Харфорд подскочил к девушке неожиданно быстро, схватил ее и повернул к себе лицом.

— Никуда ты не уйдешь, — прорычал он. — Слишком поздно. Я не моту искать другую женщину. Ты останешься здесь и получишь, чего хотела.

Он прижал свой источающий винные пары рот к губам девушки. Все было, как когда-то в Касл Бури, когда он принял ее за служанку.

Преодолевая отвращение. Кит издала страстный стон и прижалась к нему. Почувствовав прикосновение ее бедер к своим, он зарычал и начал нетерпеливо расстегиваться. Девушка дождалась того момента, когда он нагнулся, чтобы снять панталоны, и изо всех сил толкнула его в грудь. Он отлетел к письменному столу и упал на пол.

Не оборачиваясь, Кит выскочила за дверь. Левое крыло кончалось тупиком, и она бросилась направо, в сторону основного коридора. Девушка уже сворачивала за угол, когда послышались злобные ругательства и тяжелые "шаги.

Конечно, хорошо, что Харфорд не расшибся насмерть, но жаль, что он не потерял сознания.

— Ты мне за все заплатишь, маленькая дрянь! — Рев взбешенного Родрика разносился по коридорам, заглушая звуки музыки. В другое время на его крики сбежались бы люди, но сейчас все были слишком заняты танцами, выпивкой и любовью.

Кит понимала, что стоит Харфорду завернуть за угол, и он увидит ее. Девушка попыталась открыть дверь в одну из комнат. Она оказалась заперта. Кит ринулась вперед. Ей надо было добежать до лестницы, спуститься в бальный зал и скрыться в саду. Там он ее не найдет. Однако, планы пришлось менять на ходу. На нижних ступеньках лестницы стоял Мэйс и беседовал с двумя гостями. Она была уверена, что мимо них ей проскользнуть не удастся. Девушка бросилась дальше по коридору. Она бежала так быстро, как бегала только в детстве в Уэстморленде. Через несколько секунд, когда она уже завернула за угол, послышался голос Харфорда:

— Маис, тут женщина спускалась по лестнице?

— Нет, — ответил ему брат. — Какого дьявола ты тут разорался?

— Охочусь за одной маленькой дрянью, — со злобой ответил Харфорд. — Я заставлю се пожалеть о том, что она меня встретила.

— Продолжай охотиться, но не так громко, — протяжно сказал Мэйс, — кое-кто из гостей уже спит.

Кит решила спрятаться в одной из комнат восточного крыла. Первой была комната Стрэтмора, остальные две — закрыты. Наконец, четвертая дверь открылась, и Кит с облегчением нырнула в темноту. Но ей тут же пришлось вынырнуть обратно. Комната была уже занята. Какая-то парочка со страстными стонами занималась любовью.

Шаги Харфорда были все ближе. Еще несколько секунд… он повернет за угол и увидит се. Девушка осмотрелась. Впереди был тупик. Возможно, последняя дверь без таблички и вела на лестницу для слуг, но выяснять это было уже поздно.

Она еще ничего не добилась, и как будет ужасно, если Харфорд догонит ее. В лучшем случае ее изобьют и изнасилуют. О худшем даже страшно подумать. Оставалась последняя надежда. Господи, сделай так, чтобы он захотел ей помочь. Помочь, несмотря на все зло, которое она ему причинила. Господи, сделай так, чтобы он был на месте.

И, покоряясь судьбе. Кит проскользнула в комнату Стрэтмора.

Глава 22

После бегства леди в голубом домино Люсьен был подавлен физически и морально. Он вернулся в свою комнату, отпустил лакея и, оставшись в одиночестве, сбросил домино и маску. Он разжег камин, налил себе немного бренди и опустился в кресло.

На самом деле не было никаких разумных доводов в пользу того, что леди в голубом и есть Кристина Трэверс. Они абсолютно не были похожи. Тем не менее его не отпускало чувство, что именно она смеялась над ним, спрятавшись под маской. Что это, наваждение? Кажется, он готов увидеть ее всюду, зная, какая она мастерица по части переодеваний.

Он прожил спокойно тридцать два года и ни разу не увлекся ни одной женщиной так, как сейчас Кит. Ее сестра-близнец, единственная, кто произвел на него хоть в какой-то мере сравнимое впечатление. Вряд ли это удастся сделать еще какой-нибудь женщине. Если бы он не свалял такого дурака с Кэтрин Трэверс, то сегодня он сразу же сорвал бы маску с этой таинственной леди. Пожалуй, хорошо, что она сбежала до того, как он осуществил свое намерение.

Он улыбнулся и допил бренди. Трудно было оставаться благоразумным в зале, где гремел вальс, а его партнерша таяла в объятиях. Возможно, это какая-нибудь родственница Трэверсов. Иначе почему она так же возбудила его? Надо выяснить, кто она такая, но это все завтра. А сейчас — спать. Люсьен скинул сюртук, снял сапоги и, вспомнив, что не запер дверь, встал. Не успел он повернуть ключ в замке, как дверь с треском распахнулась, чуть не сбив его с ног. На пороге стояла сама леди Немезида в голубом домино. Ее белый парик сбился, а нарисованные морщины стерлись. Но это, несомненно, она была его недавней партнершей по вальсу.

В глазах девушки был ужас, она с трудом переводила дыхание.

— Харфорд гонится за мной… Ради Бога, помогите…

С объяснениями следовало подождать. Стрэтмор захлопнул дверь и повернул ключ в замке.

— Быстро в постель! Укройтесь с головой, и ни слова!

Не успела она забиться под одеяло, как раздался сильный стук в дверь.

— Откройте немедленно! — прорычал Харфорд. Люсьен сорвал с себя галстук, выпустил рубашку из-под брюк, расстегнул ворот и подошел к двери.

— Уходите, — ответил он раздраженно. — Я занят.

Он ущипнул себя за шею в нескольких местах. Красные пятна должны были подтвердить, что он проводил время в любовных утехах.

— Впустите меня, Стрэтмор, черт побери! — Харфорд немного сбавил тон.

— Ну хорошо, хорошо, сейчас, — ответил Люсьен примиряюще. Оглянувшись на постель, он увидел, что девушка укрылась с головой, но край голубого домино выглядывает из-под одеяла. Он подошел к кровати, аккуратно укрыл девушку и направился к двери, гася все свечи, кроме одной. Распахнув дверь, он увидел стоявшего в коридоре Харфорда. Глаза его пылали от гнева, а костюм был в беспорядке.

— Что случилось, пожар? — спросил он взволнованно. — Что такое? Нельзя до утра подождать!

— Мне нужна женщина, которая с вами!

— Это невозможно! Она — моя! — Люсьен недоуменно поднял брови. — И я собираюсь продолжить свои приятные занятия. Вы мне мешаете, сэр.

— Эта чертовка пыталась обокрасть меня! Я поймал ее, когда она рылась в моем бюро! Вот только что!

— В самом деле? — Люсьен продолжал стоять в дверном проеме, расставив руки и преграждая Харфорду путь. — Это не могло случиться «только что»! Она уже давно занята здесь, со мной.

— Но я видел, как она вбежала в вашу комнату.

— Вы ошиблись, — спокойно ответил Люсьен. — Моя дверь была заперта. Ваша птичка впорхнула в соседнюю. Они все одинаковы.

Харфорд был укрощен, но все еще не уверен в своей ошибке.

— Я хочу посмотреть, кто лежит в вашей постели. И я не уйду, пока не добьюсь своего.

— Я не могу позволить вам этого, — в голосе Люсьена звучало пугающее спокойствие.

— Мне не нужно вашего разрешения, — Стрэтмор, — закричал Харфорд, пытаясь оттолкнуть графа и пройти.

Стрэтмор схватил его за запястье и скрутил его руку назад с такой силой, что тот застонал от боли.

— Если вы будете настаивать, мне придется попросту прикончить вас, — сказал он холодно. — А мне бы не хотелось. Это не лучший способ отблагодарить вашего брата за гостеприимство.

Харфорд оценил силу противника и прекратил сопротивление. Люсьен ослабил тиски, но не отпустил его совсем.

— Видно, вы с этой чертовкой работаете вместе, — вновь пошел в наступление Харфорд.

Глаза Стрэтмора превратились в узкие щелки.

— Вы начинаете надоедать мне, Харфорд. Я уважаю желание этой женщины не называть себя. Это естественно для джентльмена. Кроме того, далеко не всем мужьям нравится, когда их жены слишком бурно развлекаются.

Харфорд помолчал немного, а потом рассмеялся.

— Так это замужняя дама! Я должен был сразу догадаться.