я попыталась оторваться от Ричарда, но его пальцы стиснули мне ребра. Руки Жан-Клода напряглись на моих плечах.

– Наращивайте силу, ma petite, не сопротивляйтесь ей.

Я подавила панику, дыхание вернулось, быстрое и прерывистое. Если я не возьму его под контроль, то упаду в обморок от гипервентиляции. Я должна была победить силу и свой собственный страх, и я терпела поражение.

Ричард чуть-чуть укусил меня за живот, рот присосался к коже. Губы Жан-Клода коснулись моей шеи, чуть покалывая. Руками он прижимал меня к груди, как младенца. Тепло от Ричарда у талии становилось все горячее, Жан-Клод за спиной был как холодный огонь. Я сгорала, как подожженное с двух концов сухое полено. Слишком много было силы. Она должна была найти выход. Что-то с ней надо было сделать, а то она сожжет меня заживо.

Ноги подкосились, и только руки Ричарда и Жан-Клода не дали мне упасть. Они вдвоем бережно опустили меня на пол, удерживая на руках. Сначала я коснулась пола плечом, потом руками, и я уже знала, куда можно применить эту силу. Она хлынула в пол, стала искать, искать, искать мертвых. Я перевернулась на живот. Руки Жан-Клода лежали у меня на плечах. Руки Ричарда были у меня под рубашкой, касаясь спины и шаря выше, но это уже было вторично. Надо было что-то делать с силой.

Я нашла мертвых, которые были мне нужны, но ничего не вышло. Сила продолжала нарастать, и я готова была вот-вот вскрикнуть, задохнуться от недостатка воздуха. Чего-то не хватало – какого-то шага, ингредиента.

Я повернулась на спину, глядя на них обоих. Они смотрели на меня. Глаза Жан-Клода стали сплошной полночной синевой. Они оба наклонились ко мне, Ричард ко рту, Жан-Клод – к шее. Поцелуй Ричарда почти обжигал. По шее скользнули клыки – Жан-Клод подавлял в себе желание пустить мне кровь. Соблазн царил повсюду. Чьи-то руки шарили у меня под рубашкой, и я не знала уже, чьи они. Потом поняла – руки их обоих.

Что же это за вещь, которая мне нужна, чтобы поднять мертвых? Кровь. Наверное, я произнесла это слово вслух.

– Что, ma petite? – спросил Жан-Клод, приподнявшись и глядя на меня почти в упор. Его рука была у меня под грудью. Я схватила ее, не думая.

– Кровь, чтобы закончить дело. Нам нужна кровь.

– Я могу дать вам кровь, ma petite. – Жан-Клод наклонился ко мне. Я остановила его, упершись рукой ему в грудь, а Ричард положил ему руку на плечо. Сила захлестнула нас жгучей волной, у меня перед глазами замелькали белые пятна.

– Ты не используешь меня, чтобы впервые погрузить в нее клыки! – зарычал Ричард. Его гнев подхлестнул магию, и я вскрикнула.

– Дайте мне кровь или проваливайте оба! – Я протянула между ними руку, подставляя запястье. – У меня нет ножа, сделайте кто-нибудь!

Ричард наклонился надо мной, откинул волосы с шеи.

– Вот тебе кровь.

Жан-Клод не стал спорить. Он наклонился к Ричарду, оскалил зубы, и я как в замедленной съемке увидела, как он кусает Ричарда в шею. Ричард напрягся, зашипел, когда клыки вошли в тело. Жан-Клод приник к нему и стал сосать, шевеля кадыком.

Сила ревела, пронизывая меня, поднимая все волоски на моем теле, проползая по коже, пока мне не стало казаться, что сейчас я распадусь. И я послала ее наружу, к мертвым, которых нашла. Наполнила их, но все равно силы было еще много. Я тянулась дальше, дальше и нашла что искала. Сила покинула нас холодным и жгучим потоком.

Я легла на пол, ловя ртом воздух. Слева от меня лежал Жан-Клод, опираясь на локоть. Кровь окрасила его губы, стекала по подбородку. Ричард лежал на животе справа, придавив щекой мою руку. Его грудь поднималась и опадала глубокими судорожными вздохами, вдоль спины блестела испарина.

Мир стал золотистым, почти парящим. Медленно возвращался звук, будто доходил с того конца длинной трубы.

Жан-Клод слизнул кровь с губ, вытер трясущейся рукой подбородок и вылизал руку. Потом лег на пол, отбросив руку мне поперек живота, голову положив мне на плечо. Голая грудь и живот придавили мою руку к полу. Кожа у него была почти горячая, как в лихорадке. Никогда раньше не было от него такого ощущения. Сердце его билось у моей руки, как пойманная птица.

Волосы Жан-Клода упали мне на лицо. Они пахли Жан-Клодом и каким-то экзотическим шампунем. Он прерывисто засмеялся и сказал:

– Для меня это было великолепно. А для вас, ma petite?

Я проглотила слюну и усердно попыталась засмеяться:

– Я думаю, вы сами знаете, что сказать.

Ричард приподнялся на локтях. Кровь стекала двумя тонкими струйками из оставленных клыками ранок. Я коснулась укуса и отняла руку, окрашенную алым.

– Больно? – спросила я.

– Да нет. – Ричард поймал мою руку, слизнул кровь с пальцев и облизал их дочиста.

Странно: теплая рука Жан-Клода погладила мне живот под рубашкой. Он расстегнул мне пуговицу штанов.

– Даже не думайте, – сказала я.

– Слишком поздно, ma petite.

Он наклонился и поцеловал меня. На языке у него была металлическая сладость крови Ричарда. Я приподнялась, отталкивая его рот. Я кровь просила, а не кого-нибудь из них. Но дело в том, что даже с кровопусканием мы на сегодня не покончили. То, что я вызвала из могилы, надо будет положить обратно. А для этого нужна будет кровь, свежая кровь. Единственный вопрос – кто ее даст и как она будет собрана. Ах да, еще один вопрос: сколько понадобится крови?

26

Пальцы Жан-Клода играли возле пояса моих штанов. Ричард поймал его за руку. Гнев вспыхнул от них обоих, и наша общая сила замерцала, оживая.

– И как повод влезть к ней в штаны ты это тоже использовать не будешь, – сказал Ричард голосом густым и темным, где, было что-то посильнее гнева. Он стиснул запястье Жан-Клода.

Жан-Клод сжал руку в кулак и согнул в локте. Сосредоточенность и гнев – вот что отразилось на лицах обоих. Грудь каждого из них задрожала от усилия. Злость, исходящая от них, колола кожу. Слишком рано они снова завелись с этой чертовщиной.

– Мальчики, армрестлингом займетесь потом. А сейчас надо посмотреть, что я там такое подняла из мертвых.

С какой-то долей нерешительности они оба посмотрели на меня; руки у них еще были напряжены в схватке. На лице Жан-Клода не отражалось ничего, кроме легкого любопытства, будто удерживать вервольфа было ему проще простого. Но я чувствовала, как дрожит все его тело. А Ричард весь был сплошные нервные окончания.

– Что вы сказали, ma petite?

– Она сказала, что подняла мертвых, – ответил Ричард.

– Именно, так что отвалите от меня оба. Подеретесь потом, а сейчас надо посмотреть, что я сделала.

– Мы сделали, – поправил Жан-Клод, отодвинулся от Ричарда, и через секунду Ричард тоже отпустил его руку.