Макар выглядел разочарованным. Олег понимал, что та информация, которой поделился с ним воитель, во много раз ценнее, чем то, что он смог сообщить в ответ. Но Макар сам сделал выбор, приоткрыв перед вампиром завесу прошлого, предварительно не узнав, что получит взамен.

– Ясно, два лица, – прошептал Макар и залпом осушил бутылку до дна. – А о своем бывшем маге ты что-нибудь помнишь? – перешел он к главному, тыльной стороной ладони вытирая подбородок.

– Нет. Хоть я и подозревал, что раньше был светлым, даже догадывался, что служил Линде. Но это не память, а логические выводы.

– Меня не интересуют ее коварные планы, цели и прочая ерунда, – взорвался Макар. Он сорвался с места и принялся мерить шагами комнату. Олег не понимал его поведения, но тактично молчал. На то Кузнецов и избранный, чтобы вести себя так, как ему вздумается. – Меня интересует ее история. То, что не вошло в учебники. Я хочу знать, как она выглядит. Фотографии в книгах нечеткие, старые, по ним не поймешь. «Хамелеоны» всю свою информацию передают лично Сантьяго, а он сведениями не делиться. Я хочу знать о ее биографии то, что известно только ее друзьям. А ты был одним из них. Ты многое знал, и я бы отдал все, лишь бы докопаться хотя бы до половины.

Макар был возбужден. Его глаза лихорадочно блестели, словно он был вампиром. Руки тряслись. Олег чувствовал себя смущенным. Обычно такие, как Кузнецов, своих эмоций на людях не показывают. Это было что-то новенькое, а главное, совершенно необъяснимое. Зачем одному из самых влиятельных воителей Сантьяго нужна личная информация о чужом маге, к тому же втайне от своего господина? В то, что сам он входил в число друзей Линды, Олег не верил. Это просто не может быть правдой. Судя по тому, что он слышал за последние месяцы, Солнечный Свет была высокомерна и холодна, даже любовников не заводила, а уж о друзьях Линды вообще никто не слышал. Хотя, если рассуждать здраво, абстрагируясь от принятых в среде темных стереотипов, никто из них толком не знал, какова Солнечный Свет на самом деле.

– Думаю, вы ошибаетесь, сеньор, – осторожно сказал Олег. – Я много слышал о Линде. Она не из тех, кто заводит друзей.

– Много ты знаешь, упырь! – Макар подлетел вплотную к Олегу и схватил его за отвороты рубашки с такой силой, что верхняя пуговица с треском оторвалась. Глаза воителя были красными от клокотавшей в нем ярости, выпитого алкоголя и бессонной ночи. Вампир почувствовал мертвую хватку горячих пальцев… Если бы для существования ему был бы необходим кислород, он не на шутку испугался бы. Но немертвые могут не дышать часами, Олег просто задержал дыхание, пережидая, когда гнев отпустит Макара и тот оставит в покое его рубашку.

– Она ценит друзей больше всего на свете. Один из ее воителей был с ней с самого рождения. Он глава группы, в которой служил ты! Мне пришлось замучить трех человек, чтобы добыть эти сведения. А все напрасно. Ты ничего не помнишь! – Макар потряс головой, словно вытащенный из воды пес, резко отпустил Олега, так, что тот от неожиданности пошатнулся, и сам рухнул на пол, закрыв лицо руками. Олег стоял над ним, не зная, что делать дальше. Он видел: Макар Кузнецов, которого боялись и уважали все без исключения, плакал, как маленький мальчик, совершивший что-то очень плохое и получивший взбучку от родителей.

– Уходи, – выдавил Макар, не глядя на вампира, – никому ни слова!

Повторять дважды было не надо. Олег вылетел в коридор, плотно притворив за собой дверь.

Алина накручивала на палец светлый локон Антона, другой рукой гладя нежную кожу на его груди. Вечер успел прийти на смену дню, и в комнате царил полумрак. Вставать и зажигать свет не хотелось. Слишком хорошо было вот так лежать и разговаривать ни о чем. К тому же воители прекрасно видят в темноте.

Они собирались съездить в замок, навестить маленького Антошку, но не смогли оторваться друг от друга, а теперь уже было поздно куда-то отправляться. Совсем скоро строгие няньки уложат детей спать.

– Ты мне все волосы выдерешь, – рассмеялся Антон, когда Алина слишком сильно дернула за локон.

– Ты и лысый будешь красавчиком.

– Уверена? Вот возьму и побреюсь.

– Ты? Ни за что не поверю. Ты дорожишь своими локонами больше любой барышни.

– Ну, ты скажешь! С Хадижей никто не сравнится.

Они оба рассмеялись, вспоминая, как на одном из заданий незадачливая вампирша, потеряв и меч, и нож, пошла в атаку на Розовую типичным женским методом, вцепившись в роскошные волосы арабки. Пожалуй, такой злой они Хадижу еще не видели.

Она умудрилась вырваться из захвата совершенно немыслимым образом и отчекрыжила коротким ножом косу девицы, прежде чем отсечь голову

Телефон зазвонил неожиданно, заставив влюбленных вздрогнуть от громкой мелодии.

– Не дадут спокойно денек поваляться в постели, – проворчал Антон, уже предвкушая очередное нытье Сони или шутки Роберта. – Алло!

– Активируйте порталы. Срочно! Началось, – отрывисто скомандовал Стас и повесил трубку. На заднем плане слышался шум кипящего боя.

Алина с Антоном около минуты смотрели друг на друга, не смея пошевелиться, потом как по команде подскочили и, сшибая все на своем пути, начали собираться.

– На раз, два, три, – бросил Антон, протягивая один камушек – активатор портала Алине, другой сжимая в ладони.

– Раз, два, три, – отсчитала Серебряная, и комната перед глазами растаяла, сменившись темным внутренним двором замка Линды. Единственным воспоминанием от пространственного перехода осталось легкое головокружение, но Алина привычно не обратила на него внимание. Рядом плечом к плечу стоял Антон, а перед ней Соня и Влад, преодолевшие переход на пару секунд раньше. Сзади уже распахнулся портал Хадижи и Роберта, Лиза поджидала друзей чуть впереди.

Со всех сторон открывались черные воронки, из которых один за другим появлялись воители. Народу было очень много, и давка стояла жуткая. Никто толком ничего не знал, но все понимали: спешить надо к стенам, туда, где «львы» вместе с остальными расквартированными в замке подразделениями отражают первую настоящую атаку врага.

Алина неслась вслед за своими товарищами, постоянно слыша команды Стаса. Черный находился под самой стеной, раскручивая тяжелый двуручник над головой обезоруженного, но ловко уклоняющегося противника. Подлетев сзади, Антон срубил ему голову и тут же переключился на другого врага.

Неразбериха под стенами и на них была страшная. Сама Линда стояла на возвышении, обстреливая перебирающихся через стену воинов с меткой Сантьяго, горящей на висках и просвечивающей сквозь темные защитные перчатки. Атаки волшебницы были не слишком эффективны, в такой мясорубке она боялась навредить своим. Утешало только то, что самого Испанского Дьявола здесь не было. Присутствие другого мага она заметила бы независимо от маскировки.

Сантьяго нанес удар, положив начало открытому противостоянию. Но это была еще не война, а всего лишь вызов, не ответить на который было невозможно. Теперь они остались один на один – светлая Линда Солнечный Свет и темный Сантьяго Испанский Дьявол.

Макар сжал голову руками. Он сидел в углу собственной спальни в полной темноте и не шевелился. Он практически не дышал, всем существом ощущая боль. Сейчас, в этот момент, полчища воинов Сантьяго ломятся через стены, сметая кованые ворота, убивая тех, кто защищает Линду, самую сильную из светлых, самую умную и коварную из всех. Ту, кого защищать должен он, Макар Кузнецов, ее родной брат, заменивший ей отца. Вместо этого он напивается в своей комнате, прогнав с глаз осточертевшую вечным нытьем жену, и ждет… Ждет, когда Лида ответит на вызов. Ответит, и он вынужден будет достать оружие. Бить, убивать, безжалостно крушить светлых, которые делают то, что обязан делать он – защищать его сестру.

Где-то там Стас, глава группы «демонов», лучший друг Макара, почти брат, рискует своей жизнью ради его сестры, а он, тот, кому небесами было предписано встать перед ней, встанет напротив и, если понадобится, вонзит меч в грудь ее верному защитнику. Или даже ей самой, давая возможность дотянуться до врага своему магу. Подчиняться приказам, не иметь собственных чувств и желаний – вот доля любого воителя.